Хранительница времени. Выбор (СИ) - Федотовская Алена - Страница 6

Через десять минут, завернувшись в халат, с полотенцем на голове, я вышла из ванной и сразу же наткнулась на служанку. Служанка... я поморщилась, как-то неприятно ее так называть, даже про себя. Тут мне стало стыдно, я ведь даже именем ее не поинтересовалась.

- Как тебя зовут? - Я уселась на кровать, пытаясь промокнуть волосы полотенцем. Девушка кинулась ко мне, чтобы помочь, но я ее мягко отстранила, забросив тюрбан за спину.

- Даринитиэль, госпожа, - поклонилась девушка.

- Даринитиэль, - повторила я. - Язык сломаешь, пока выговоришь. Можно я буду звать тебя Дашей?

- Как угодно будет госпоже, - она снова поклонилась.

Я поморщилась.

- Не называй меня госпожой, мне это как-то непривычно, в моем мире вообще служанок иметь не принято, и уж тем более никто никого госпожой не зовет. Называй меня просто Алина.

- Да, госпожа Алина, - нда, она неисправима.

- Ладно, - я вздохнула. - Можно попросить тебя принести мне чаю?

- Конечно, госпожа... Алина, какой вы желаете?

- Не знаю, что у вас тут есть, но желательно черный, только не зеленый, терпеть не могу эти моченые веники.

Даринитиэль впервые улыбнулась.

- Конечно, госпожа, сейчас принесу.

Девушка выскользнула из комнаты, а я, наконец-то, огляделась.

Комната, являвшаяся спальней, была огромной. Светло-бежевые стены, обитые шелком в тонкую голубую полоску, бежевый пушистый ковер на полу, резная деревянная мебель и широкое, почти во всю стену, окно, задрапированное нежной полупрозрачной тканью и темно-голубыми портьерами. Минимум четверть комнаты занимала монументальная кровать с ниспадающим пологом под цвет штор, с кипенно-белыми простынями (вот это мне очень не понравилось, ненавижу белое постельное белье, всегда возникает ассоциация с больничной койкой), высокая, доставала мне до середины бедра. Я скептически посмотрела на эту странную кровать минимум два с половиной метра шириной. На ней спать можно было даже поперек. Впрочем, много не мало.

Я спрыгнула с кровати и подошла к окну. Оказалось, что за одной из портьер спряталась стеклянная дверь, и, потянув на себя резную ручку, я вышла на балкон и ахнула.

Открывшийся мне вид поразил бы любого, даже самого взыскательного путешественника. Я стояла на широком балконе какого-то огромного дома, по-видимому, дворца, сложенного из белого камня. Внизу, под балконом, раскинулся потрясающий парк, с множеством неизвестных мне деревьев и кустарников, покрытых белыми, голубыми и розовыми цветами. Ухоженные дорожки, вымощенные камнем, фонтаны и фонтанчики,  низвергающие свои струи на белоснежный мрамор, беседки, увитые плющом, изумрудная трава  - от этого великолепия невозможно было оторвать взгляд. За парком справа пролегала достаточно широкая дорога, за ней начинался густой лес, простиравшийся на многие километры, и вдали виднелись горы, покрытые снежными шапками. С левой стороны, за усыпанным бело-голубыми цветами лугом и редкими деревьями, я увидела кусочек белого песчаного пляжа... и море! Великолепное море насыщенного лазурного цвета, с барашками волн, бьющихся о прибрежные камни, с брызгами, переливающимися в лучах яркого солнца. А-а-а, море, я хочу туда!

Я даже не заметила, как вцепилась в перила балкона до боли в костяшках пальцев. Море! Как же я мечтала там оказаться! На море я была один раз, когда ездила к маме в Сан-Франциско, точнее, там было не море, а целый океан, но я влюбилась раз и навсегда в бескрайние водные просторы. Море... хочу-хочу-хочу! Интересно, есть ли в моем гардеробе (кстати, а где он?) купальник? Впрочем, даже если его там нет, меня это не остановит!

Я уже собиралась метнуться в комнату, чтобы найти хоть какую-нибудь одежду, а лучше всего свою собственную, как внизу, под балконом, услышала цокот копыт. Вздохнула. Ну да, само собой. Все-таки лошади. Увидев вполне современную ванную, я почему-то подумала, что, возможно, в этом мире перемещаются тоже на чем-то техническом или хотя бы магическом, хотя книги фэнтези говорили мне об обратном. Но ванная отличалась от прочитанных мною книг, видимо, это единственное исключение, а транспортом здесь являются лошади. Я поморщилась. Не то, чтобы я не любила лошадей, скорее, наоборот, мне очень нравились эти гордые и красивые животные, но вот боялась я их до одури. Мама рассказывала, что в детстве меня напугала лошадь в деревне, куда мы приезжали на выходные, наездник тогда не сумел удержать поводья и едва не сшиб четырехлетнюю меня. С тех пор я боюсь подходить к коняшкам ближе, чем на десять метров.

Я наклонилась и посмотрела вниз, чтобы позавидовать тому, кто сейчас управляет этим замечательным и недоступным животным. Стук копыт усилился, но всадника я не увидела. Побоявшись, что упущу его, я перегнулась через перила балкона, совершенно забыв, что на моих непривычно длинных волосах накручен тюрбан из полотенца. Охнув, я словно в замедленной съемке смотрела, как полотенце срывается с моей головы и накрывает всадника, на свою беду именно в этот момент оказавшегося под моим балконом.

- Дротиш тебя задери! - Услышала я гневный мужской голос и нервно икнула. Всадник резко натянул поводья, и лошадь встала на дыбы. Кое-как совладав с нею, он резко сдернул полотенце, накрывшее его с головой, и возмущенно посмотрел наверх. Я на мгновение встретилась с его ярко-голубыми, метавшими молнии, глазами, заметила мелькнувшие длинные белоснежные, с серебряным отливом, волосы, пухлые губы и заостренные уши. Дротиш меня задери! (О, я перенимаю ругательства этого мира!) Это же эльф!

Я резко подалась назад, надеясь, что он не успел меня рассмотреть. Хотя шансов было мало, и я похолодела. Правда, быстро пришла в себя. Чего это я нервничаю, я ведь кто? Сопровождающая Хранительницы, в конце концов, я на него не нападала, все вышло случайно, и вообще. С грустью вспомнив, что писали о гордых и надменных эльфах в одной из книг, поняла, что вероятно, мне это не поможет. Эльф будет мстить.

Тут я услышала, как в комнате хлопнула дверь, а затем обеспокоенный Дашин голос:

- Госпожа, где вы?

Я быстрой ланью метнулась обратно в комнату, при этом едва не снесла по пути дверь на балкон. Еще только не хватало, чтобы она меня по имени назвала. Пусть потерпевший думает, что я одна из местных эльфиек, в конце концов, за моими волосами не видно было ушей, волосы светлые, глаза тоже, вдруг не разглядел!

Кстати, про эльфов. До меня только что дошло, что мир, точнее, страна, в которую я попала, эльфийская. Напрягла память. Что мне там богини вещали про будущую Хранительницу? Что она дочь владыки Кантариона? Значит, я сюда попала или Хранительница воспитывается в другом месте?

Появившись перед сразу успокоившейся Дашей, хлопотавшей над подносом и разливающей чай, я задумчиво уставилась на нее. Она сказала, что ее зовут Даринитиэль, вроде эльфийское имя. Даша тоже эльфийка?

Не желая оставаться в неведении, я решила утолить свое любопытство:

- Даш, а Даш...

- Да, госпожа?

- Ты обещала называть меня Алиной.

Девушка замешкалась.

- Хорошо... Алина.

- Вот так-то лучше, - я улыбнулась. - Можно я задам тебе вопросы? Боюсь, их будет много.

- Конечно, гос... Алина, - она тоже улыбнулась.

- Наливай себе чаю и давай поболтаем.

Она в ужасе замахала руками.

- Я не могу пить чай с госпожой!

Я хмыкнула.

- Эльфийская природа не позволяет?

Даринитиэль возмущенно посмотрела на меня.

- Что вы такое говорите?! У нас просто не принято, чтобы высокородные господа пили чай со слугами.

Я подошла к маленькому столику, на котором стоял поднос с чашками и чайником, налила чай во вторую чашку, уселась в кресло, стоящее у столика, и жестом пригласила Дашу последовать моему примеру. Она не шевельнулась.

- Даша! Сядь, уже, наконец, и возьми чай! - Не выдержала я. - Считай, что это мой приказ!

Девушка открыла рот, закрыла и плюхнулась в кресло, схватив чашку с чаем. Она так волновалась, что чай, повинуясь ее дрожащим рукам, расплескался, и большая его часть вылилась ей на левое запястье.