Наступает мезозой - Столяров Андрей Михайлович - Страница 61

– Спасибо…

– Да ладно, чего уж там, – неловко пробормотал Вовчик.

– Ну я пошла…

– Сумочку застегни, опять кто-нибудь захочет проверить.

– Ты меня, пожалуйста, не провожай.

– Ладно.

Все-таки даже сейчас девка была что надо. Вовчик некоторое время неопределенно смотрел ей вслед. Вспомнились почему-то мелко подрагивающие веки. А потом он дернул на себя тяжелую железную дверь и потопал в дежурку.

Собственно, на этом у них все и закончилось. Браткам Вовчик сказал, что, в общем-то, ничего, блин, особенного. Девка как девка, бывали у него кадры и поинтереснее. Ну её на хрен, пусть занимается, блин, своими коллоквиумами.

Инцидент таким образом был исчерпан.

Вовчик потом ещё раза три звонил Лерке, но разговор у них как-то не складывался. Лерку будто заклинило и сдвинуть её с этого места не удавалось, то у неё зачеты, оказывались, то сессия, то реферат какой-то надо срочно сдавать. В общем, нет времени, давай перенесем на следующую неделю.

– Ну ты чего? Какие претензии? – наконец впрямую спросил Вовчик.

Лерка объяснила ему, что никаких претензий она не имеет. Если честно, то во всем виновата только она сама. Полезла играть с жеребцом, вот и получила от него копытом.

Тут уже и Вовчик тоже несколько притормозил:

– Кто это жеребец? Кто жеребец? Нет, ты давай скажи прямо.

Лерка несколько секунд отчетливо дышала в трубку. А потом сказала – будто для кого-то другого:

– Ты меня тогда… отпустил… Не думай – я этого никогда не забуду…

В конце концов Вовчик махнул на неё рукой. Что он нанятый? У него тоже имеется, знаешь, мужская гордость. Мало, что ли, девок, которых не требуется уговаривать? Плюнул на неё Вовчик и не стал ей больше звонить. Даже телефон Леркин вычеркнул из записной книжки. Зачирикал так, чтоб не разобрать было, если вдруг сдуру захочется.

То есть, исключил он Лерку из своей жизни.

Тем более что и Аллочка, с которой он когда-то перемигнулся, оказалась девкой нормальной и откликнулась на первое же приглашение. Поначалу, конечно, тоже слегка выпендривалась: то да се, в институте учится, высшее образование, но потом Вовчик, не будучи жмотом, сводил её в «Золотой уголок», шампанского там поставил, грильяж, разные прибамбасы, перстенек ей купил, скромненький правда, всего за сто баксов. Но – нормально; девка сразу же оценила внимание. После первой же встречи Вовчик довел её до квартиры и отдраил на совесть. Аллочка из себя ничего такого не строила – вскрикивала, где положено, требовала, чуть ли не плача: Сильнее!… Еще сильнее!… – Сразу чувствовалось, что человек старается искренне. Вовчик вынес из этого вечера самые благоприятные впечатления. И лишь когда, уже после всего, они лежали, приятно расслабленные, и курили, Аллочка попросила, чтоб Вовчик свозил её как-нибудь в Анатолию. Только лучше зимой, тогда загар липнет прочнее. Вовчик ей, конечно, пообещал.

А Лерку он уже как-то весной встретил с одним хмырем. Очкастый такой, в пальтишке, какое даже не каждый бомж на себя наденет. И Лерка сама тоже – в курточке легонькой, ежится от дождя и ветра. Увидела его – вздрогнула и, будто курица, нервно кивнула.

Вовчик в ответ также степенно наклонил голову.

Внутри у него ничего не отозвалось. Разошлись, будто корабли в океане.

И только когда Аллочка минут через пять после встречи начала было зудеть, что вот, мол, фифа какая, ты видел, со мной даже не поздоровалась, всегда эта Лерка чересчур о себе воображала, Вовчик вдруг сморщился и резковато велел ей заткнуться.

Аллочка было обиделась:

– А что я такого сказала? Ведь правда?…

Но Вовчик лишь глянул на неё сверху вниз, и Аллочка утихомирилась.