Естественный отбор - Стэкпол Майкл А. - Страница 75

– Может быть, если бы мы были там, они не понесли бы таких потерь.

Фелан покачал головой и засмеялся.

– Потери тоже принесли некоторую пользу. Крис уставился на него так, что Фелан подумал, что, может быть, у него вдруг выросли рога и хвост.

– О, Господи, ты, кажется, действительно стал одним из них?

– О чем это ты говоришь?

– О тебе. Ты превратился в человека из кланов. – Криса передернуло. – Ты позволил воинам погибать на Бильярдном Шаре, как будто их жизни – ничто.

– Тридцать первая Солама потеряла только двух водителей боевых роботов.

– Но ты не мог знать, что так произойдет. – Молодой воин с сомнением посмотрел на своего кузена. – А они знают, что ты относишься к ним как к расходному материалу?

Фелан напрягся.

– Естественно. Точно так же, как ты сказал Зуавам Циммера, что они будут все равно что бумага для ловли мух. – Он увидел, как Крис вздрогнул, когда до него дошел смысл этого замечания. – Я не считаю мужчин и женщин тридцать первой Соламы Клана Волка в большей степени расходным материалом, чем ты, когда думаешь о своих людях. Да, они воины, опустившиеся или разжалованные до охоты за бандитами, но они люди. Даже если они и верят в то, что смерть в бою – это достойный конец их жизни, то я отношусь к этому иначе.

– Тогда как же ты можешь говорить, что потери – это хорошо для них?

– Ты прав, Крис, я неправильно выразился. – Образ Старейшины Конала возник перед мысленным взором Фелана. – Их командир – это мой старый противник. Все то, что ты только что приписывал мне, можешь смело перенести на него, и при этом он не будет против. Он сделал все, что мог, включая мошенничество во время священного ритуала клана, для того чтобы я не получил родового имени. В результате он был вынужден уйти со своего поста Хранителя традиций клана и принять службу в качестве главы подразделения, охотившегося за бандитами. Из-за того, что его ненависть к Внутренней Сфере примерно равна ненависти ко мне лично, ему было предписано уничтожить Красного Корсара, а я был назначен его непосредственным начальником в этой миссии.

Фелан в задумчивости закусил нижнюю губу.

– Я сомневаюсь, что Конал стал покорнее после того, как Красный Корсар поставила его в глупое положение, но я очень надеюсь на это. Важно то, что он сделал свой выстрел и промахнулся. – Фелан глубоко вздохнул и посмотрел на Криса. – Поэтому если ты думаешь, что я имею тайный замысел, то могу уверить тебя, что так оно и есть. Я хочу увидеть, как установится мир. И лучшим способом для достижения этой цели будет, если Гончие Келла уничтожат бандитов, в то время как Волки показали себя беспомощными. Это ослабит позицию Конала и поможет дискредитировать его союзников – всех тех, кто угрожает миру. Крис озадаченно нахмурился,

– Я не уверен, что правильно понял тебя...

– На самом деле здесь все просто. Кланы раскололись на две фракции – Крестоносцы и Старейшины. Крестоносцы выступают за то, чтобы захватить Внутреннюю Сферу и стать ее правителями, возродив Звездную Лигу. Крестоносцы составляют меньшинство в Клане Волка, но Конал является одним из них. Старейшины, напротив, считают, что их задача заключается в том, чтобы сохранить Внутреннюю Сферу. Хотя мы и преобладаем в Клане Волка, но являемся меньшинством в других кланах, таких, как Клан Кречета или Клан Ягуара.

– И все же, несмотря на то что ваш ильХан относится к Старейшинам, похоже, что ему почти удалось выполнить задачу Крестоносцев. – Крис стукнул кулаком по большой звездной карте, которая показывала клин, нацеленный кланами на Внутреннюю Сферу. – И Клан Волка является его режущей гранью.

– ИльХан договорился о мире с Ком-Старом. Ему приходится быть впереди, чтобы остановить неумолимую лавину, готовую обрушиться на Внутреннюю Сферу, что до сих пор ильХану удавалось. – Фелан провел рукой по пограничному району между Федеративным Содружеством и оккупационной зоной Клана Кречета. – То же самое волнение, о котором вы говорите здесь, в Содружестве, происходит и внутри кланов. На ильХана постоянно оказывают давление с целью заставить его нарушить перемирие и начать войну. Бандитам удается создать иллюзию слабости Внутренней Сферы. Если Гончим Келла удастся сокрушить бандитов, то мы превратим ложь об уязвимости Внутренней Сферы в миф. Этого может быть недостаточно, чтобы совсем прекратить давление на ильХана, но, безусловно, значительно ослабит его.

Крис смотрел на Фелана со всевозрастающим любопытством.

– Ты сказал, что мы превратим ложь в миф. Значит ли это, что ты теперь рассматриваешь себя как часть Внутренней Сферы?

– Говоря «мы», я подразумевал всех тех, кто понимает все безумие возобновления войны. – Фелан протянул руку своему кузену. – И, как ты знаешь, то, что я присоединился к клану, вовсе не означает моего отречения от семьи. Ты можешь верить мне, Крис, так же, как я верю тебе.

Крис пожал протянутую руку, но Фелан все еще видел скрытое сомнение в его глазах. Ты слишком подозрителен, Крис, но, может быть, это помогло тебе остаться в живых в Синдикате Драконов. Если Конал играет с нами в какую-то игру, то твоя подозрительность может сохранить нам жизнь.

Дэн Аллард улыбнулся, когда двое мужчин пожали друг другу руки.

– Я предполагаю, Фелан, что когда ты попросил об этой встрече, то имел в виду нечто большее, чем просто объединение с семьей.

Хан Клана Волка кивнул:

– Кроме трехмерных изображений и телеметрических данных о боевых роботах Красного Корсара, битва на Йегуасе показала нам еще две вещи. Первое – это то, что, судя по всему, у бандитов нет никаких аэрокосмических сил. Они не использовали ничего подобного ни для прикрытия своих шаттлов, когда направлялись за данью, ни для того, чтобы разбить тридцать первую Соламу Конала. Это делает их очень уязвимыми, особенно если мы сможем нанести по бандитам удар из засады, когда они нападут на какую-нибудь планету.

Крис кивнул, но выражение его лица оставалось хмурым.

– Мы можем спрятать аэрокосмические истребители в шаттле, в поясе астероидов или позади луны, но для этого нам необходимо заранее знать, куда направляются Корсары и в какой конкретно точке данной солнечной системы они выйдут из гиперпространства. Фелан торжествующе улыбнулся.