Коко - Страуб Питер - Страница 118

– Ты не знаешь никакого места, где я мог бы поселиться?

Официант покачал головой, затем сказал:

– Вы должны жить с такими же, как вы сами.

Он повернулся к Коко спиной и прошел в переднюю часть ресторана, где перегнулся через конторку и стал заунывно-визгливым голосом объяснять что-то человеку, сидящему за кассой.

Коко порыскал глазами по последней странице “Виллидж Войс”. Объявления казались ему еще более бессмысленными, чем шифровки на странице недвижимости. Но вот глаза его наткнулись на одно сообщение, показавшееся ему необычным. Оно было адресовано вселенной и, возможно, кому-нибудь вроде Коко, кто потерялся в ее огромном пространстве: “ДУШАЩЕЕ, ПРИВОДЯЩЕЕ ВСЕ ЧУВСТВА В ОЦЕПЕНЕНИЕ ГОРЕ. ТЫ ДОЛЖЕН НАЙТИ ТО, ЧТО ПОТЕРЯНО”. Коко почувствовал напряжение, будто бы это объявление действительно могло быть помещено сюда тем, кто знал и понимал его.

В это время Коко заметил, что еще один человек в передней части ресторана смотрит на него с блеском в глазах, который мог быть вызван только обещанием денег. Коко сложил газету и поднялся, чтобы подойти к нему. Он уже знал, что нашел для себя комнату.

Последовало обычное формальное знакомство, неизменно включавшее в себя выражение удивления по поводу того, что Коко владеет кантонским диалектом.

– Я питаю пристрастие ко всему китайскому, – сказал Коко. – Очень жаль, что мой кошелек не так велик, как мое сердце.

Блеск глаз владельца ресторана сделался после этих слов не столь ярким.

– Но я с удовольствием заплачу подобающую цену за все, что вы будете так добры мне предложить, и вы также приобретете мою безграничную благодарность.

– А как вы остались без жилья?

– Моя комната понадобилась хозяину для других нужд.

– А ваши вещи?

– Со мной все, что у меня есть.

– У вас нет работы?

– Я писатель. Правда, не очень известный. Владелец ресторана протянул ему руку.

– Я – Чин Ву-фу.

– Тимоти Андерхилл, – произнес Коко, отвечая на рукопожатие.

Чин знаком показал Коко, чтобы тот следовал за ним. Они вышли на улицу. Коко, морщась от холода, надел рюкзак и последовал за Чином на Вайард-стрит. Тот довольно быстро шел вперед, также ежась от холода. Они прошли пару кварталов и свернули на узкую пустую Элизабет-стрит. Пройдя еще с полквартала, Чин нырнул в какую-то арку и исчез. Затем вновь появился и показал Коко, чтобы тот шел за ним. Коко очутился в небольшом выложенным кирпичом заднем дворике какого-то дома, где едва уловимо пахло растительным маслом. Коко отметил про себя, что в этот дворик явно никогда не заглядывает солнце. Сюда выходили задние стены и пожарные выходы соседних домов. Все было замечательно. Китаец в темном костюме показал Коко на дверь, ведущую в полуподвальное помещение.

– Спустимся вниз, – сказал владелец ресторана, ныряя в темный колодец с крутой лестницей.

Коко последовал за ним.

Спустившись вниз, Чин зажег свисающую со шнура голую лампочку и долго перебирал множество ключей, висящих на огромном кольце, прежде чем открыть одну из дверей. Не говоря ни слова, он распахнул ее перед Коко и жестом предложил войти внутрь.

Коко ступил в абсолютную темноту. Он сразу понял, что здесь именно то, что ему надо. Еще до того, как Чин Ву-фу потянул руку к шнуру и зажег свет, Коко понял, что находится в четырехугольной комнате без окон. Стены были темно-зеленого цвета, на полу валялся матрац, по которому бегало тараканье семейство. Еще здесь был складной стул, ржавая раковина и самой примитивной конструкции туалет за ширмой в углу. Он не может говорить с полицией, но он может отыскать Майкла Пула, а Майкл Пул был человеком, способным понять, что такое с начала до конца и обратно. Гарри Биверс был дорогой назад, а Майкл Пул был узкой, едва заметной тропкой ведущей вперед из этой убогой комнатушки. Наконец зажглась еще одна голая лампочка, тускло осветившая комнату. И вдруг здесь, на нескольких метрах глубины под Элизабет-стрит, Коко всей кожей почувствовал ветер, дующий вдоль замерзшей реки. Боль была иллюзией.