Предавшие СССР - Стригин Евгений Михайлович - Страница 92

92

5.16. Беловежский сговор

5.16.1. После гражданской казни КГБ (см. пункт настоящей книги), во время внутреннего распада КГБ (см. пункт настоящей книги) Бог послал на некогда могущий КГБ ещё одну напасть —.

Это был единственный руководитель ВЧК —КГБ, который публично презрительно отзывался о её сотрудниках, это был единственный руководитель ВЧК-КГБ, против которого было создано общественное объединение сотрудников госбезопасности. Все это продолжало подрывать силу КГБ, которые и так уже были недостаточны и подорваны.

5.16.2. Впрочем, уже и самого КГБ скоро не стало, его стали делить на части. Самый простой способ реорганизовать (реформировать) — разделить на части. Ума много для этого не требуется. Из одной кучи сделал две маленькие — вот и совсем другое дело. Зато можно отчитаться, что реформирование произведено. Правда, режут по живому, но на чужую боль не всегда обращают внимание. А иногда и не нужно обращать внимание — иначе, например, врачу порой и не вылечить больного.

Но разделением КГБ на части дело не закончилось. Кроме того, началась серия скандалов о выделении из КГБ СССР республиканского комитета госбезопасности России (КГБ РСФСР). Скандалы были публичные с взаимными обвинениями. Как это все мелко и грязно!

Заниматься обеспечением государственной безопасности было некогда. Да и кто же думает о безопасности страны, когда делят власть? Если уж этим занимаются высшие руководители, то остальным то какой резон быть в стороне.

5.16.3. принадлежат слова: «Я увидел Россию эпохи исторического предательства».[1059]

КГБ, как органа обеспечения безопасности страны, фактически не стало, хотя сотрудники продолжали получать зарплату. Вполне, естественно, что предотвратить распад Советского Союза уже не кому было. Сначала, нарушая закон, предоставил «вольную» Прибалтике, словно надеясь откупиться этим куском территории от Запада. Да, собственно, говоря, наверное так и было. Чтобы Запад был «за» бестолкового советского президента, он решил, видимо, ублажить их Прибалтикой.

Не получилось. Собственно говоря, у него вообще уже ничего не получалось. И прежде всего, не получалось объединить оставшиеся республики, руководство которых хотело жить хоть маленькими, но самостоятельными князьками.

«Все они, поменяв свой личный статус, вкусили прелести высшей власти: доступ в высший свет сообщества глав государств, личные авиалайнеры, почётные караулы, полная бесконтрольность в праве распоряжаться богатством и судьбой своей страны и её народа, убеждённость, что именно они стали творцами нового этапа истории своих стран. У них в скором времени изменилась походка, манера разговаривать, появились новые жесты. Сапармурат Ниязов, бывший первый секретарь ЦК Компартии Туркменистана, а теперь пожизненный президент своей „республики“, поставивший себе при жизни огромный покрытый золотом памятник, поворачивающийся вслед за движением солнца, стал просто-напросто сублимацией типичного руководителя нового постсоветского государства, для которого личная власть является высшей ценностью земной жизни».[1060]

Это Запад устраивало ещё больше, чем маленькая уступка Прибалтики. Куй железо, пока горячо. Они и кували.

Эпидемия суверенитета заразила всех, даже ведомственных начальников. Конфликты между «союзными» республиками шли параллельно с налаживанием «дружбы» с заокеанскими друзьями.

«Впервые в истории отношений между Россией и Соединёнными Штатами состоялись встречи высокопоставленных представителей органов безопасности». Об этом заявил председатель Комитета Верховного Совета РСФСР по безопасности. Он отметил, что установлены хорошие личные контакты с коллегами в системах безопасности США. «Встречи проходили беспрерывно, — отметил он. — Самой продуктивной была беседа с руководством ЦРУ, длившаяся более четырех часов. Мы рассказали о политической обстановке в стране и республике».[1061]

Надо было соревноваться кто надёжней в дружбе с Западом: Союз или Россия., по словам газеты «Дейли экспресс», сказал, что сбежавший в своё время в СССР агент советской разведки Джордж Блейк может быть вернут в Великобританию.[1062] Буквально на следующий день та же «Комсомольская правда», сообщившая своим согражданам эту новость, опубликовала заявление центра общественных связей КГБ СССР, что слова были искажены. Может быть и искажены, но вот кое-кого из страны выдворили. А позицию властей в отношении Блейка один из бывших старших офицеров госбезопасности назвал глумлением.[1063]

Заверения в верности новым американским друзьям были не редкостью. Первый заместитель председателя КГБ РСФСР следующими словами рассказал о своей давней командировке в США: «…Совесть моя перед Америкой совершенно чиста, потому что выполнял я задание чисто защитного характера и вовсе не покушался на какие-то её тайны».[1064] Надо же какой праведник, а ведь совсем не давно он вероятно в числе многих безудержно ругал главного противника. Очередной перевёртыш?

Таких в то время было не мало во всех ведомствах. Делили власть и связанные с ней возможности личного обогащения. Явно торопились, забывая о всем другом.

5.16.4. Первые дни и недели после провала ГКЧП ещё для некоторых недальновидных казалось, что Советский Союз будет существовать в обновлённом виде. снова лил потоки слов. Он, похоже, ещё надеялся удержаться. Одновременно он занялся творчеством и 12 ноября 1991 года провёл презентацию своей книги «Августовский путч. Причины и следствия». Надо же. На все находил время. Правда, ему бы лучше свою власть укреплять.

выпустил из-под контроля руководство страной, выпустил ещё до августа 1991 года. Ну, а в августе он просто стал похож на короля Лира, лишённого реальной власти.

«Республиканские органы власти были заинтересованы в кардинальном перераспределении властных полномочий в свою пользу ещё задолго до осени 1991 г. За ними стояли интересы местных политических элит как новых, поднявшихся на волне перестройки, так и старых, партийно-номенклатурных. После подавления путча и те, и другие использовали лозунг национальной независимости, одни — чтобы получить власть, другие — чтобы сохранить её. Ни тех, ни других не интересовали объективные интересы народов своих республик, опасность резкого обострения экономического кризиса с распадом СССР, падение уровня жизни населения, неизбежность обострения национальных конфликтов вплоть до гражданской войны и религиозных войн из-за взаимных территориальных претензий в связи с искусственно проведёнными границами».[1065] Некоторые давали ещё более критические оценки: «…Независимость» всегда была методом самоутверждения для честолюбивых политиков и уголовно-мафиозных структур».[1066]

В стране не было единой власти., верно отметил, что «центр в лице полностью деморализован. Он потерял кредит доверия у возрождающихся национальных государств».[1067] Восстановить значение центра было, во-первых, трудно и, во-вторых, этому мешала политика и его окружения, которые уже не хотели делить власть.

«17 октября 1991 года, выступая на Всероссийском съезде судей, успокаивал взволнованных юристов: „Россия никогда не выступит инициатором развала Союза“. Всем хотелось в это верить, но, увы, — заявление президента РСФСР было лишь очередным обещанием лечь „на рельсы“, очередным обманом доверившейся ему страны».[1068]

вернуться

1059

«Российская газета», 03.07.93, с. 1.

вернуться

1060

Леонов Н.С., «Крёстный путь России», М., «Русский дом», 2002, с. 66.

вернуться

1061

«Правда», 16.10.91, с.1.

вернуться

1062

«Комсомольская правда», 28.08.91, с.3.

вернуться

1063

Яровой А.Ф., «Прощай, КГБ», М., «Олма-пресс», 2001, с.150.

вернуться

1064

«Неделя», N 47, 1991, с.8.

вернуться

1065

Зуев М.Н, «История России», М., «Дрофа», 2001, с.826-827.

вернуться

1066

«Наш современник»,N 6, 1992, с.145.

вернуться

1067

Ельцин Б.Н., «Записки президента», М., «Огонёк», 1994, с. 143.

вернуться

1068

Лаптев И.Д., «Власть без славы», М., «Олма-пресс», 2002, с. 204.