Цена риска - Стэкпол Майкл А. - Страница 78

Стержень этот, имея диаметр всего 3,175 миллиметра, пересек расстояние от стекла до головы герцога Риана за 0,0007 секунды. Столкновение со стеклом не прошло бесследно, и полет стержня был не совсем стабилен, но это уже не имело для герцога никакого значения.

Вольфрамовая игла ударила герцогу Риану чуть выше левого уха, раздробив черепную кость с такой же легкостью, с какой она разбила стекло.

В черепной коробке пуля неожиданно перевернулась и пошла к затылку. Это не изменило последствий ее проникновения, просто форма выходного отверстия впоследствии показалась экспертам очень странной и дала им основание предполагать и спорить о количестве стрелков. Некоторые утверждали, что их было несколько. Поднявшиеся дискуссии дали только один результат — замученный допросами и затравленный недоверием и подозрениями, Ньюмарк сошел с ума и покончил жизнь самоубийством.

От удара черепная коробка треснула, и влетевшая в нее пуля принесла с собой много осколков кости, которые впились в мозг и разорвали кровеносные сосуды. Одного этого было бы достаточно, чтобы парализовать Риана, но был еще и колоссальный удар. Герцог был убит наповал.

Вольфрамовая игла на этом не остановилась, она повредила многие нейроны. Количество поврежденных ею клеток было незначительно по сравнению с тем, что она сделала с мозгом. Но игла продолжала лететь, она достигла противоположной части черепной коробки, нарушив по пути все функциональные узлы. Она разорвала всю систему кровоснабжения мозга и вылетела через правое ухо Риана. Вместе с ней вылетели часть мозга и кровь, которые обратным потоком ударили в череп и отбросили тело к окну. Герцог упал, ударившись головой о стекло, но этот удар был для него наименее опасен.

От падения тела на стекло попали залитые кровью части черепной коробки и мозга. Это также породило домыслы, что выстрел был произведен изнутри, поэтому-то на Свена Ньюмарка и пало подозрение в убийстве. Многие считали его агентом, засланным подпольной организацией Расалхага. Кроме того, еще свежа была память о том, что герцог был замешан в попытке похитить принца Рагнара на Арк-Ройяле год назад. Думать так не было никаких оснований, все это было дешевой спекуляцией, форменной натяжкой, но тем больше они доставляли почвы для размышлений и подозрений. Никого не смущало то, что Арк-Ройял принадлежал Моргану Келлу, уже никто, казалось, не помнил, что Морган приходился двоюродным братом Виктору Дэвиону, все переплелось и смешалось в воспаленных мозгах досужих обывателей.

Но все это уже не трогало герцога. Менее чем через две секунды после того, как убийца нажал на спуск, он упал замертво и лежал теперь в луже крови, унеся с собой все свои планы, тайны и интриги.

XXXII

Солярис-Сити, Солярис-7, Маршрут Тамаринд. Федеративное Содружество 24 апреля 3056 г.

Убийца отошел от окна и высвободил руку из петли, которую он использовал для придания винтовке устойчивости. С явным сожалением он отбросил свое оружие на кровать. Встав на колени и запустив руку под матрас, он достал кожаную сумку, кобуру с пистолетом, стреляющим иглами, и две обоймы к нему.

Уходя из комнаты, охранники приказали ему после выстрела ждать их прихода. С их стороны это было ошибкой. Один из охранников должен был оставаться в комнате с убийцей, шансы на то, что его может кто-нибудь увидеть в комнате рядом с убийцей, были все равно ничтожно малы. Убийца понимал, что ему повезло, что главный охранник, человек с холодными, спокойными глазами, никогда не допустил бы такой оплошности. Он обязательно остался бы в комнате, а это значит, что после выстрела убийцы немедленно раздался бы второй выстрел, и на ближайшей пресс-конференции Виктор со слезами на глазах торжественно сообщил бы, что страшное убийство герцога Риана раскрыто, но убийца, к сожалению, застрелен при попытке к бегству.

Дверь комнаты открылась, и вошли двое охранников. Оружия в руках у них не было, видимо, они уверовали в то, что убийца поверил в их рассказы о надежном месте, куда они увезут его после выстрела. Но убийца знал, что этим надежным местом будет кладбище, и предпочел, чтобы туда отправился кто угодно, только не он сам. Не поднимаясь с колен, он навел на них игольный пистолет и выстрелил.

Первый пучок игл попал охраннику в лицо, превратив его в кровавое месиво; иглы, выпущенные вторым выстрелом, прошили ему плечо и попали в лоб стоящей за ним женщины. Третьим выстрелом убийца насквозь пробил ее грудь. Убийца выстрелил еще раз в первого охранника, поднялся и, перепрыгнув через тела, выскочил из комнаты.

Он вбежал в комнату, где сидели охранники, и, убедившись, что там никого нет, подбежал к номеру 827. Он стукнул один раз, дверь открыл какой-то ухмыляющийся молодой человек, по внешнему виду панк. Убийца вошел, подождал, пока панк закрыл за ним дверь, и сел на кровать. Только тогда убийца упер ствол ему в подбородок и нажал на спуск. Затем он вытер пистолет платком и вложил его в руку панка. Согласно инструкциям, которые убийца тайно передал Чоу, этот панк должен был пристреливать винтовку, набивать заряды и упаковывать их. Теперь он лежал в крови у кровати. Убийца посмотрел на него, на его одежду и удовлетворенно кивнул. Полиция, несомненно, предположит, что произошло самоубийство, а это добавит убийце лишнего времени. Кроме того, в сумке убитого лежала посмертная записка, предусмотрительно положенная туда Чоу. Убийца нисколько не жалел о смерти юноши, такого сорта люди, погрязшие в наркотиках и разврате, не вызывали у него симпатий. Не будет их и у полиции, поэтому особо выяснять личность убитого они не станут.

Убийца открыл шкаф и достал оттуда длинный плащ-дождевик. Перед тем как надеть, убийца тщательно его осмотрел и нащупал то, что искал, — нож в ножнах, пришитых внутри левого рукава, и короткий автомат. Он находился у правого бедра, в пришитом с внутренней стороны плаща чехле. Убийца надел плащ, сунул правую руку в прорезь кармана, просунул ее ниже и наткнулся на рукоять автомата. В боковом левом кармане убийца нашел дополнительные магазины. Он надеялся, что они ему не понадобятся, так как весь план был отработан до мелочей.

Он прошел в ванную комнату и увидел небольшую пластиковую сумку. В сумке были парик и усы. Он надел их и посмотрел в зеркало. Убийца остался доволен результатом — узнать его было трудно. Он еще порылся в сумке и нашел Темную повязку и натянул ее на левый глаз. Повязка была фальшивая, через нее убийца видел все, но он хотел прикрыть именно левый глаз: он у него всегда был чуть прищурен, а это могло привлечь нежелательное внимание. Убийца напомадил парик и сделал посредине парика прямой пробор. Теперь он был похож на одного из тех опустившихся типов, которыми кишмя кишат все пригороды.

Убийца бросил пустой пакет в унитаз, положил в карман гостиничную расческу, которой расчесывал свой парик, и направился к выходу. Он не обратил внимания на несколько волосков, выпавших из парика, а если бы и обратил, не стал бы поднимать их. Надо же, в конце концов, подумал бы он, оставить Виктору хоть какие-нибудь следы.

Он чуть-чуть приоткрыл дверь и выглянул наружу. В коридоре никого не было, и убийца вышел из комнаты, оставив дверь полуоткрытой. Пройдя до конца коридора, он увидел лестницу и быстро пошел по ней наверх. На девятом этаже он нажал на кнопку вызова лифта. Когда лифт приехал, убийца сел в кабину и поехал вниз на первый этаж. Вскоре раздался тихий звонок, и лифт остановился. Убийца вышел и, не торопясь, пошел по направлению к холлу.

Не успел он дойти до холла и повернуть в коридор, ведущий к северному входу, как послышался вой полицейской сирены. Прислушиваясь, убийца пошел медленнее. Определить, приближается ли звук сирены или нет, было невозможно, и убийца заставил себя не обращать на него внимания, посчитав это простым совпадением. Но даже если это и не совпадение, все равно через двадцать шагов он окажется у северного входа, выйдет из гостиницы и будет свободен.