Малыш, который живет под крышей (СИ) - Волкова Дарья - Страница 49

— Слушай, а давай завтра купим кольца.

— Какие кольца? Что, на твоей «вольво» уже поршневые износились?

— Кира, иногда тебя хочется шлепнуть!

— Это непедагогично! — она ловко увернулась. — Не понимаю, к чему такая спешка. Времени еще много. Мы даже… с датой определились. Зачем нам сейчас кольца?

— Нет, погоди, — он остановился, не дойдя до дверей супермаркета. — Скажи мне, что делает двух людей парой? То, что так скажет какая-то чужая нам тетя в ЗАГСе? Штамп в паспорте? Или это решаем мы — что мы друг для друга?

— Ну… — ее голос прозвучал нерешительно. — Наверное, мы сами. Решаем.

— Ну вот! А мы же решили? Решили. Давай купим кольца и будем их носить. Кто нам указ, кроме нас самих?

— Чудной ты все-таки, пан архитектор, — Кира улыбалась. Но, несмотря на иронию в голосе и глазах, Макс бы уверен, что ей нравится его идея. — Ладно, давай купим кольца.

Пока золотистое «вольво», не торопясь, катило сквозь город в сторону Приморского, сидящая в машине девушка с удовольствием слушала импровизированную лекцию по достопримечательностям родного города в исполнении любимого мужчины. И город раскрывался иначе. И по-другому светило сквозь облака тусклое питерское солнце. А когда они проезжали мимо Дворцовой, ей вдруг показалась, что ангел на вершине колонны помахал ей рукой — другой, без креста.

— Нравится?

— Симпатично, — Кира любовалась простым кольцом из переплетений золота и платины. — Но надо еще посмотреть.

— Тебе нравится кольцо? — переспросил Макс с нажимом.

— Да. Вполне.

— Девушка, — он обернулся к сотруднице за прилавком. Положил на витрину руку. — Такое же мужское кольцо в пару к этому есть?

Та наметанным глазом прикинула размер и кивнула.

— Вот, пожалуйста.

Предложенное кольцо идеально подошло безымянному пальцу. Макс протянул девушке банковскую карту.

— Мы берем. Оформляйте.

— Эй! Я же сказала, что надо еще посмотреть!

— Кира, это десятый ювелирный салон. Сколько можно смотреть?

— А сто диванов посмотреть и ничего не купить — это можно?

— Так, — вздохнул. — Я все понял. Твое ханство, ну и злопамятная же ты. Вы оформляйте, оформляйте, — кивнул сотруднице салона. — А я пока уговорю свою невесту окончательно.

Не то, чтобы целующиеся парочки в ювелирном салоне были явлением невозможным. Но все-таки — редким. И поэтому сотрудница салона немного полюбовалась, и только потомприступила к своим непосредственным обязанностям.

Вечером того же дня, у окна с видом на Финский, среди россыпи разнокалиберных подушек, на виду у выглянувших по такому случаю из-за облаков звезд они обменялись клятвами и надели на безымянные пальцы друг другу обручальные кольца. И больше их не снимали.

Эпилог: Стрелка Васильевского острова

Подумать только, восемь лет назад ты появился на свет — вот таким крошкой…

— Почему ты мне позволил? — надула губы невеста.

— Я слабо представляю, как тебе можно что-то запретить, — весело хмыкнул жених. — А что тебя не устраивает?

— По-моему, — вздохнула она. — Нас принимают за парочку геев.

Молодой мужчина заливисто расхохотался, запрокинув голову. А потом прижал девушку к себе.

— Знаешь, только слепой примет тебя за парня. По-моему, ты тут — самая стильная невеста.

Ветер гулял по стрелке Васильевского острова. Одно из самых популярных мест для свадебных фотосессий не пустовало в это субботнее утро. И стоящая у парапета набережной пара действительно весьма сильно отличалась от остальных, приехавших после ЗАГСа сюда, на стрелку Васильевского, чтобы разбить на счастье бокалы и выпустить в хмурое питерское небо голубей.

На невесте был черный костюм. Узкие брюки со стрелками, пиджак с атласными лацканами. Черными были и лаковые ботиночки. А вот пышнейшее кружево из ворота и рукавов пенилось белоснежным. Темные волосы украшала ослепительно-белая орхидея. Жених отдал предпочтение серому — светло-серый костюм, темно-серая шелковая рубашка и того же оттенка замшевые туфли.

Безымянные пальцы этих не совсем обычных новобрачных украшали, как и положено, обручальные кольца. Только в отличие от остальных пар, эти двое в ЗАГС так и пришли. И на предложение обменяться кольцами переглянулись, улыбнулись и дружно ответили: «А мы уже!», чем немало удивили повидавшее многое сотрудницу органа исполнительной власти. А уж когда невеста вдруг заявила, что передумала насчет фамилии, а жених невозмутимо похлопал ее по руке и предложил сотруднице ЗАГСа продолжить церемонию, потому что таблетки скоро должны подействовать — дама при исполнении и вовсе нахмурилась. Но церемонию продолжила — к ее немалому облегчению, без дальнейших нарушений протокола.

— Ты тоже вполне ничего, — она поправила ему традиционную белую бутоньерку. — Завидую себе — ты точно тут самый красивый жених. Но, знаешь, наверное, все-таки тебе стоило топнуть ногой по поводу платья.

— Ты согласилась взять мою фамилию и бросила курить. Считаю, что ты честно заработала свое право выходить замуж в чем тебе заблагорассудится, — невозмутимо парировал жених.

— Вы так щедры, господин, — едва слышно фыркнула невеста. А потом вздохнула. — И все равно тебе следовало проявить твердость.

— Признайся, ты просто сама хотела в глубине души белое пышное платье, — он улыбнулся и тронул пальцем темную прядь. — Признайся честно — хотела быть вот такой куклой? — кивнул в сторону соседней свадебной компании.

— Вот уж нет! — она бросила туда мимолетный взгляд. — Главное украшение невесты на свадьбе — что?

— Букет? — он изогнул бровь.

— Жених! А у меня он самый красивый, — она прижалась щекой к его плечу. — И я тебе торжественно обещаю, что в наш медовый месяц я возьму с собой только белое: белый купальник, юбки, блузки, платья, белье и все остальное — будет только белое.

— Единственная белая вещь, которую я хочу видеть на тебе в наш медовый месяц — это…

— Что?

— Белого цветка в волосах будет вполне достаточно, — шепнул он ей на ухо. — Вся остальная одежда любого цвета будет лишней.

Она тихо рассмеялась. Он поцеловал кольцо на ее безымянном пальце. И тут их приватную идиллию нарушил энергичный голос.

— Все фотографии — одно и то же! — Константин поправил висящий на шее аппарат. — Проявите фантазию, новобрачные.

— Скажи мне, кто нам посоветовал этого фотографа? — спросил Макс у своей свежеиспеченной законной супруги.

— Никто, — Кира улыбнулась. — Он самозванец. Костик, иди к нам.

— Зачем это? — проявил подозрительность самозваный фотограф, свидетель и лучший друг жениха в одном лице.

— Целовать буду, — пообещала новобрачная.

— Пусть только вон тот отвернется! — Костя поспешил присоединиться. — А то шановный еще и ревнивый оказался.

— Обойдешься, — фыркнул Макс. — Нечего чужих жен целовать.

Но Кира все-таки коснулась щеки лучшего друга мужа легким поцелуем. Однако Константин Семенович — воробей стрелянный, на мякине не проведешь. И спустя пару секунд он выудил из кармана пиджака подсунутое туда самой стильной в этот день на стрелке Васильевского острова невестой.

— Что это? — Костя распялил на пальцах нечто белое и кружевное.

— Это, дружочек, подвязка невесты, — назидательно произнесла Кира.

— На кой оно мне?

Невеста рассмеялась. Ехидно улыбнулся жених.

— Кто поймает букет невесты — тот следующим выйдет замуж. А кто поймает подвязку невесты — тот женится, — слегка нараспев произнесла Кира.

— Я ее не ловил!

— Тогда как она у тебя оказалась?

— Твоя жена играет нечестно! — Константин обвинительно нацелил белые кружева на друга.

— Обычное дело, — пожал плечами Макс. — Кире Артуровне результат важнее, чем методы.

— Ну и семейка у вас! — сокрушенно покачал головой Костя. — С явными криминальными наклонностями.