Цена риска - Стэкпол Майкл А. - Страница 54

«Сталкер» попытался скрыться, но тут Гален нажал на спуск и отправил в него две очереди своих ракет. Затем, видя, что «Сталкер» еще держится на ногах, выпустил по нему два лазерных луча из лазеров средней мощности. С ног «Сталкера» слетели последние остатки брони.

Антиракетная система «Сталкера» была повреждена, и все ракеты Галена попали в него. Несколько ракет взорвались как раз напротив кабины, остальные покрыли вспышками взрывов правую сторону робота, снесли с нее остатки брони и, пройдя внутрь, нарушили внутренние функции робота.

«Еще жив, но ранен смертельно», — подумал Гален. Он увидел, как «Сталкер» направил и выпустил по нему два луча лазера средней мощности. Полоснув по броне, лучи не принесли особых повреждений «Крестоносцу». «Отлично, — прошептал Гален, — значит, у меня есть шанс выстрелить еще раз».

Находящийся позади «Сталкера» Вандергрифф нацелил винтовку Гаусса на «Тарана» и выпустил в него серебристый снаряд. Он ударил «Тарана» в правую ногу и снес с нее часть брони, но для менее громоздкого робота такое повреждение не является существенным. От удара «Тарана» стало разворачивать, но Кай предотвратил это движением корпуса и, встав лицом к обоим противникам, открыл по ним одновременный огонь. Он направил импульсный лазер в спину «Голиафа», нажал на кнопку и тут же получил ответный сигнал — монитор показывал, что в спине «Голиафа» образовалась большая дыра и его внутренние органы повреждены. Еще больше повреждений было в правой части робота.

Два из трех импульсных лазеров, направленных на «Сталкера», срезали броню с его груди и проделали длинную полосу в его правой ноге. Шатаясь и едва не падая, робот Эденхоффера продолжал кое-как держаться.

Вдруг аляповато раскрашенный «Сталкер» двинулся вперед и пошел по уступу на Галена, загородив собой «Голиафа». Гален оказался в трудном положении, его сильно поврежденный робот остался один на один со «Сталкером», значительно превосходящим «Крестоносца» по весу. «Другого выбора у меня нет», — подумал Гален и нажал на педали прыжковых двигателей. В ту же секунду двигатели на боку и спине «Крестоносца» взревели, и ужасающая машина взлетела в воздух. Выпущенные Эденхоффером ракеты дальнего действия и лазерные лучи прошло мимо, под взлетевшим "Крестоносцем ".

Галена прижало к спинке сиденья, он и не думал отвечать на залпы Эденхоффера, он думал о другом — о приземлении. «Не знаю, что имела в виду Катрин, умоляя не совершать глупых поступков, может быть, я сейчас их и совершаю, но пока Кай что-нибудь придумает, я могу погибнуть».

Гален пролетел над «Голиафом» и увидел, как тот послал еще один снаряд из винтовки Гаусса в грудь «Тарану». «Таран» качнулся и, теряя куски брони, двинулся вперед. Он навел на «Голиафа» импульсный лазер и выпустил по нему длинную очередь.

Энергетические иглы пробили самое сердце «Голиафа», вибрация пошла по всему корпусу робота. Гален видел, как «Голиаф» пошатнулся и ударился о стену. Гироскопы его были повреждены, ноги робота подкосились, и «Голиаф» рухнул на уступ и покатился по нему. Не выдержав удара мощной машины, уступ обломился.

Согнув ноги робота в коленях, чтобы смягчить удар, Гален приземлился спиной к стене как раз в тот момент, когда «Голиаф» рухнул вниз. Стоящий слева «Сталкер» пытался повернуться к Галену лицом, чтобы выстрелить в бок «Крестоносцу». Это все, что мог сделать не способный к прыжкам робот. Стараясь поймать Галена в прицел, «Сталкер» опасно обнажил свой поврежденный правый бок.

Гален тщательно прицелился, выпустил в него сначала серию ракет, а затем, подняв правую руку робота, полоснул по «Сталкеру» лазером средней мощности. Если бы он повернулся к противнику лицом, то мог бы использовать все свое вооружение, но тогда бы он помешал вести огонь Каю, загородив собой «Сталкера».

Все ракеты Галена попали в цель. Некоторые пробили робота насквозь и взорвались внутри его. Часть ракет окончательно повредила пусковые установки, другая часть вывела из строя большой лазер «Сталкера». Оставшийся неповрежденным маломощный лазер сбил куски брони с ноги «Крестоносца» в тот момент, когда он начал вставать в полный рост.

Кай мог использовать только то вооружение, которое находилось на правой стороне «Тарана». Гален увидел, как Кай поднял правую руку робота, выпустил по «Сталкеру» длинный лазерный луч и улыбнулся. Последние куски брони слетели с правого плеча «Сталкера», обнажив внутренние структуры. Еще один залп — и они начали плавиться. Рука робота безжизненно опустилась. Прижатый к стене неповоротливый робот был беззащитен, и Кай методично расстреливал его.

Гален выпустил по «Сталкеру» две очереди из импульсных лазеров. Попал только один, но он проделал глубокую борозду в правой стороне робота. Гален посмотрел на монитор и увидел, что у «Сталкера» прорезана обшивка термоядерного двигателя. «Ему конец, — подумал Гален, — если он начнет двигаться, то умрет от перегрева и много времени это не займет».

Эденхоффер все еще делал отчаянные попытки развернуть «Сталкера», но внутренние структуры робота не выдержали колоссального давления, вызванного движением. Раздался жуткий, почти звериный вой разрываемого металла, и в ту самую минуту, когда Эденхофферу все-таки удалось развернуть робот, его правое бедро вдруг вырвалось и взлетело вверх, выбив плечо. «Сталкер» недолго стоял на одной ноге, она подкосилась, и робот упал на землю. Теряя внутренности, он покатился по уступу и, докатившись до его края, исчез в расщелине.

Как раненый зверь, изможденный схваткой и не помышляющий о бегстве, «Сталкер» лежал неподвижно, из зияющего отверстия в его правой стороне шел черный дым. Он ожидал смерти.

Гален навел на него прицел и спросил у Кая:

— Как ты думаешь, что с ним делать. Туз?

— Мы победили, — послышалось в наушниках. — Думаю, что больше никто не осмелится испортить тебе пребывание на Солярисе.

XXII

Солярис-Сити, Солярис-7, Маршрут Тамаринд. Федеративное Содружество 9 апреля 3056 г.

Гален понимал, что выглядит немного глуповато, но не мог сдержаться и широко, во весь рот, улыбнулся. Сидя рядом с Катрин в комнате Кая в Вальялле, он чувствовал себя героем Вселенной. Все не отрываясь смотрели на экран головизора. Рабочие арены Ишияма взламывали разбитый «Голиаф» и вытаскивали из него злого как черт Виктора Вандергриффа. Гален смотрел на кадры, и приятное чувство охватывало его. «Мы победили, я остался жив, и герцогиню, похоже, радуют оба эти обстоятельства».

— Никогда не видел себя в битве раньше, а в такой особенно. — Гален налил себе полную кружку пива и с удовлетворением посмотрел на шапку пены. — Отдельные фотографии видеть доводилось, но полную запись своей битвы, да еще такую, вижу впервые.

Улыбнувшись, Кай кивнул. Он покрутил стоящий перед ним бокал с вином.

— Да, на войне видеокамер обычно нет... На Ишияме прекрасные операторы, умеют работать и монтировать отснятые материалы. Кадры битвы появляются у них, как правило, через десять минут после того, как она началась, и это дает операторам возможность совместить съемки, да еще и вмонтировать рекламу.

— Как ты думаешь, Кай, — спросил Гален, — эта битва не разочарует зрителей?

Катрин посмотрела на них и сказала:

— Не знаю, на кого как, а на меня она произвела потрясающее впечатление. Я, вообще-то, не в восторге от всех этих смертельных игрищ, тем более от таких,

в которых участвуют мои друзья, но в ложе Делона все, казалось, были просто потрясены. — Она сморщила нос. — За исключением, конечно, Риана, но на него никто не обращал внимания. Я страшно волновалась. — Последнюю фразу она произнесла так тихо, что Гален даже немного покраснел. Кай отхлебнул вина.

— Фу Тэнь говорит, что ему не часто доводилось видеть битву такого высокого класса. А твоими действиями, Гален, он восхищен, не многие водители додумались бы до такого.

— Додумались? — переспросил Гален. — Что мне оставалось делать? У меня не было другого выбора, если бы не прыгнул, я бы погиб.