Кровавое копье - Смит Крейг - Страница 55

Он отошел к своим подчиненным и дал распоряжения. Двое погрузились в машину и отправились в Гамбург. Еще один сотрудник сел за руль второго внедорожника. Комптон помог Мэллою вывести Джоша Саттера из самолета и донести до машины. Мэллой занял место рядом с водителем, Комптон, держа в руках медицинский чемоданчик, устроился на заднем сиденье вместе с Кейт, Итаном и Саттером.

— Агента Саттера заберет вертолет, а эти двое будут лечиться в другом месте.

Комптон удивленно посмотрел на Мэллоя.

— Не надо вопросов.

— Ладно, — кивнул Комптон. — Давайте посмотрим, что у нас тут.

— У агента Саттера, — подсказал Мэллой, — возможно, внутреннее кровотечение. В остальном рана чистая. Как это может быть — понятия не имею, но она пока не загноилась. А вот эти молодые люди меня беспокоят.

Комптон осмотрел раненое плечо Итана.

— Кто здесь хирург? — осведомился он.

— Она, — ответил Итан, кивком указав на Кейт и едва заметно улыбнувшись.

— Отличная работа, мэм. У вас есть медицинское образование?

— Один раз посетила кружок вышивания.

Сняв повязку с запястья Итана, Комптон перестал улыбаться.

— А вот это хуже, — сказал он и указал на замотанное обрывками ткани бедро Кейт. — И на вашу рану мне тоже надо бы взглянуть.

Кейт спустила брюки. Комптон срезал ножницами пропитанные кровью тряпки и сокрушенно покачал головой.

— Вам обоим нужно в медицинский вертолет.

— Нам нужны антибиотики, — возразила Кейт.

Комптон покопался в чемоданчике.

— У меня тут медикаменты и бинты только для обработки огнестрельных ран, — признался он, но все же нашел немного цефалоспорина и протянул Кейт пузырек. — Этот антибиотик, — сказал он, — хорош для профилактики инфекции. Это стоит принять агенту Саттеру. Но у вас обоих раны инфицированы. Если вы в самом скором времени не получите медицинскую помощь, вас ожидает септический шок. Вы понимаете, что, как правило, это смертельно?

— Просто промойте раны и дайте нам лекарство, — упрямо заявила Кейт.

Встреча с военными медиками состоялась к юго-востоку от Ильцена. Как только вертолет сел на фермерское поле, Комптон и его водитель взяли Саттера на руки и вынесли из машины. Мэллой пошел за ними. Пока Комптон переговаривался с одним из врачей насчет пенициллина для инъекций, Мэллой сказал Саттеру:

— Я разыщу тех, кто в этом виноват, Джош.

— Постарайтесь! Когда найдете, позвоните мне. Хочу вместе с вами арестовать их.

— Договорились, дружище.

Когда Мэллой, Комптон и водитель сели в автомобиль, Кейт спросила, нельзя ли отвезти их с Итаном в Ильцен.

— Мы там сядем на поезд, — сказала она.

— Мы доставим вас куда угодно, — ответил Комптон и протянул Кейт ампулы с пенициллином и одноразовые шприцы.

— Спасибо, — улыбнулась Кейт. — Но нам бы хотелось в Ильцен.

В Ильцене машина остановилась у роскошного старинного вокзала. Комптон вышел и отправился в магазин, чтобы купить для Кейт и Итана новую одежду. Водитель сказал, что хочет немного размяться, и тоже ушел. Мэллой указал на микрофон, вмонтированный в потолочный светильник, и как бы шутя проговорил:

— Потрясающе! Если не знаешь, что он тут, и не заметишь.

Кейт и Итан, получив таким образом предупреждение, завели разговор о прогрессе техники и продолжали его до возвращения водителя и Комптона.

Агент ждал около машины, пока Итан и Кейт переоденутся. Итан вышел, поблагодарил Комптона и пожал ему руку. Следом за ним из внедорожника выбрался Мэллой, протянул руку Кейт и помог ей выйти. Расцеловав ее трижды, на швейцарский манер, он сказал:

— Завтра я буду в Цюрихе.

— Я пока не знаю точно, где мы остановимся.

— Я тебе позвоню.

— Не стоит. Мы выбросим наши мобильники. Я предлагаю вот что: свяжитесь с капитаном Маркусом Штайнером из городской полиции Цюриха. Он будет знать, где мы.

Мэллой улыбнулся.

— Твой приятель?

— А вы с ним знакомы?

— Он мой старый друг.

— Что ж, ваш старый друг — мой старый друг.

— Мир тесен, — усмехнулся Мэллой.

— По крайней мере, в маленькой стране.

— И последнее, — сказал Мэллой. — Ты понимаешь, что Комптон попытается за вами проследить?

Кейт, как оказалось, об этом не подумала. Она искоса взглянула на Комптона.

— На всякий случай — если вдруг какой-то чиновник решит сдать вас немцам, они хотят знать, где вас можно будет найти.

— Неужели смогут?

— Проверьте как следует вашу новую одежду. Комптон наверняка установил где-то «жучки», или он не из ЦРУ.

Комптон сел на заднее сиденье рядом с Мэллоем и спросил у него, куда тот желает направиться.

— У вас в берлинском посольстве медики есть?

— Вы тоже ранены?

— Получил ночью порцию картечи в задницу.

— В задницу?

— Знаете, это не так смешно, как звучит.

— Думаю, вам смогут помочь.

Комптон дал распоряжения водителю и устало откинулся на спинку сиденья. У него тоже выдалась долгая ночь. После того как они проехали около мили, агент спросил:

— А что это за англичанка и ее американский дружок?

— Честно говоря, я их не так уж хорошо знаю. Они работали на Дейла. Могу сказать одно: они профессионалы. Благодаря им я сейчас жив и не сижу за решеткой.

— А мне показалось, что вы с британкой на дружеской ноге.

— Да я подумал — может быть, ей понадобится новый работодатель. Вот и решил удостовериться, что она знает, как выйти на связь, если ей будет нужна работа.

— Не знаете, почему они отказались от лечения?

— Наверное, у них нет медицинской страховки.

Комптон улыбнулся. Улыбка получилась недружелюбной и беспокойной.

— Не думаете, что они отказались, опасаясь, что мы можем сдать их немцам?

— Но этого же не случится?

— Это не мне решать, но начальник оперативного отдела такую возможность рассматривает.

— Чарли Уингер?

— Насколько я понимаю, вы знакомы с директором Уингером?

— Мы старые приятели.

— Нам неизбежно придется побеседовать с немцами о случившемся, Ти-Кей; будьте так любезны, назовите им виновников.

Дорога до Берлина

Воскресенье, 9 марта 2008 года

Им предстоял двухчасовой путь, и Комптон сначала попытался найти общие темы для разговора. Мэллой более или менее охотно вел беседу, но все же Комптону было не так уж легко. Поболтали немного об инструкторах с Фермы, но учились они в разное время, поэтому разговор не завязался. Перешли на начальство агентства, но и тут у них не оказалось общих знакомых, либо относились они к ним по-разному. Мэллой тепло говорил о Джейн Гаррисон, а Комптон назвал ее Железной Девой. В свою очередь, Комптон встал на защиту Чарли Уингера, когда Мэллой заявил, что Чарли — ходячий провал разведки. Агент сказал, что, по его мнению, мистер Уингер — один из самых замечательных людей, которых он когда-либо знал. Это означало, что Мэллою, по всей видимости, предстояло явиться на ковер к Уингеру в одиночестве, без Джейн Гаррисон.

После пары историй из «старых добрых времен» (одну поведал Комптон — слышал якобы «от одного ветерана», а другую Мэллой — уж ему было что рассказать, и при этом они почти не грешили против истины) Комптон коротко обрисовал Мэллою характер работы посольства США в Берлине. Вот эта тема интересовала их обоих. Мэллой сообщил, что его отец семь лет проработал в консульстве США в Цюрихе — в те времена, когда такое консульство существовало.

— И все это время я даже не подозревал, что мой старик был разведчиком, — признался Мэллой. — А знаете, когда узнал? Я проходил третье собеседование, и вдруг в кабинет вошел мой отец. Он сказал мне: «Хочу убедиться, что ты так же хорошо умеешь хранить тайны, как твой старик».

История Комптону понравилась, хотя и была наглой ложью. Он начал расспрашивать Мэллоя о его отце, но Мэллой сказал, что тот свои тайны оставил при себе. Наконец эта милая болтовня Комптону надоела, и он пожелал узнать, что пошло не так в Гамбурге и почему. Сначала Мэллой заявил, что это ему неизвестно. Чистая правда, но в такой ситуации неведение ничуть не лучше, чем признание собственной вины на допросе. Комптон попытался обвинить в провале Дейла Перри. Может быть, он сделал какой-то неудачный звонок? Его прослушали? Мэллой рассказал агенту о версии с таксофоном и упомянул о том, что именно тщательное расследование Дейла помогло им выйти на след Черновой и Фаррелла.