Дракула (с иллюстрациями) - Стокер Брэм - Страница 68

– Вы переписали все это, миссис Харкер?

Я кивнула головой; он продолжал:

– Я не совсем понимаю цель этого; но вы все такие хорошие люди и работали так сердечно и энергично, что мне лишь остается с закрытыми глазами принять ваши выводы и постараться помочь вам. Я уже получил урок, и такой урок, который может сделать человека скромным до последнего часа его жизни. Кроме того, я знаю, что вы любили мою бедную Люси. – Он отвернулся и закрыл лицо руками. Я расслышала слезы в его голосе. М-р Моррис с инстинктивной деликатностью положил на минуту руку ему на плечо и затем спокойно вышел из комнаты.

Вероятно, в сердце каждой женщины живет чувство матери, потому что я, увидев слезы и горе этого большого, взрослого, сдержанного человека, не могла удержаться от того, чтобы не подойти к нему и не попытаться утешить. Мои слова о Люси вызвали сначала новый взрыв горя и слез, а потом мало-помалу он успокоился. Эта сцена и мне стоила слез, но она скрепила наши отношения, и расставаясь, мы обменялись обещаниями быть друг для друга братом и сестрой.

Проходя по коридору, я увидела м-ра Морриса, смотревшего в окно. Он обернулся, услышав шаги.

– Как Артур? – спросил он. Потом, заметив мои красные глаза, продолжил:

– А, я вижу, вы его утешали! Бедный малый, ему это нужно. Никто, кроме женщины, не может помочь мужчине, когда у него сердечное горе; а его некому утешить.

Свое собственное горе он переносил так мужественно, что мое сердце истекало кровью. Я видела рукопись в его руках и знала, что, прочитав ее, он поймет, как много я знала; поэтому я сказала:

– Я бы хотела иметь возможность утешить всех, кто страдает. Разрешите мне быть и вашим другом и приходите ко мне за утешением, когда вам это будет нужно. Вы узнаете потом, почему я так говорю.

Он увидел, что я говорю серьезно, и, подойдя ко мне, взял мою руку и поднес к своим губам; это показалось мне жалким утешением для такой мужественной и самолюбивой души; инстинктивно я наклонилась и поцеловала его. Слезы подступили к его глазам – но заговорил он совершенно спокойным голосом:

– Маленькая девочка, вы никогда не раскаетесь в этой чистосердечной доброте!

Затем он прошел в кабинет к своему товарищу. «Маленькая девочка»! – это те самые слова, с которыми он обращался к Люси, – ей он доказал свою дружбу!