Клуб адского огня - Страуб Питер - Страница 77

— Эй, подожди-ка! — воскликнула Нора. — Что это ты делаешь?

Дэн улыбнулся ей.

— Нора, самое замечательное в наших милых отношениях — то, что они всегда так или иначе заканчиваются постелью. Ты уходишь, чтобы превратить в кошмар свою жизнь, я остаюсь и женюсь от тоски на ком попало, но рано или поздно ты снова неизменно врываешься в мою жизнь, и снова мы заряжаем свои батареи друг от друга. Разве это не так?

— Боже... — проговорила Нора.

— И все повторяется каждый раз, когда мы встречаемся, а на этот раз ты пришла ко мне еще прекраснее, чем обычно. Ты почти потеряла рассудок от беспокойства...

— Вряд ли это сравнимо с простым беспокойством.

— ...и пришла прямо сюда, потому что знаешь, что мы принадлежим друг другу. Внутри этого временного пузыря мы созданы друг для друга Мы помогаем друг другу, мы исцеляем друг друга. А исцелившись, мы расходимся в разные стороны и снова начинаем портить себе жизнь.

— Я вовсе не уверена, что это так, — сказала Нора. — Погоди. Прежде чем я решу что-то, мне необходимо принять ванну.

— Все решения давным-давно приняты. Осталось только им следовать, — сказал Харвич.

Нору охватило вдруг какое-то пылкое чувство, которому она не могла подобрать названия, — это чувство подняло ее с постели и повело в сторону ванны.

— Я буду здесь, когда ты вернешься, — сказал Харвич, однако Нора едва слышала его. Она заперла за собой дверь и с пылающим лицом присела на крышку унитаза Странное чувство, переполнявшее ее, отказывалось назвать себя даже после того, как на глазах у Норы выступили слезы. Дэн хотел заботиться о ней, и она нуждалась в его заботе. Это казалось правдой.

— Но мне не надо, чтобы меня укладывали под себя, — шепотом обратилась к самой себе Нора — Мне совсем не надо, чтобы он меня трахал. — Нора спустила воду и стала разглядывать вещи, лежавшие на полочках, свисающую шапочку для душа, толстый махровый халат, шампунь, кондиционер, духи.

— Боже, — сказала она себе. — Какая я идиотка!

Нора встала, вымыла руки, завернулась в халат, все время прислушиваясь к возникающим внутри новым чувствам. И самое сильное из них — причем это наверняка было не унижение, не разочарование, не сожаление и даже не призрак ее прежней влюбленности в Дэна Харвича, а обыкновенный гнев — заставило ее вернуться в спальню.

— Для чего это? — спросил Дэн, указывая на халат.

— Для уважения к себе, — сказала Нора — Хотя его почти уже не осталось.

— Хм. Иди сюда, Нора. Присядь и поговори со мной. Я хочу тебе помочь.

— Ты уже помог мне, — сказала Нора, направившись было к креслу, на котором Дэн сложил ее одежду. Его джинсы лежали аккуратно свернутые на стоящем рядом стуле, а рубашка была переброшена через спинку. — Ты впустил меня, накормил, организовал встречу с Марком Фойлом. Я очень благодарна тебе. Спасибо, Дэн.

— Ты не благодарна, а расстроена Я понимаю, Нора. Ты прошла через настоящий ад, и это по-прежнему гнетет тебя. Ты думаешь, что никому нельзя доверять, и когда я пытаюсь тебя утешить, в твоем мозгу звучит сигнал тревоги. Ты думаешь, что не можешь доверять даже мне. Я понимаю, отчасти это и моя вина.

Остановившись на полпути к креслу, Нора обернулась и, скрестив на груди руки, внимательно посмотрела на Дэна.

— И в чем же ты видишь свою вину, Дэн?

— Я слишком многое принимал как должное.

— Боже, неужели ты произнес это вслух?

— Я просто не думал, что ты можешь настолько неверно меня понять. Даю тебе честное слово, Нора, у меня и в мыслях не было сделать что-то такое, чего ты не хотела бы так же сильно, как я.

— И самое лучшее в наших отношениях — это то, что они всегда оканчивались в постели, поэтому, как только я почувствую себя в безопасности, ты поможешь мне по-настоящему — займешься со мной сексом.

— Давай не будем отрицать факты. Мы действительно ложились друг с другом в постель и после этого чувствовали себя гораздо лучше.

— Ты чувствуешь себя гораздо лучше после того, как женишься в очередной раз. Ведь у тебя всегда были любовницы, правда, Дэн? Когда одной жене надоедает с тобой возиться, у тебя уже есть наготове другая кандидатура. Когда я приехала сюда в первый раз, ты специально привез меня из мотеля домой, чтобы Хелен устроила сцену, заговорила о разводе и ты мог поскорее жениться на Ларк. Ты не мог жениться на мне, я для этого слишком ненормальная.

— Нора, тебе не понравилась бы моя жизнь. Она для тебя слишком однообразна.

Повернувшись к Дэну спиной, Нора подошла к креслу и стала надевать джинсы.

— Я схожу по тебе с ума. Ты — потрясающая женщина.

— Ты понятия не имеешь, кто я такая на самом деле. Я твой «корабельный» роман. — Застегнув джинсы, Нора отбросила в сторону халат — пусть смотрит. — Тебя распаляет хаос, который я привношу в твою скучную, размеренную жизнь, но ты хочешь, чтобы все не выходило за рамки. Ты замечательно проводишь время с сумасшедшей леди, а потом, когда время для развлечений истекло, — назад, к дежурной девушке, разве не так? — Нора пыталась натянуть футболку, но от волнения у нее ничего не получалось. Наконец она сообразила, что футболку надо сначала вывернуть. — К девушке, чьи вещи разложены на полочках в ванной комнате, к той, которая дважды звонила тебе сегодня утром. К той, которая все время берет на память какие-то безделушки из отелей, где вы останавливались с ней вместе.

— Оказывается, вся фантазия мира сосредоточена не только в романах, — удивленно произнес Харвич.

— Это та самая девушка, которая сегодня утром сказала тебе, что сейчас приедет сюда. Ведь именно после этого ты изменил свое решение и сказал, что мы немедленно едем к Марку Фойлу. Ты подсчитал в уме, что третью миссис Харвич можно и отложить на два-три дня. Меня ведь слишком рискованно держать здесь дольше этого времени, не так ли?

Харвич сидел на кровати, обвив руками колени, и смотрел на Нору кротким и недоуменным взглядом. Прежде чем заговорить, он выдержал паузу, словно желая убедиться, что Нора уже закончила свою обвинительную речь.

— Не могла бы ты перестать фантазировать и выслушать правду?

— Единственное, чего я не понимаю, — сказала Нора, — это почему она не спит в твоей спальне. Вот это действительно выше моего понимания. Может быть, она храпит по ночам, а может, вы оба решили приберечь эту постель до твоей третьей брачной ночи, как желанную награду за все мучения?

Глубоко вздохнув, Харвич развел руками.

— То, что ты описываешь, выдумано тобой же от первого до последнего слова. Сказка! Я прошу тебя помнить все время о том, кто такой настоящий я, а не тот монстр, которого ты только что изобрела. И тогда я все время буду внимательным и терпеливым. Может быть, ты не в состоянии поверить в это сейчас, но это — чистая правда.

Слова Дэна всколыхнули в Норе ее прежние чувства по поводу него, и его спокойный, заботливый тон заставил Нору усомниться в собственной правоте. Ведь это Харвич, напомнила себе Нора. Тогда, три года назад, она сама буквально набросилась на него. Так можно ли винить Дэна в том, что он воспользовался случаем? Это была правда Она ведь сама с готовностью помогла ему ускорить крах отношений с Хелен.

— Говори дальше, — сказала Нора.

— Я не обвиняю тебя в том, что ты испытываешь странные чувства по поводу Ларк. Но я был честен. Как только ты приехала три года назад, я сказал тебе, что уже встречаюсь с другой женщиной. Не стану также притворяться, что был ей верным мужем — я им не был. О'кей? Признаюсь. Я изменял ей. Она очень быстро мне наскучила Мне надо то, чем обладаешь ты, — это... твоя сила духа, что ли... понимаешь, ты — личность. Но поверь мне, сейчас у меня нет новой невесты, ожидающей окончания развода.

— Тогда чьи же вещи разложены в ванной?

Харвич на секунду отвел взгляд, словно пытаясь собраться с решимостью, потом снова повернулся к Норе.

— Ну, хорошо. Но только прошу не забывать, что я вовсе не обязан объяснять ни это, ни что бы то ни было. Ты ведь понимаешь это?