Тинкер - Спенсер Уэн - Страница 57

— Я просто пытаюсь предупредить тебя. Знаешь, ведь у него могут быть две задачи.

— Что ты имеешь в виду?

— Он может удерживать тебя от того, что не нравится Ветроволку.

— Например?

— Не представляю! — Рики поднял руки, мол, знать не знаю и ведать не ведаю. — Могу только догадываться. Я абсолютно уверен, что не могу отвезти тебя на своем мотоцикле куда-нибудь выпить. А это жаль, потому что, как мне кажется, ты не дура насчет выпивки.

Она смутилась:

— У меня тонна работы.

— Ну, ты меня удивляешь! Если бы я был тобой, то самое последнее, чего бы я хотел, так это гулять под присмотром сторожевого пса, не спускающего с тебя глаз! Я бы сбежал просто для того, чтобы побыть наедине с собой и понять, как это — быть выброшенным из человеческой расы.

— Это как-то по-детски.

— Главная новость дня: ты все еще ребенок. А вот и другое важное объявление: и останешься им надолго.

— Я взрослая.

— Как человек, да, — усмехнулся Рики. — А как эльфу, тебе всего жалких шестьдесят или около того. Ты не станешь взрослой еще долго-долго.

Она лишь в ужасе посмотрела на него:

— О нет, нет, нет.

— Как я уже сказал, если бы я был тобой, я бы отшил сторожевого пса и смылся.

Она изо всех сил старалась не смотреть в сторону Пони.

— Ага, а если он не отворачивается ни на минуту?

— Отойди за машину. Там тебя не видно, а я останусь здесь и буду продолжать с тобой разговаривать. Наверняка он подумает, что ты работаешь с той стороны.

— А как же ты? Когда он поймет, что я сбежала?

— Не беспокойся обо мне. Я хорошо умею притворяться безобидным.

Не что иное, как слепая паника, погнала ее прочь со свалки, в сторону дома. Верный своему слову, Рики стоял у «доджа» и разговаривал с пустотой, а она зашла за грузовик, обогнула старый внедорожник «ПТ», нырнула в «форд»… А потом и сама не заметила, как пошла быстрее и быстрее и — побежала.

Она кинулась к своему чердаку инстинктивно, однако, по мере приближения к дому, нашла тому и рациональные объяснения. Не подумав, она уже показала Пони три места, где могла бы залечь на дно: кондоминиум Масленки, дом Лейн и лавку Тулу. Оставался отель на Невилл-Айленде. Но нужно взять ключи от входной двери, оружие, удочку и немного денег. Хорошо было бы еще и переодеться, но если она задержится на чердаке, Пони успеет ее перехватить. Заворачивая за угол, Тинкер оглянулась через плечо. «Сторожевого пса» не было видно.

И тут она чуть не врезалась в незнакомца.

Первое, что бросилось ей в глаза? Высокий рост и рыжие волосы. Она отпрянула на расстояние вытянутой руки и поняла: перед ней не один из громил, напавших на трейлер во время Выключения, а какая-то высокая эльфийка. Стройная и красивая, огненного цвета волосы заплетены сзади в толстую косу. Одета, как и Пони, в кольчугу из чешуи виверна, на руках вытатуированы постоянно действующие защитные заклятия. Татуировка была красноватого оттенка, совпадающего с цветом ее волос.

— Простите, я вас не видела, — сказала Тинкер по-английски.

Эльфийка смотрела на знак gay на лбу у Тинкер.

— Тинкер зэ доми?

Ах, черт! Эльфийке известно ее имя! Но хотя бы рогов у нее нет. К сожалению, эльфийка была не одна. Рядом обнаружились два ее брата, родных или, может, двоюродных: высокие, элегантные и такие же огненноволосые эльфы, увешанные оружием. Тот, что подальше, фактически стоял на ступеньках жилища Тинкер: они либо шли от ее дома, либо направлялись к нему. Так или иначе, но они отрезали ей путь и к дому, и к заправочной станции, находившейся вниз по улице. Все остальные дома за спиной Тинкер, вплоть до самой свалки, были заброшены и безлюдны.

— Кто вы? — Тинкер попыталась увернуться от эльфийки. — Чего вы хотите?

— Кивийау фом ани. Батья!

Вот что, кажется, произнесла эльфийка. У нее был странный, малопонятный акцент. Первое и последнее слова, впрочем, Тинкер разобрала. «Кивийау». «Идем». «Батья». «Немедленно». Помимо слов, эльфийка использовала еще и язык жестов: она явно хотела, чтобы Тинкер куда-то пошла с ними.

— Чата? Зачем? — проговорила, отступая, Тинкер. Все ее мышцы натянулись, как эластичные бинты, и хором шептали: «беги, беги, беги», да так громко, что она была уверена: эльфы это слышат.

— Кивийау. Батья!

— Я не понимаю. Нэканат. — Она сделала еще один шаг назад. — Чата?

Согласно какому-то странному универсальному закону, сталкиваясь с теми, кто их не понимает, люди начинают говорить громко и медленно, а эльфы — вежливо и быстро. Эльфийка разразилась скоростной тирадой на высоком эльфийском.

— Не понимаю, — упиралась Тинкер. — Объясните, пожалуйста…

— Кивийау!

Эльфийка шагнула вперед и протянула руку, собираясь схватить ее. И тем самым словно спустила курок: Тинкер побежала.

Позже Тинкер осознала, что в ее мозгу уже выработался план побега, однако в тот миг она действовала слепо. Она не надеялась убежать далеко: ведь еще никто не выиграл забега у эльфов. Она юркнула в щель между домами и очутилась на пустынной параллельной улице прежде, чем сама осознала, что бежит. Рванула наискосок к скверу и, перескакивая через препятствия на старой школьной игровой площадке, подумала: «Несусь, как обезумевший кролик». Но тут вдруг до нее дошло, что она теперь тоже эльф, хотя и с более короткими ногами, а значит, способна бегать не хуже преследователей. Да, но у них оружие. И к тому же их трое. Она должна их как-то нейтрализовать, но мягко, ведь они — дальние родственники Ветроволка.

Скатываясь вниз по крутому склону холма Тулу, Тинкер соскочила с тропинки, которая вилась между яблоневыми деревьями, и, срезая путь, рванула через пасеку. Пробегая мимо ульев, она колотила по ним и неслась дальше, оставляя позади себя все нарастающее злобное жужжанье, которое мгновение спустя сменилось криками удивления и боли. У подножия холма Тинкер припала к земле, пролезла под нижним рядом колючей проволоки и на карачках поползла по грязному скотному двору. Инь и Ян двинулись к ней, шипя и расправляя крылья.

— Не на меня шипите, тупицы! На них, на них! — крикнула Тинкер, рискнув оглянуться назад.

Она увидела, как эльфийка, обнаружив, вероятно, что по верхнему ряду проволоки пропущен электрический ток, отступила назад, намереваясь, разбежавшись, перепрыгнуть препятствие.

Проклятье! Тинкер схватила горсть гравия и швырнула к ограде со словами «цып, цып, цып». Тут же вся домашняя птица ринулась туда, где упал гравий, толкаясь, стуча клювами и пытаясь отыскать зерна.

Тинкер шмыгнула в хлев, а Инь и Ян загоготали, угрожая незнакомке, приземлившейся аккурат между ними. Склад, который Тулу использовала под овин, имел мало общего с настоящим хлевом, не считая полутьмы, запаха сена и кружащейся в воздухе пыли. Эльфийка лающим голосом отдавала команды, а ее спутники отзывались, и по их воплям Тинкер поняла — ее убежище окружено. Она собиралась срезать путь через хлев, однако теперь забилась в одну из щелей, тяжело дыша и умирая от страха. Что дальше?

Она не должна была убегать от Пони, вот что. О чем она думала, черт побери? Явно ни о чем. Кто-то пытался убить Ветроволка, кто-то убил ее отца, и откуда ей известно, что эти вот — не те же самые «кто-то»?

Обнаружив в углу кучу каких-то вещей, Тинкер поползла к ним, бормоча: «дура, идиотка, тупица, дубина стоеросовая», что могло бы помочь, если бы она говорила не о себе. Но тут она заметила в углу несколько ярдов рыболовной сети, набор кеглей с двумя шарами, пружинную петлю, моток веревки и несколько тростей из древесины пекана. Наверно, Тулу выменяла на что-то. Тинкер скорее схватила петлю, две трости и сеть.

Прошло несколько минут, дверь с треском распахнулась, и ворвался один из эльфов. Тинкер швырнула в него первый кегельный шар. По весу шар немного отличался от подковы, но Тинкер удалось впечатать его прямо в цель — в висок. Эльф упал, однако в другую дверь уже ворвалась эльфийка. Тинкер запустила в нее пружину, пружина потащила с собой сеть, утяжеленную по краям кеглями, и сеть накрыла эльфийку. Подняв трость, Тинкер размахнулась так сильно, как только могла.