Доктор Web для молодого вампира - Стрельцова Маша - Страница 79

— Тару? — воззрилась я на нее.

— Даа, — плачуще ответила Юлька. — Вино взяли, штопор — и тот взяли, а стаканы забыли!

И они воззрились на меня с надеждой.

— Не, не взяла, — смутилась я.

— И чего делать будем? — тяжко спросила Мульти. — Из горла я не буду, я что, алкашка — из горла-то пить?

Мы помолчали, с тоской переглядываясь. Ход мыслей был понятен. Дом — достаточно далеко, и идти туда, судя по всему никому не хотелось. Магазин — на таком же расстоянии как и дом.

— Нате, пользуйтесь моей добротой, — послышался голос Насти и тоненькая ручка просунула в окно детское ведерко.

— Ты еще тут ? — грозно спросила я.

— Не, все, бегу к малышам! — сказала она и только топот пронесся.

— Блин! — хлопнула себя по лбу Юлька. — Так надо было Настю-то за стопариками и послать!

— Ну, чего теперь говорить, — мудро ответила я.

Мультичек протянула руку, взяла с подоконника ведерко, покрутила его и вынесла вердикт:

— Нормальная тара! Почти чистая! Юлька, чего сидишь — наливай!

И мы напились. Напились и долго пели песни, воя на выступившую к тому времени луну, как заправский хор кошек. Потом Юлька расчувствовалась и стала рассказывать про свою нелегкую жизнь. Вышла она за Виталю, оказывается, пять лет назад, и тогда он был хороший, аки ангел небесный. Зато последние три года — кололся, как бешенный. Все из дома тащил. Юля и ребенка-то решила завести — только оттого что он умолял, мол, ради ребенка смогу соскочить с иглы. Только какое там!

— А все барыга местный, он ему лучшим другом был, — закончила она. — И в долг ему давал, и скидки на бедность делал…

Я поболтала в последней бутылке с газводой жалкими остатками, вылила в ведро и пустила его по кругу.

Тут в окошко просунулась голова дяди Феди и он робко спросил:

— А что, дочки, бутылки-то вам нужны, или как?

— Ой, дядь Миш, да забирайте вы их! — махнула рукой Мульти.

Я встряхнула головой, немного посоображала, глядя на дядю Федю, ловко собирающего в пакет бутылки, и наконец озадаченно молвила:

— Не понял… Ты, дед, ведь дядей Федей был!

Дед так и замер с протянутой к бутылке рукой.

— Ой, да чего ты собираешь? — сказала Юлька. — Дядя Миша это наш подъездный.

Дед ойкнул, разогнулся и побежал вон из домика, прихватив пакет с бутылками.

— Ну и ладно! — с обидой крикнула я ему вслед. — Только я носочки и варежки заговорила для Федора, не будут они тебе счастья приносить!

Блин, не морочил бы он мне голову, давно бы уж Кайгородов сидел! И вообще, я бы ста тысяч не лишилась! Баксами!

Я мрачно хлебнула «Буратино» из ведра, закусила сыром и передала по кругу. Мультик выхлестала остатки и деловито предложила:

— Тык давайте — ик! — барыгу-то того побьем!

— Точно! — поддержала я. — Добро — оно всегда победит зло! — ик! — поймает, поставит на колени и зверски отлупит!

И мы пошли бить барыгу.

Барыга оказался трусливый. Обитал он на первом этаже, и на призывы выйти и поговорить — как мужчина с мужчинами — барыга не отозвался. За окнами его квартиры периодически металась какая-то тень, и Юлька злобно процедила:

— Ведь дома, козел!

И неожиданно запустила бутылкой в окно.

На секунду воцарилась тишина, потом из-за разбитого окна кто-то тоненько заголосил:

— Убива—а-а-ють!!!!

— Дома, козел! — дружно обрадовались мы, и побежали в подъезд, выбивать металлическую дверь.

Так около нее нас, пыхтящих от усердия, и скрутил вызванный кем-то из соседей наряд. А может и барыгой, ведь мы и обрезали ему телефонные провода первым делом, только сотовый-то у него наверняка был!

Вот так мы снова оказались в уже родном нам обезьяннике ГОМа-6. Сбившись кучкой у стены, мы принялись думать.

— Посадят нас, как пить посадят! — скулила Юлька. — У этого барыги вся ментовка куплена, с чего бы он так спокойно торговал?

— Посадят, — вторила Мульти, обхватив голову. — Мы ж с тобой почти рецидивистки, только из СИЗо вышли — и вот опять вляпались.

— Посадят! — подвывала я. Аргументов не было, но понятно было, раз попали — так живыми не выпустят.

— А ты чего ноешь! — заорала на меня Мульти. — Живо звони Витьке, пусть вытаскивает!

С Мультиком лучше не спорить. Но я все же попыталась:

— Понимаешь, мы с ним эта, — промямлила я, — немного не в ладах.

— В ладах, не в ладах — а вытаскивать нас надо! — рявкнула она. — Я больше в СИЗо не хочу!

— Я тоже не хочу! — встрепенулась Юлька.

— Ну и я не хочу, — тяжко вздохнула я и вытащила из-под свитера сотовый.

Витенька как обычно спал и мне не обрадовался.

— Витенька, Витенька, спаси! — лихорадочно шептала я под одобрительными взглядами девчонок. — Мы это… в обезьяннике!

— Опять? — простонал он.

— Опять, — виновато согласилась я.

— Утром! — железным тоном сказал он.

— Витенька! — в голос заголосила я. — Утром нельзя, со мной Юлька с Мульти, их как рецидивисток махом по второму кругу заметут!

Окружающие с уважением посмотрели на девчонок.

— Ой, не дадите ж вы мне спокойно помереть! — застонал он.

— Витенька, Витенька, что хочешь для тебя сделаю, — исступленно шептала я, — только вытащи нас прямо сейчас, а, Витенька?

— Что хочу, значит, сделаешь? — со значением спросил он.

Мне внезапно стало не по себе и я быстро сказала:

— Спать с тобой я не буду даже за освобождение, имей в виду!

— Дура! — дружно рявкнули девчонки и треснули меня по макушке. — Убудет от тебя, что ли ради такого-то дела!

Я пристыжено заткнулась.

— Дура! — рявкнул Витька в трубку. — Нужна ты мне!

— Ну тогда конечно — конечно, — забормотала я. — Все что угодно, Витенька, все что угодно!

— Ну смотри, — веско сказал он. — Я одеваюсь — и еду вас выручать. Но ты сделаешь то что я тебя попрошу.

— Это разумное и выполнимое желание? — осторожно спросила я.

— Разумеется, — ответил он и отключился.

Девчонки, изнывая от нетерпения, набросились на меня.

— Ну что?

— Сейчас приедет! — важно заверила я.

— Ой, какой Витенька все же хороший — то! — расчувствовалась Мульти, — а я все на него бочку в детстве катила!

«Хороший он, как же!» — злобно буркнул внутренний голос. Я полностью разделяла его мнение.