Доктор Web для молодого вампира - Стрельцова Маша - Страница 62

Я удивилась — неужто она меня узнала?

— Ты иди давай, иди, — сурово подтолкнул ее мент. — Все вы не убивали.

А мне некстати вспомнилась Мульти — та ведь тоже кричала, что не убивала.

— Ты тоже не веришь, да? — Юля потерянно посмотрела на меня красными, зареванными глазами.

Из квартиры раздался жалобный младенческий писк. Юля, закричав, рванулась обратно, менты кое — как вдвоем ее удержали.

— Вы что, совсем сердца у вас нет, ну как же я кровиночку-то свою оставлю? — рыдала она навзрыд. — Он ведь маленький совсем, восемь месяцев, ведь умрет он без меня.

— Да успокойтесь вы, дамочка, — заорал мент. — Ничего с вашим сыном не будет, сейчас за ним приедут и в дом малютки отвезут!

И менты поволокли девушку вниз по лестнице. Она рыдала, пыталась хвататься за перила, брыкалась, пока один из ментов не вытянул ее пару раз резиновой дубинкой.

— Совсем охренели, что ли! — возмутилась я. — Женщину — и бить!

— Поговори тут еще! — зло буркнул мент.

— Маша, — внезапно закричала Юля, — Маша, будь человеком, пригрей моего Димочку, не дай им в детдом его забрать! Христом — Богом прошу, Маша.

— Хорошо, — медленно кивнула я под ее истовым взором.

Я не могла ей отказать по двум веским причинам. Во-первых — ни одна ведьма не откажет, если ее попросить именем Христа. Худо — бедно, а с начальством мы предпочитаем не ссориться, у нас же почти все заговоры — по сути молитвы, и большинство печатей на них ставится именем Пресвятой Троицы.

А во-вторых — ее сына звали Димочкой.

— Потемкина, — высунулся из квартиры Витька. — Иди с ребенком что — нибудь сделай, ты же женщина!

— А что я с ним должна как женщина сделать? — воззрилась я на него в изумлении.

— Ну я не знаю, ревет малец, придумай что — нибудь! — поморщился он.

Я быстренько слезла с подоконника и пошла в квартиру.

Младенчик лежал в деревянной кроватке и трубно вопил, широко раскрыв беззубый рот.

— Ой блин, — протянула я и обернулась на Витьку. — А чего с ним делать?

— А я откуда знаю? — буркнул он. — Ты ж у нас мать — героиня.

И он вышел, оставив меня наедине с плачущим младенцем.

Я подошла к нему и строго сказала:

— Так, Дмитрий, рыдать прекращаем.

Младенчик на секунду замолчал, недоуменно на меня посмотрел, после чего открыв рот и взревел с утроенной силой.

— Ты его что, бьешь? — влетел в комнату светловолосый мент.

— Ой, не лезь, — поморщилась я и оглянулась.

Так и есть. Недалеко стояла початая пачка с подгузниками, я вытащила один и принялась переодевать ребенка. Что б ему было веселее, я самозабвенно пела «Ой-люли-люли-люли».

Ребенок мне подпевал, так сказать.

— Что за дурдом, — бросил в сердцах светловолосый и ушел. А я, ощущая себя ну шибко умной, протерла попку малыша влажной салфеткой, потом сухой, потом подумала и смазала детским маслом. Вроде все верно? Ай да я, а ведь могла и не сообразить! Я надела на ребенка памперс, ползунки, сделала ему козу и схватила на руки.

— Пошли, Димка, посмотрим, чем тебя кормить сегодня будем, — сказала я и мы направились на кухню. Там я залезла вроде во все шкафчики и поняла ужасающую истину…

Юля кормила сына своим молоком. Никаких детских смесей не было и в помине.

— Вот черт, — озадаченно сказала я, глядя на рыдающего малыша. Ну что ж, надо идти к Витьке, пусть меня срочно везет домой, и по пути — в магазин за питанием для Димки.

Я покрепче прижала к себе крошечное тельце и пошла искать Корабельникова. Вместо него я прямо в дверях столкнулась с Узелком.

— Здравствуйте, — ошарашено сказала я.

— Здравствуйте, — смерила она меня взглядом.

— Женщина, вы меня наверно не узнали, — вздохнула я. — Помните, вы Настю и Катю Березняковых должны были в детдом забрать? Так я их тетка, помните?

Узелок повнимательнее присмотрелась ко мне и в ужасе заорала:

— Господи! Кому я детей отдала!!!

— Вы чего? — опешила я.

— Сама по подвалам, бичара, таскаешься, и детей за собой??? — визжала она. — Милиция!

Витька тут же вырос в дверном проеме.

— Ну, что случилось? — нетерпеливо сказал он.

— Подтверди даме, что я вовсе не то, что она думает, — каменным голосом попросила я.

— А что она думает? — озадачился он.

— Ну, — я неловко вздохнула рукой с оторванным рукавом, пытаясь ткнуть себе в фингал.

— А, ты про этот маскарад! — догадался он. — Не, Софья Матвеевна, у этой девушки денег куры не клюют, я ее с детства знаю.

— Но…, — Узелок красноречиво протянула руку в сторону меня.

— Софья Матвеевна, — вздохнула я. — Вчера была суббота, и я просто была на костюмированной вечеринке. Все нарядились мушкетерами и феями, а я решила выделиться, и надела костюм бомжихи. Поверьте, все не так плохо, как вы подумали.

— А как вы тут оказались? — только и смогла вымолвить Узелок.

— Так Виктор Корабельников — мой друг детства, попросил посодействовать, — кивнула я на малыша. — Я так понимаю, вы за ним?

— Разумеется, — настороженно согласилась она.

— Вы знаете, тут такое дело, — почесала я лапой за ухом. — Мальца-то мне тоже придется забрать, его мать уж шибко меня просила.

Узелок побагровела, после чего посинела и вымолвила:

— Вы их продаете ???

— Кому? — озадачилась я.

— На запчасти, или бездетным американцам! Знаю я эти штучки, газеты читаем, — рявкнула Узелок и попыталась выхватить у меня Димку. Я ловко вывернулась и заорала:

— Вииитька!

Витька снова возник в дверном проеме.

— Витенька, — со слезами сказала я. — Скажи этой даме, что я детьми не торгую.

— Не торгуешь конечно, а что? — озадачился он.

— Это просто возмутительно! — прошипела Узелок прямо Витьке в лицо. — Куда б я не приехала, везде — эта, и везде детей пытается забрать! Уж больно мне это подозрительно!

— Нет, я должна была мультиковских детей в детдом отдать, да, Витенька? — зло выкрикнула я.

— Ну не должна конечно, — кивнул он. — Молодец что их себе забрала, что и говорить.

— Я закрыла глаза на то что вы не приходитесь Березняковым родственницей, — продолжала истерику тетка. — Я решила, что раз девочка вас хорошо знает, то лучше и правда вам их отдать. Ну а Колесниковой вы кто? Двоюродная сестра, да?