Тайна - Страуб Питер - Страница 124

— Так вот почему вы навещали меня в больнице, — произнес Том. Его охватили чувства, слишком сильные, чтобы называть их словами. Тело его словно разрывали на части, а голову погружали то в лед, то в пламя.

— Я люблю тебя, Том, — сказал старик. — Я очень горжусь тобой и люблю тебя, но я не заслуживаю твоей любви. Я был плохим отцом.

Том сделал шаг в его сторону, а фон Хайлиц вдруг оказался рядом, хотя Том не заметил ни малейших признаков его движения. Старик неловко обнял юношу, а Том словно застыл на месте. Потом что-то обрушилось у него внутри — какая-то тяжелая глыба, которую он носил внутри всю свою жизнь, не подозревая о ее существовании, — и Том разрыдался. Рыдания исходили откуда-то из-под этой каменной глыбы, из каких-то глубин его души, которые оставались до сих пор нетронутыми. Он обнял фон Хайлица и ощутил вдруг небывалую легкость и радость бытия.

— Что ж, наконец-то я все рассказал тебе, — произнес старик. — Надеюсь, я не слишком грубо обрушил на тебя все это.

— Пожалуй, вы говорили слишком долго, — сказал Том.

— Что ж, мне многое надо было сказать.

Том рассмеялся. Слезы, продолжавшие бежать по его лицу, падали на плечо фон Хайлица, оставляя мокрое пятно на ткани пиджака.

— Да уж, — произнес он.

— Нам обоим потребуется какое-то время, чтобы привыкнуть ко всему этому. Я хочу также, чтобы ты знал — Виктор Пасмор, возможно, сделал все, чтобы как можно лучше справиться со своей задачей. Конечно, он не хотел, чтобы ты вырос таким, как я, и честно пытался дать тебе то, что считал нормальным детством.

Том сделал шаг назад и взглянул в лицо фон Хайлица. Оно больше не напоминало маску, напротив, казалось до боли знакомым и родным.

— Учитывая все обстоятельства, это стоило ему огромных усилий. Ему наверняка было нелегко.

Мир вдруг изменился целиком и полностью, оставаясь в то же время таким, как был. Разница состояла в том, что теперь Том понимал — или начинал понимать — многие моменты своей жизни, которые раньше воспринимал лишь как доказательства своей необычности и неприспособленности к этой жизни.

— Но если вы думаете, что это вы грубо обрушили... — начал было Том.

— Давай зайдем в дом, — перебил его фон Хайлиц.

49

Через час Том вернулся в пустой дом Гленденнинга Апшоу. Когда Леймон фон Хайлиц услышал, что юноша собирается вернуться, чтобы встретиться с Сарой Спенс, он очень неохотно отпустил его, взяв с Тома обещание, что ровно в час он будет ждать его перед домом.

Когда миссис Трухарт ушла спать, Том и фон Хайлиц долго разговаривали приглушенными голосами. Старик сказал, что у них еще будет время обсудить убийство Джанин Тилман и Антона Гетца, а сейчас им надо обсудить множество разных деталей, касающихся их обоих.

— У нас впереди пятичасовой перелет, — сказал он. — Тим Трухарт доставит нас в Миннеаполис, а там мы сядем на самолет до Милл Уолк. Как только мы прилетим, примемся за организацию поимки убийцы.

— Но имя, скажите мне хотя бы его имя, — умолял Том.

Улыбнувшись, фон Хайлиц встал, чтобы проводить Тома до двери.

— Я хочу, чтобы ты сам назвал мне его имя.

И теперь Том ждал Сару, сгорая от нетерпения и надеясь, что успел вовремя, и девушка не успела уйти, подождав его возле пустого дома. Том боялся зажигать свет, чтобы не привлечь внимания Джерри Хазека, который, скорее всего, находился где-то рядом. Подождав немного, Том выскользнул из дома и встал за дубом, растущим на тропинке между его домом и домом Сары.

Вскоре он услышал звук шагов Сары, но не стал покидать своего укрытия, пока не разглядел в темноте белую блузку девушки. Загорелые руки и ноги выглядели темными по сравнению с блузкой и белокурыми волосами Сары. Она шла быстро и чуть не налетела на Тома, который вышел из-за дерева в тот момент, когда Сара поравнялась с ним.

— О! — испуганно воскликнула Сара.

— Это я, — тихо произнес Том.

— Ты испугал меня, — Сара коснулась груди Тома.

— Ты тоже испугала меня. Я уже стал сомневаться, что ты придешь.

— Моя двойная жизнь отнимает много времени — пришлось отправиться с Бадди в «Белый медведь» и смотреть там, как он напивается.

Том вспомнил, как Бадди гладил девушку по спине, а рука Сары лежала у него на плече.

— Мне очень жаль, что тебе приходится вести двойную жизнь, — сказал он.

Сара сделала шаг вперед и оказалась совсем близко.

— У тебя такой взволнованный вид, — сказала она. — Это из-за меня или из-за того, что произошло сегодня днем? Тебе не стоит волноваться по поводу меня, Том. А Джерри и его друзья сбежали. После обеда Ральф нигде не мог найти их.

— Нэппи арестовали, — сказал Том. — Возможно, остальные действительно скрылись, но скорее всего нет. Я улетаю сегодня на Милл Уолк. Сегодня столько всего произошло. Я только что узнал... ну, я только что узнал о себе что-то очень важное. И от всего этого голова немного идет кругом.

— Улетаешь сегодня? — переспросила Сара. — И когда же — скоро?

— Примерно через час.

Сара в упор посмотрела на Тома.

— Тогда пойдем скорее в дом, — сказала она. Она обняла Тома за талию, и вместе они направились к почти невидимому в темноте крыльцу.

— Но на чем же ты полетишь? Самолеты не летают по ночам.

— Сначала мы летим в Миннеаполис, — сказал Том.

— Мы? — удивилась Сара.

— Я и кое-кто еще. У шефа местной полиции есть небольшой самолет, и он доставит нас туда.

Склонив голову набок, Сара внимательно посмотрела на Тома.

— Я лечу с Леймоном фон Хайлицом, — признался Том, — но, пожалуйста, Сара, никому не рассказывай о том, что он был здесь. Это очень серьезно. Никто не должен знать.

— А ты думаешь, я всем пересказываю наши с тобой разговоры?

— Иногда я действительно спрашиваю себя об этом.

Сара обвила руками шею Тома, лицо ее было совсем близко, оно стало как бы частью тьмы, заслонило глаза Тома. Он поцеловал Сару — это было все равно, что поцеловать ночь.

— Так мы войдем в дом или так и будем тут стоять? — поинтересовалась Сара.

— Ну, конечно, войдем, — сказал Том.

Они поднялись по ступенькам, Том пропустил девушку внутрь и, войдя в дом, запер дверь.