Запретная любовь - Стил Даниэла - Страница 50

— Хорошо, Кэл, — согласилась она, — если только дети не будут возражать.

Она до сих пор не могла забыть, как встретили ее дети Кэллена в прошлый раз!

— Все будет хорошо, — успокоил ее Кэл. Действительно, в основном все прошло нормально.

Энди первым поздоровался с Мередит и торжественно, «по-взрослому» пожал ей руку. Оказывается, он запомнил, что муж у нее — доктор. Джули держалась суховато, но вежливо. Даже спросила, как прошел полет, и сообщила, что отец привез ей из Парижа «обалденный свитер». Мередит не стала рассказывать, что помогала Кэлу выбрать подарок для дочери, хоть в глубине души и была очень рада, что Джули ее выбор пришелся по вкусу.

Одна Мэри Эллен не желала менять гнев на милость. Увидев, как Кэл помогает Мередит выйти из машины, она вспыхнула и бросилась в дом. За ужином сидела мрачнее тучи. Когда Мередит упомянула, что встретилась в Лондоне с ее матерью, Мэри Эллен бросила на нее подозрительный взгляд исподлобья, а несколько минут спустя буркнула, что у нее много уроков, и скрылась у себя в комнате.

— Они с матерью не слишком ладят, — объяснил Кэл, когда дети встали из-за стола и разошлись по своим делам. Симпатичная пожилая экономка (Кэл рассказывал, что эта женщина — настоящий подарок) убрала со стола и подала кофе. — Мне кажется, Шарлотте неприятно сознавать, что у нее такая взрослая дочь — это напоминает ей о собственном возрасте. Свою досаду она вымещает на Мэри Эллен, а та уверена, что мать ее терпеть не может. Она тяжелее всех переживала уход матери — ведь ей тогда было уже шесть, а в этом возрасте дети понимают больше, чем мы думаем.

Мередит молчала: ей было жаль эту угрюмую девочку, обреченную жить с чувством собственной неполноценности и обидой на весь свет. Что может быть тяжелее, чем сознавать, что самый близкий человек — родная мать — видит в тебе лишь досадную обузу? Вот еще одна жертва бессердечия и безответственности Шарлотты, думала Мередит. Еще одна незаживающая рана, еще одна искалеченная судьба.

Когда подошло время ехать в аэропорт, Кэл снова предложил ее подвезти, но Мередит наотрез отказалась, и он не стал настаивать. Кэл понимал: первый вечер им со Стивом лучше провести наедине.

Кэл вызвал по телефону такси и пригласил Мередит вместе со Стивом завтра к себе на ужин. Мередит приняла приглашение, заметив, что Стиву не терпится с ним встретиться, правда, почему, объяснять не стала. К чему Кэлу знать, что Стив ревнует?

Мередит хотелось, чтобы Стив познакомился с Кэлом и высказал свое мнение о нем. Стив хорошо разбирался в людях, и Мередит всегда доверяла его мнению. Ей искренне хотелось, чтобы эти двое мужчин понравились друг другу.

Увидев Стива в здании аэропорта, Мередит горестно всплеснула руками. Стив не изменил своей привычке: вид у него был самый затрапезный: шорты цвета хаки, мятая рубашка. Ну понятно: значит, он и не подумал переодеться после дежурства и, не заходя домой, поехал в аэропорт. На плечи у него был накинут твидовый пиджак, продранный на обоих локтях — тот самый, что Мередит два года назад запихнула в дальний угол верхней полки шкафа! Выбросить его у нее не хватило духу — она еще помнила, какой скандал устроил Стив, когда в мусорное ведро отправились его любимые шорты.

Но кто же мог знать, что Стив откопает эту археологическую древность и привезет на себе в Сан-Франциско?

— Господи, зачем ты напялил на себя это старье? — воскликнула она.

— А в чем дело? — ответил Стив. — Надеюсь, нам не придется идти на званый вечер?

— Придется. Завтра мы приглашены к Кэллену Доу. У тебя есть другой пиджак?

Несколько секунд оба сердито смотрели друг на друга и вдруг прыснули со смеху.

— Не беспокойся. Пусть мой пиджак с виду неказист, зато в нем чувствуется индивидуальность. Кэл — мужчина, он меня поймет.

Стив ненавидел новые, отглаженные вещи и никогда не понимал, почему Мередит то и дело предлагает положить его брюки под пресс. Большую часть времени он был одет именно так и уже не представлял себя в чем-то ином. Стив не был неряхой, на его вещах трудно было найти грязные пятна, зато в дырах, потертостях и складках недостатка не было.

— Насколько я понимаю, рассуждения об индивидуальности означают, что весь твой гардероб на тебе, да?

— Совершенно верно.

Широко улыбнувшись, Стив наклонился и поцеловал Мередит в щеку. Вдвоем они подхватили его сумку — такую тяжелую, словно Стив ее кирпичами набил.

— Боже мой, что у тебя там? Сотня бильярдных шаров?

— Нет, — ухмыльнулся Стив, — всего лишь десяток книг. Стив никуда не уезжал без целой стопки толстенных медицинских трудов — говорил, что хочет быть в курсе последних достижений науки. Если бы он заботился о своем внешнем виде хоть вполовину так же, как о профессиональном росте! Кэл тоже трудится не покладая рук, но у него почему-то находится и время и силы следить за собой. «Как все-таки не похожи эти двое!» — думала Мередит, не отдавая себе отчета в том, как часто в последнее время она сравнивает Стива с Кэлом.

— Как у тебя дела? — оживленно спрашивал тем временем Стив. — Есть новости?

— Все как всегда и еще лучше! — счастливо улыбаясь, ответила Мередит.

Наутро Мередит вместе с Кэлом отправлялась на встречу с клиентами, а Стив в арендованной машине — на экскурсию по местным больницам. Мередит посоветовала ему заказать машину с шофером, но Стив помахал у нее перед носом картой города и объявил, что сам найдет дорогу куда угодно. Мередит чмокнула его в нос, договорилась встретиться в отеле в конце дня, пожелала удачи и поспешила в «Доу-Тех».

День пролетел стремительно. Кэл и Мередит побывали у клиентов, а затем отправились в одну из больниц, где использовалось диагностическое оборудование Кэллена. Прощаясь в конце дня, он еще раз напомнил, что ждет их со Стивом в половине восьмого.

— Буду рад наконец увидеть Стива, — добавил он с подчеркнутым радушием. — Ты столько о нем рассказывала, что мне кажется, мы с ним уже сто лет знакомы.

Стив был в превосходном расположении духа: день прошел как нельзя лучше. Он побывал в трех больницах: все три ему понравились, все были заинтересованы в хорошем хирурге, но, к сожалению, в настоящее время подходящих вакансий не было, а предлагать опытному хирургу место рядового врача они не могли. Директора больниц, с которыми он разговаривал, обещали помнить о Стиве и сообщить ему, как только у них освободится место, достойное такого профессионала.