Балетные туфельки - Стритфилд Ноэль - Страница 24

Но вышло так, что шум, который устроил Гасси, принес положительные результаты. Чем ближе к Рождеству, тем у дяди Сесила появлялось больше дел, потому что все благотворительные организации, на которые он работал, продавали разные вещи, например, рождественские открытки, а это значительно увеличивало объем работы казначея. В тот день он пришел очень уставший, у него болела голова, и крики Гасси наверху стали последней каплей. За чаем он обдумывал результат своих уроков. Сомнений не было – все трое заметно продвинулись в английском языке. Его уроки, посвященные беседам на интеллектуальные темы, например «Что больше всего поразило вас в Стамбуле» или «Что вы знаете о Великой хартии вольностей», очень этому поспособствовали. Ответы Гасси были очень легкомысленными, но, с другой стороны, по-английски он говорил довольно грамотно и свободно. И Сесил подумал, что, наверное, пришло время прекратить эти уроки и положиться на учителей в школе, и поэтому, когда дети разместились в ряд на бархатном диване, он сказал:

– Франческо, ты считаешь, твой английский стал лучше?

Франческо замялся. Если он ответит положительно, дядя может разозлиться и сказать, что он до сих пор говорит ужасно. Но если сказать, что они до сих пор говорят не очень хорошо, он может подумать, что они не оценили его уроков.

– Надеюсь, да, – осторожно заговорил Франческо. – Иначе и не должно быть, мы же занимаемся и с вами, и в школе.

– А ты как думаешь, Огастес?

– Я думаю, что мы уже так хорошо говорим по-английски, что скоро сами сможем давать уроки.

– А ты, Анна?

Анна всегда так боялась на этих уроках, что говорила только шепотом.

– Я знаю, что стала лучше говорить, потому что учительница в школе мне так сказала.

Сесил едва сдержал вздох облегчения. Для него уроки английского были настоящим испытанием, и он был благодарен судьбе, что не был школьным учителем. Он также благодарил судьбу за то, что у них с Мейбл не было детей, так как до сих пор не мог смириться с тем, что ему пришлось взять на себя эту каторжную обязанность воспитывать детей своего брата.

– Я не могу не согласиться с твоей учительницей, Анна, – сказал он, – и поэтому я решил, что этот урок будет последним. Вместо этого попросите ваших учителей выдать вам несколько книг из школьной библиотеки. Для совершенствования знания языка нет ничего лучше хорошей книги. А теперь идите в свои комнаты и займитесь домашним заданием. И ведите себя тихо.

Все пошли в комнату мальчиков. Как только закрылась дверь, они, закрывая рты носовыми платками, повалились на пол и долго хохотали, постоянно повторяя: «Хорошая книга», «Последний урок»! Впервые со дня землетрясения они так веселились и даже не вспомнили, что рядом не было Кристофера, который бы сказал: «А ну-ка тихо, а то я вам сейчас».

Глава 23

УИЛФ

Том спустя несколько дней переговорил о Гасси с главарем банды. Это был большой мальчик, которого звали Уилф. У него были грязные светлые волосы, почти достигавшие плеч, и он носил кофту с вышитыми на ней черепом и костями. Все мальчики помладше его боялись, потому что если он был чем-то недоволен, то не слушал извинений и сразу действовал кулаками, а боксер он был неплохой.

Ни одного учительского собрания не проходило без упоминания имени Уилфа, для учителей он представлял серьезную угрозу, и они с нетерпением ждали, когда же он наконец перейдет в старшую школу.

– Я уверен, что он очень плохо влияет на остальных детей, – всегда говорил директор. – Я не удивлюсь, если он вор, и каждый день ожидаю известия, что его арестуют.

Том продал шарф, и ему не составило труда поговорить с Уилфом, когда он встретился с ним, чтобы отдать деньги. Передача денег всегда происходила тайком, чтобы никто не видел, но у Уилфа были крепкие парни, которые следили за тем, чтобы все было чисто. Условным знаком банды был удар одного кулака о другой. Том дал такой знак, и его пропустили в класс, где за партой сидел Уилф в полном одиночестве. Том подошел и положил на стол сорок пенсов.

– Где ты его продал? – спросил Уилф.

– Одна девочка купила его в подарок своей маме на день рождения.

– Что ты сказал, где ты его взял?

– Я сказал, что продаю дешево, потому что у родителей друга магазин на дороге в Лондон.

Уилф кивнул, это означало, что он удовлетворен ответом и отпускает Тома, но Том остался стоять на месте, поэтому Уилф спросил:

– Ну? Что еще?

– В моем классе есть мальчик, его зовут Гасси Докси. Он хочет вступить в банду.

– Откуда он знает, что есть куда вступать?

– Он один из тех, кто крутится на игровом поле, когда мы встречаемся.

– Гасси Докси. Это не из тех детей, которые попали в землетрясение?

–Да.

На лице Уилфа мелькнула хитрая улыбка.

– Живет на Кресент?

– Именно.

Уилф принял решение.

– Пойди и найди его, я хочу видеть его сейчас.

Гасси и понятия не имел, что Уилфа стоит бояться. Конечно, он его видел, как и все в школе, но никогда не говорил с ним. Поэтому когда Том привел его и велел заходить в класс, он не боялся ничего, кроме того, что Уилф может не принять его в банду.

Уилф взглянул на Гасси, и ему понравилось то, что он увидел. Гасси был довольно маленький для своего возраста, но казался крепким, смышленым и явно не испуганным.

– Почему ты хочешь вступить? – спросил Уилф.

– Мне нужны деньги, – объяснил Гасси. – Не для меня, но у меня есть сестра, и ей надо учиться танцам. Она посещает частные уроки, каждый стоит пятьдесят пенсов. Мне нужно доставать эти деньги, потому что через раз плачу я. У моего брата Франческо есть деньги на три недели, а у меня нет ничего, и мне это не нравится.

Уилф и половины не выслушал.

– Время от времени у меня появляются вещи на продажу. Откуда они берутся, тебя не касается, но если тебя поймают, когда ты будешь их продавать, что ты скажешь?

Гасси вспомнил старые времена.

– Мне их тетя из Багдада прислала.

Такой отговорки Уилф еще ни разу не слышал.

– Почему из Багдада?

Гасси сделал многозначительный жест.

– В Багдаде все случается, и у всех есть там тетя.

Голос Уилфа сделался строгим.

– Ну, в конце концов, ты можешь говорить все что угодно, только не называть имен. А если скажешь, – он провел пальцем по шее, – ты знаешь, что будет.

Гасси был зачарован, но он чувствовал, что Уилф еще не договорил.

– Тогда вы выбросите мой труп в канаву, где его съедят гиены.

Уилф коротко свистнул, и в комнату вбежали трое его друзей. Уилф указал на Гасси.

– Он вступает в банду. Встаньте вокруг. А теперь, Гасси, повторяй за мной: «Я клянусь подчиняться моему главарю Уилфу, что бы он ни приказал делать, и я клянусь даже перед лицом смерти не выдать ни одного имени членов банды». У кого-нибудь есть нож?

Ему подали ржавый нож, а Гасси велели вытянуть руку. Потом один из друзей надрезал сначала его запястье, а потом свое, а когда выступили капельки крови, потер их друг о друга.

– Теперь ты кровный брат, – сказал Уилф, – но прежде чем ты узнаешь условный знак, ты должен пройти испытание.

– Да, я знаю, – согласился Гасси. – Том говорил об этом. Что я должен сделать?

По лицу Уилфа опять пробежала хитрая улыбка.

– В саду твоего дяди ведь стоит пара гномов?

Гасси был удивлен.

– Я не знал, что они называются гномами, но да, там есть два маленьких человечка, которые удят рыбу. А ты откуда знаешь, что они там? Их нельзя с дороги увидеть.

– Ты будешь удивлен, когда поймешь, как много я знаю, —сказал Уилф. – И может быть, ты поможешь мне узнать еще больше, потому что много интересного есть на улице Кресент. Но пока ты должен принести мне одного из гномов. Когда у меня будет этот гном, ты будешь в банде.

– И тогда я смогу продавать вещи и зарабатывать деньги? – спросил Гасси.

Уилф улыбнулся своей хитрой улыбкой.

– Не знаю, как насчет продавать. Возможно, для тебя найдется другая работа. Но когда ты принесешь этого гнома, я не буду сомневаться, что тебе можно дать пятьдесят пенсов в счет долга.