Темный лорд. Заклятье волка - Лахлан Марк Даниэль - Страница 62

— Именно этим я и занимаюсь! Взгляни на мое платье и туфли. Я же квестор Луис, и я требую, чтобы ты открыл во­рота.

Последовало молчание, а затем во внутренних воротах распахнулась маленькая дверца.

Вышли три стражника с копьями наперевес.

— Никто, кроме квестора не пройдет! — прокричал креп­ко сложенный солдат, и Луис вошел в дверь.

Люди умоляли и плакали, однако никто не сделал ни ша­гу вперед, чтобы испытать решимость стражников.

Солдат с лампой подвел Луиса к запертым внешним воро­там, в которых не было маленькой дверцы.

— Неужели все эти предосторожности необходимы? — спросил Луис.

— Мы не хотим рисковать, когда лагерь варягов стоит так близко, — пояснил служивый.

Однако же ворота были заперты на сравнительно неболь­шой засов — огромные бревна, которыми их закладывали на время осады, лежали рядом, обвязанные веревками и гото­вые в любой момент встать на место. Створки ворот были немыслимой толщины, и Луис знал, что врагам ни разу за долгие годы не удавалось прорваться в город. В некоторых сторожевых башнях припасов хватило бы на три года, и там же имелись собственные источники воды. Город так просто не сдастся, если сдастся вообще.

Солдат чуть приоткрыл тяжелую створку и жестом пред­ложил Луису выходить.

— Дай мне лампу, — велел Луис.

— Только верни потом, у нас их и так мало, — сказал солдат.

— Верну.

Выйдя за ворота, он оказался прямо в лагере варягов. Лу­ис не стал терять времени даром, сразу пошел через лагерь, выкрикивая на ходу:

— Император Василий ищет надежных воинов в помощь своему слуге! Император Василий ищет надежных воинов в помощь своему слуге!

Он подошел к костру, и викинги поднялись, здороваясь с ним.

— Я схоластик Михаил, прощу варягов о помощи, как и несколько дней назад. — Луис решил, что на всякий слу­чай будет и дальше соблюдать конспирацию.

— Я тебя не знаю, друг, — проговорил кто-то, — однако мы с радостью возьмемся за любую работу.

Луис поднес лампу к лицу говорившего.

— Я ищу следопыта, — уточнил он. — Не знаешь, где здесь воин по имени Рагнар, который сражался в поединке за Змее­глаза?

— Я знаю, — проговорил другой человек у костра. — Раг­нар прославленный воин. Подожди с нами до утра, и я отве­ду тебя к нему.

— Он нужен мне сейчас.

— А что взамен?

Луис уловил в голосе угрожающие нотки. И внезапно осоз­нал, насколько он сейчас уязвим. Одно дело нанимать воинов, будучи небогатым ученым, который платит, покуда жив, и со­всем другое — явиться, представляясь императорским чинов­ником. Одних шелковых одежд, подаренных начальником свя­щенных покоев, достаточно, чтобы многие захотели убить его.

— Моя благодарность и благодарность моих друзей. Сре­ди которых и Вандрад, — проговорил Луис.

Варяг засмеялся.

— Не бойся, схоластик. Нам пригодятся любые друзья в городе. Подходи, присаживайся к огню. Я отправлю маль­чишку за Вандрадом и Рагнаром. Они, без сомнения, и есть те воины, которых ты ищешь.

— Ты не видел Змееглаза?

Его собеседник тут же уставился в землю.

— Нет, не видел.

Луис присел к костру, подстелив плащ, чтобы шелковый наряд не намок. Он находился среди настоящих дикарей, од­нако они были куда дружелюбнее, чем обитатели дворца. Се­веряне не строили против него заговоров, не распускали сплетни у него за спиной. Если бы он им не понравился, они бы честно и открыто перерезали ему горло.

— Ты звал меня.

После всех переживаний Луис успел задремать, сморен­ный усталостью.

Рядом с ним сидел воин с седыми волосами, коротко остриженными на нормандский манер, только он не был нормандцем. Воин обратился к нему на старинном языке скандинавов, на руках и на шее у него были татуировки — змеи и волки, — и держался он как истинный викинг. В его поведении не было даже намека на придворную галант­ность. Луис достаточно повидал таких воинов в Руане, что­бы понимать: за их грубоватостью далеко не всегда стоит враждебность. Его собственный отец был точно таким, по­ка, сознательно заставляя себя, не превратился из северно­го морского разбойника в нормандского торговца.

К костру подошли три викинга во главе с Вандрадом.

— Михаил! — обрадовался Вандрад. — Михаил, который говорит тихо, но когда нужно, действует решительно.

— Слишком длинно для прозвища, — заметил кто-то.

— Дайте мне время, я найду слова, — пообещал Вандрад.

Луис узнал викингов и в их присутствии почувствовал се­бя увереннее.

— Я слышал о тебе, Рагнар, — сказал Луис, — говорят, что ты хороший следопыт.

— Так и есть.

— Я хочу, чтобы ты выследил для меня кое-кого.

— У меня уже есть работа, — ответил Може.

— Я тебя награжу.

— Моя награда — честное имя, — сказал Може, — и пра­во служить господину.

— Я слуга начальника священных покоев Константинопо­ля, квестор, назначенный выявить причину, по которой над городом повисла тьма и погибло столько людей.

— Звания ничего не значат. Как высоко ценят твой труд?

— Взгляни на этот богатый наряд. Не забывай, что я на ко­роткой ноге с самим препозитом. Я живу во дворце в роскош­ных покоях. И живу я там лучше правителей варваров. У ме­ня имеется охранная грамота, городские ворота открывают по моему приказу. Люди боятся меня.

Луис понимал, что разговаривает с человеком простым, поэтому для доказательства своего высокого положения при­водил доводы, которые были понятны викингу: золото, жи­лище, возможность свободно передвигаться.

Може внимательно поглядел на Луиса.

— И ты сможешь провести меня во дворец?

— Смогу. А зачем тебе?

Большой викинг задумался на пару секунд.

— Говорят, там есть металлические деревья, на ветвях ко­торых сидят золотые птицы.

— Это правда.

— Хочу своими глазами увидеть дворцовые чудеса.

— Я смогу это устроить, если поможешь мне найти одно­го человека.

Луис не мог поверить, что викинг настолько простодушен. С другой стороны, разве сам он не мечтал взглянуть на фон­таны и поющие деревья? Ему пришлось напомнить себе, что всего одно поколение отделяет его самого от таких людей, как Рагнар.

— И где мне его искать?

— Он в городской тюрьме. Но он ушел в пещеры под ней.

— Значит, он беглый арестант?

— В некотором смысле.

Може похлопал по рукояти меча.

— И ваши греки не смогли его найти?

— Или же не захотели.

Луис сам удивился, что у него вырвалось такое признание. Действительно, искал ли начальник священных покоев волкодлака? Или отправил туда своих людей, чтобы они уже не вернулись?

— А дело опасное? — спросил Вандрад.

— Да. Этот беглец убил нескольких греков.

— Значит, здесь пахнет славой, — заметил Вандрад.

— Я уверен, император вас щедро наградит, — сказал Луис.

— Нам обязательно надо удивить императора, — пояснил Вандрад. — Уж слишком долго мы морозим зады на этом бе­регу. Необходимо напомнить ему, какие мы.

— Я найду твоего беглеца, — сказал Може, — если ты обе­щаешь провести меня во дворец. Там ведь могут не обрадо­ваться приходу северянина.

— Никто и слова не скажет, если ты будешь под моей за­щитой, — пообещал Луис.

Може сказал, что это ему подходит.

— Еще один вопрос, друг. Откуда ты услышал обо мне?

— Переводчик императора Змееглаз говорил о тебе, — по­яснил Луис. — Он сказал, ты человек полезный.

— Это верно, — согласился Може. — Дай мне минуту, что­бы взять питья и еды, — продолжал он, — и я иду с тобой.

— Поторопись, — сказал Луис. — Странные дела творят­ся в городе, и чем дольше промедление, тем хуже.

Хорошо хоть, что Беатрис сейчас во дворце, хотя он знал, что она беспокоится за него. Как только они войдут в город, он отправит к ней какого-нибудь мальчишку с запиской. Ес­ли его гонца не пустят, то это будет добрый знак. Значит, она надежно защищена копьями хитаерос. Пока ничто не пред­вещало внезапных смертей во дворце. И все же, что ему сде­лать, чтобы уберечь ее? Заниматься и дальше своим делом, искать ответы на вопросы начальника священных покоев, или же императора. Стены города были почти неразличимы из-за мороси в воздухе. На стенах висели фонари, и можно было запросто представить их парящими призраками или мстительными ангелами. Он отыщет волкодлака и положит конец этому безумию. Если кто и годится для такого дела, то эти закаленные северяне. Он получит положенное возна­граждение, уйдет со службы и поселится среди оливковых рощ на каком-нибудь плодородном острове, где они с Беа­трис будут защищены от зла этого мира. Ему представился сверкающий голубой океан, темный берег. Но прежде чем за­брезжит свет, необходимо прогнать тьму. Он сжал рукоять ножа, готовясь отправиться в подземелья Нумеры.