Огненный лед - Касслер Клайв - Страница 39

Каким-то чудом пилот сумел избежать серьезных повреждений при посадке. Казаки целились слишком высоко — их пули изрешетили верхнюю часть кабины и двигатель. Кэлла сидела рядышком на земле, скрестив ноги, и что-то писала в блокноте. Остин приготовил свою самую сердечную улыбку. Его тень легла на девушку, и та подняла голову.

— Мир тесен, — объявил Курт, демонстрируя безупречные зубы.

Кэлла смерила его сердитым взглядом, но Остин, ничуть не обескураженный, уселся рядом.

— Вы взяли на себя столько хлопот, чтобы снова договориться вместе поужинать?

— Это ведь вы куда-то пропали тогда, в Стамбуле.

— Так и есть. Поэтому я так рад, что могу извиниться и объяснить вам все за коктейлем.

Кэлла нахмурилась.

— Извиниться? Вы бросили меня, да еще и забрали Кемаля!

Очаровать девушку не получилось, и Остин понял, что придется потрудиться.

— Давайте не сваливать все в одну кучу. Во-первых, я прошу прощения, что подвел вас с ужином. Возникло срочное дело, и я не успел освободиться. А что касается Кемаля, вы зря не дали ему аванс, когда улетели в Париж.

— Только не надо нотаций. Я и подумать не могла, что вы уведете Кемаля. Вы же предупредили: сюда не соваться — это, мол, слишком опасно, да еще и нарушение границ России.

— Заметьте, насчет опасности я оказался прав. — Остин кивнул в сторону останков вертолета.

Кэлла тяжело вздохнула.

— Не буду спорить. Но ведь и вас с вашим дружком из НУПИ сюда на чай не звали.

— Вас это не оправдывает.

— Вы прямо как моя мама, — с притворным раздражением бросила девушка. — Извинения насчет ужина принимаются. К счастью, продюсеры выделили достаточно денег, чтобы взять вертолет, и Кемаль мне не понадобился. Но за вами все равно должок.

В янтарных глазах Кэллы сверкнули озорные искорки. Остин понял, что девушка дразнит его, уповая на чувство вины.

— Да вы просто играете со мной, как кот с мышью!

Кэлла откинула голову назад и расхохоталась.

— Конечно! А что с вами делать? Явились с улыбкой как у проповедника. «Мир тесен»! Тоже мне, обольститель. Спросили бы еще, кто я по знаку зодиака. Если что — Козерог.

— Простите, я и не думал подкатывать как в баре. Кстати, я — Рыбы.

— Рыбы? Для НУПИ — в самый раз. — Она отложила блокнот. — Мой вам совет: держитесь от баров подальше. С таким дремучим подходом вам ничего не светит.

Остин понял: эта девушка ему по-настоящему нравится. Сильная и одновременно женственная, при этом очень умная и с превосходным чувством юмора. Все качества, что он ценит, — да еще и в такой прелестной упаковке.

— Ладно. Предположим, я заглотил наживку и уже трепыхаюсь в вашем сачке. Только предположим!.. Чего вы от меня хотите, коварное создание?

— Для начала — услышать правду. К примеру, зачем вы здесь? Кто эти супермены в черном? И почему тут все такие злющие?

— Это для программы?

— Не исключено. Но вообще-то, я просто интересуюсь. Хорошему репортеру положено быть любопытным.

Остин не любил врать, однако ему не хотелось подвергать Кэллу и ее ребят опасности. В третий раз удача может от них и отвернуться.

— Не вы одна отличаетесь любопытством. После встречи со здешними всадниками я решил разузнать о них побольше. Кроме того, нельзя было махнуть рукой на смерть Мехмета.

— Здесь есть база подлодок?

— Да, причем огромная.

— Так я и знала. Я хочу посмотреть.

— Я-то не против, но, боюсь, вон тот джентльмен будет возражать.

Петров ходил в лес посмотреть, как поработали его ребята, и теперь как раз возвращался оттуда через поле.

— Кто это?

— Его зовут Иван. Он тут главный.

— Военный?

— Лучше спросите у него.

Девушка вскочила на ноги, прихватив блокнот.

— А вот и спрошу.

Кэлла зашагала наперерез русскому. Остин с интересом наблюдал, как она пускает в ход весь арсенал женских уловок. Русский безучастно стоял, скрестив руки на груди, словно гранитная статуя. Дождавшись, пока собеседница договорит, он ответил совсем коротко. Кэлла вдруг расправила плечи, подалась вперед и что-то бросила ему прямо в лицо, потом развернулась и зашагала прямиком к Остину.

— Вот упрямый коротышка! — возмутилась она. — Говорит, что база принадлежит правительству России и вход туда запрещен. Нам с вами, мол, стоит покинуть это место как можно быстрее, иначе он за последствия не отвечает. — Девушка усмехнулась. — Ну и ладно, сюжет все равно можно сделать. Есть же пленка.

Она с решительным видом направилась к вертолету и заговорила с Ломбардо и Данди, которые рылись среди обломков. Беседа протекала оживленно, особенно после того, как ей продемонстрировали груду металла и битой пластмассы — все, что осталось от камеры. Кэлла побрела обратно к Остину.

— Похоже, мы снова напросимся вам в попутчики.

Со стороны берега к ним шагал Завала. Он ходил убедиться, что спасенный экипаж добрался до «Тургута», и подтвердить это, связавшись с Кемалем по рации. Остин извинился и отвел Джо в сторонку.

— Рыбаки подобрали всех, — сообщил Завала.

— Есть проблемка. Нужно захватить с собой Кэллу и ее группу, но их нельзя подпускать к людям с NR-1.

Джо восхищенно уставился на телеведущую.

— Тогда у меня хорошие новости. «Арго» не спускал с нас глаз и постоянно слушал радиоэфир. Я только что говорил с капитаном Этвудом. Он выслал катер, который заберет спасенную команду. У Кемаля никого не останется.

Остин мрачно усмехнулся.

— Свяжись с «Арго» и попроси, чтобы нас тоже захватили, ладно? Потом сообщи об этом Кемалю и узнай, не согласится ли он взять вместо нас других пассажиров.

— Слушаюсь, — лихо отсалютовал Завала.

Пока Джо говорил по рации с капитаном, Остин сообщил Кэлле и ее товарищам, что первоклассное судно капитана Кемаля теперь в их распоряжении.

ГЛАВА 18

Перелет из Новороссийска в Стамбул обернулся полным кошмаром. Сначала вылет задержали из-за какой-то неисправности. Трауты целый час проторчали в набитом под завязку душном салоне, пока пассажиров не пересадили в другой самолет. Те, кто отважился попробовать обед, горько пожалели, когда начало трясти. В довершение всех бед, на борту работал только один туалет.

После этого жуткого полета Пол с Гаме было решили, что все несчастья позади, однако таксист вел машину так, словно мечтал свести счеты с жизнью. Когда Траут попросил его ехать помедленнее, тот лишь прибавил газу.

— Вот они, трудности перевода, — сказала Гаме, перекрикивая визг покрышек.

— Это все мой акцент виноват, — отозвался Пол.

— Ну и ладно, — решительно заявила его супруга. — После такого путешествия ничто — даже смерть — не лишит меня горячего душа, бокала мартини и долгого крепкого сна.

Едва не задавив швейцара, который шагнул в сторону, словно дразнящий быка матадор, такси остановилось у входа в отель «Мармара» на площади Таксим. Трауты вылетели наружу, словно катапультировались из кабины самолета. Они расплатились с улыбающимся водителем и зашагали через просторный вестибюль к стойке регистрации.

Щеголеватый портье прической и аккуратно подбритыми усами напоминал Эркюля Пуаро. При виде гостей он расплылся в приветливой улыбке.

— Добро пожаловать. Вам понравилось в Эфесе?

Уезжая в Новороссийск, Трауты во всеуслышание объявили, что едут посмотреть античные памятники малоазийского побережья.

— Очень. Храм Артемиды великолепен, — объявила Гаме с приличествующим случаю восторгом.

Портье улыбнулся и протянул Полу ключ от номера и конверт.

— Сегодня утром вам пришло сообщение.

Пол распечатал конверт, прочел записку и передал ее Гаме. Там была всего одна фраза, аккуратно выведенная печатными буквами на бланке отеля: «Сразу звоните. О.». Дальше шел номер телефона.

— Труба зовет, — объявил Пол.

Гаме закатила глаза.

— Вечно эта чертова труба, да еще в самое неподходящее время!

Она выхватила у мужа ключ и зашагала к лифту.