Тайна - Страуб Питер - Страница 88

— Это, наверное, был несчастный случай.

Сара почти застенчиво улыбнулась ему.

— Если хочешь, можешь пообедать сегодня с нами. Только не тычь ни в кого пальцем и не обвиняй в убийстве, как в последней главе детективного романа.

— Я буду вести себя хорошо, — пообещал Том.

Сара быстро обняла его.

— Бадди и Кип пригласили меня сходить с ними после обеда в «Белый медведь», но я сказала, что хочу остаться дома. Так что, если ты тоже решишь остаться одна...

Том принял душ в ванной рядом с бывшей спальней своей матери, обернул вокруг талии полотенце и вышел в коридор. Барбара Дин как раз уронила что-то тяжелое. Том поспешил к себе в комнату. Сняв с постели индейский плед, Том растянулся под ним, вдыхая запах свежевыстиранных простыней и плесени, и через несколько секунд заснул.

Он проснулся часа через полтора. Все кругом выглядело незнакомым. На мгновение Тому показалось, что это не он, а кто-то другой лежит один в пустой, но очень милой комнате. Сев на постели, он увидел висящее на стуле полотенце и только в этот момент понял, где находится. Он вспомнил разом весь сегодняшний день. Встав с постели, Том подошел к гардеробу и надел брюки защитного цвета и белую рубашку, галстук и синий пиджак, который Глория заставила его взять с собой. Сунув ноги в мокасины, он спустился вниз. Дом был пуст.

Том вышел на улицу и направился к клубу.

33

На первом этаже клуба к нему подошел загорелый молодой человек в белой рубашке с манжетами, облегающих черных брюках с атласными лампасами и начищенных до блеска черных ботинках. На мужчине не было, однако, ни пиджака, ни галстука, зато черные волосы его были набриолинены.

— Что вам угодно? — спросил он Тома.

По обе стороны широкой лестницы стояли плетеные кресла и деревянные столики со светлыми полированными крышками. Возле каждого столика стоял торшер с шелковым абажуром, и, хотя за окнами было еще светло, все лампы были зажжены. В помещении не было никого, кроме Тома и молодого человека, которого это явно устраивало.

Том представился, и молодой человек кивнул головой.

— О, мистер Пасмор. Мистер Апшоу уведомил нас, что вы можете пользоваться его членскими привилегиями все время своего пребывания на Игл-лейк. Вы обедаете сегодня один? Зайдете перед обедом в бар или вас сразу проводить к столику? — произнося все это, он смотрел Тому в лоб.

— А Сара Спенс уже здесь? — спросил Том.

Молодой человек закрыл глаза, затем снова открыл их — движение было слишком хорошо просчитано, чтобы можно было принять его за моргание.

— Мисс Спенс наверху со своими родителями, сэр. Спенсы будут обедать за большим столом вместе с Редвингами — они устраивают сегодня вечеринку.

— Тогда я сразу пройду наверх, — сказал Том, направляясь к лестнице.

Он поднялся на второй этаж, который заканчивался открытой террасой. На террасе стояли под полосатыми зонтиками три круглых белых столика, а в самой столовой находились десять столов побольше — ровно по количеству коттеджей жителей Милл Уолк, отдыхающих на севере. Три из десяти столиков были накрыты белыми скатертями, на них стояли свечи, цветы и бокалы для вина. У левой стены Том заметил сцену с небольшим роялем, специально отведенным местом для оркестра. За одним из столиков сидели Нейл Лангенхайм с женой. Нейл поднял бокал, приветствуя Тома, тот улыбнулся в ответ.

Сара, стоявшая у бара справа среди взрослых в спортивной одежде, сверкнула глазами в его сторону и пошла навстречу.

— Зачем ты надел этот галстук? — спросила она. — О, не обращай на меня внимания, я очень рада, что ты пришел. Подойди познакомься со всеми.

Сара подвела его к бару и представила Ральфу и Катинке Редвинг. Глава клана Редвингов улыбнулся Тому, продемонстрировав щель между передними зубами, и так крепко сжал его руку, что Тому стало немного больно. Маленькие черные глазки смотрелись чересчур жизнерадостно на его бледном лице. Жена Ральфа, которая была почти на голову выше мужа и уже успела покрыться загаром, обратила на Тома взгляд своих бесцветных глаз.

— Так ты — сын Глории, — сказала она.

— Внук Глена Апшоу, — уточнил ее муж. — Ты ведь первый раз здесь, не так ли? Тебе понравится. Это чудесное место. Иногда я подумываю о том, чтобы удалиться сюда на покой. Так хорошо было бы пожить одному среди этих чудесных лесов, вдоволь поохотиться и порыбачить. Тишина и покой. Тебе обязательно здесь понравится.

Том поблагодарил Ральфа за то, что тот разрешил ему лететь в своем самолете.

— Всегда рад сделать что-нибудь для Глена — одного из старейшин нашего острова. Очень солидный, уважаемый человек. Тебе понравился самолет? С тобой хорошо обращались?

— Я никогда раньше не летал на самолете, — сказал Том. Миссис Спенс подошла к Ральфу Редвингу. Она успела переодеться, и теперь на ней было розовое платье до колен с глубоким декольте. Она напоминала большой сахарный леденец.

— Я всегда говорила, что предпочитаю твой самолет самолету Фрэнка Синатры.

Ральф обнял ее за талию полной волосатой рукой.

— Страшно даже подумать, что мог бы натворить Фрэнк Синатра, если бы ты появилась на борту его самолета в этом платье. Ха-а! Разве я не прав? — Ральф не торопился отпускать миссис Спенс. Катинка Редвинг, делая вид, что не замечает этого, поднесла ко рту бокал с прозрачной жидкостью.

— Как тебе твой первый день на озере? — спросил мистер Спенс. — Успел развлечься?

— Не совсем, — ответил Том. — Я ходил в город и познакомился с Четом Гамильтоном.

Лицо Ральфа Редвинга стало вдруг неподвижным, а жена его отступила на шаг назад и прислонилась к стойке бара.

— С Томом произошла небольшая неприятность, — сказала Сара. — Он думает, что кто-то специально толкнул его с тротуара под машину. Тому повезло — машина проехала прямо над ним, не причинив ему вреда.

Живые глаза Ральфа стали вдруг какими-то плоскими, невыразительными.

— Лучше бы это случилось с Четом Гамильтоном, — сказал он. — Мы никогда не говорим здесь о Гамильтонах, — Ральф выдавил из себя улыбку. — Мы не трогаем их, они не трогают нас. Это очень мудро.

— Что случилось? Что произошло? — воскликнул человек, который разговаривал до этого с кем-то другим, но случайно услышал реплику Сары о том, что произошло с Томом. Он был примерного того же возраста, что и Ральф Редвинг, с черными волосами и загорелым лицом. — Кто-то толкнул тебя под машину? Ты не пострадал?