Помело для лысой красавицы - Стрельцова Маша - Страница 60

Я решительно распахнула дверь и шагнула им навстречу.

— На ловца и зверь бежит, — ласково улыбнулась я улыбкой людоедки.

— Здравствуй, — сказал Сашка.

Девушка с недоумением посмотрела на меня снизу вверх.

— Отличные ботинки, — еще слаще улыбнулась я ей и, пошарив в кармане, протянула перстень Вишневскому. — Мерси за одолженный перстень, вы меня очень выручили.

— Да спасибо, не надо, — хмуро сказал Сашка.

— Двести тысяч долларов мне дарить? — изумилась я и обратилась к его спутнице: — Я конечно понимаю что он в меня влюблен, но таких чувств я от него не ожидала… Вам, девушка, дарили такие подарки когда-нибудь?

Она посмотрела на Вишневского, на меня, и растерянно сказала :

— Нет.

— И мне в первый раз, — вздохнула я и надела колечко на палец.

Мгновением позже ужас накрыл меня. Я ЕГО ОДЕЛА!

— У вас грязь под ногтями, — мстительно заметила девушка. Длинные ногти и правда после вчерашней прогулки в лес оказались не в лучшем виде.

Но ничего не произошло… Белый камень тускло сиял на моем пальце, и боль меня не скрутила и не принялась убивать — яростно и беспощадно.

— Да, вчера вот картошку сажала, — радостно откликнулась я. — Знаете, я ведь не то что другие белоручки — я и коровку подоить могу, и огород вскопать, и фейс начистить кому надо!

Девушка жалобно посмотрела на Вишневского, а я вдруг ощутила резкую боль в ногах. Было такое ощущение, словно кто-то подцепил вены и сухожилия и резко дернул за них. Снова вернулась моя обычная боль.

Дура!

Почему я не выпила отвар???

— Девочки, не ссорьтесь, — вяло сказал Вишневский. Видно было, что ситуация ему совсем не нравится, но что делать, он не знает. И мечтает чтобы этой ситуации не было вообще.

Я махнула рукой и на негнущихся ногах пошла к машине.

«Только бы дойти», — стучало в мозгах. Только бы дойти. Через каждые несколько шагов я останавливалась, пережидая вспышку боли, и потом опять с отчаянным упорством шла к машине.

— Что это с ней? — сквозь пелену боли услышала я. Ага, это девушка Вишневского.

— Не знаю, — спокойно ответил он.

Кое-как я добрела до машины, казалось, я шла эти несколько метров несколько часов. Схватившись за ручку дверцы, я трясущимися руками набрала на сотовом номер Витьки и выдохнула:

— Я у «Лукоморья» на машине. Спаси, Витенька.

Корабельников что-то кричал, я же кое-как ввалилась в машину и свернулась клубочком, баюкая боль. Только бы дождаться. Только бы дождаться…

В какой-то момент — мне показалось, что через несколько суток, меня встряхнуло и слегка развернуло. Боль с новой силой запульсировала в теле и я застонала.

— Что с тобой? — услышала я голос Корабельникова.

— Витенька, у меня все болит, отвези меня домой, пожалуйста, — шевельнула я непослушными губами.

Корабельников не долго думая спихнул меня на пассажирское сидение, сел за руль и отвез домой. Потом кое-как довел меня до квартиры.

— Ну что с тобой? — спросил он, когда я уже сидела на пуфике в гостиной и он снимал с меня ботиночки.

— Витенька, на кухне в холодильнике стоит банка литровая с отваром, принеси мне ее, пожалуйста, — снова разлепила я губы.

— Сейчас-сейчас, Лис, ты держись, — запричитал Витька, словно заботливая наседка. Он мигом сгонял за баночкой и влил в меня драгоценный отвар.

— Может, тебе таблеток надо каких, а, Лисёночек? — суетился Корабельников. — Я ж понимаю, ты у нас человек больной…

Через пару минут мне явственно полегчало.

Я наконец открыла зажмуренные глаза, посмотрела на Витьку и спросила:

— Слушай, таблеток мне не надо. Можешь провести экспертизу вот этого пойла? — и я кивнула на баночку.

— Ну несложно с ребятами договориться, — остро посмотрел он на меня. — Только это время займет.

— Звони прямо сейчас своим ребятам и договаривайся, — твердо сказала я. — Скажи что сотку баксов дам, только чтобы срочно сделали.

— Ну ты, Лис, даешь, — покрутил Витька пальцем у виска, но протянутый телефон взял, потыкал кнопочки и завопил: — Алё, Жека, ты? Халтурку тут тебе надыбал срочную! Сто баксов дают!… Что? А, не… Тут в общем надо определить состав жидкости… Ага.. Да… Сейчас спрошу, — он закрыл трубку ладонью и посмотрел на меня. — Слушай, тут Женка спрашивает, тебе все—все компоненты, или ты предположительно знаешь что там надо искать?

— Надо посмотреть, какие наркотики входят в состав, — спокойно ответила я, не отводя взгляда.

Витька посмотрел на меня, на баночку, и убрал ладонь с трубки.

— Жека, надо на содержание наркотиков проверить, — буркнул он.

— Спроси сколько надо жидкости для анализа и сколько он будет валандаться, — вставила я.

Витька послушно озвучил мой вопрос, выслушал ответ и вручил мне телефон.

— В общем, мать, надо той жидкости с полстаканчика, и готово будет сегодня часам к одиннадцати, раз тебе так срочно.

— Срочнее не бывает, — подтвердила я, нацедила ровно полстаканчика драгоценного отвара и вручила Витьке сотку баксов.

Хотя впрочем мне по большому счету было неважно, что именно Оксана туда насовала — героин, кокаин, какие еще там наркотики есть? Я не разбиралась в этом. Главное, они отлично снимали мои боли, вызванные раком и давали эйфорию, которую я принимала за симптомы выздоровления.

Рак прошел, а я плотно подсела на наркотики.

Я — наркоманка…

Подумав об этом, я заревела…

Я — наркоманка…

Ничего позорнее про себя я и придумать не могла.

Наркоманы — люди конченные, это я давно уяснила. Дашка, одноклассница, плотно сидевшая на героине, как — то мне жаловалась, что ее наколола цыганка — барыга, торгующая зельем. Дашке надо было позарез уколоться, ее терзала жесточайшая ломка, и она стала звонить той цыганке, изо всех сил умоляя дать ей дозу в долг. Цыганка понятно на это не повелась, а велела тащить что — нибудь из вещей для натурального расчета. И Дашка — не поверите — вызвала такси и нагрузила на него новенький холодильник «Бош». Как ее с ним повезли — ничего не понимаю… Но тем не менее до цыганки она доехала, и холодильник был оценен цыганкой всего лишь в одну дозу — шестьсот рублей в пересчете на деньги. И Дашка согласилась. Потому что ее ломало. Потому что доза — вот она, через минуту будет вогнана в вену. А дальше — трава не расти.