Глаза из серебра - Стэкпол Майкл А. - Страница 115

Робин повернулся и присел на краю платформы.

– Наводи на четыреста ярдов.

Коннор перевел гелорцу приказ, и тот осмотрел рычаг требушета. Поднял руку и начал ее опускать, не переставая кричать: «Ниже, ниже, ниже!» Этирайны потянули за ворот, все ниже и ниже пригибая рычаг требушета. Когда рычаг почти коснулся земли, гелорец хлопнул в ладоши.

Коннор привязал спусковой рычаг к концу рычага требушета. Его люди разложили ремень, потом закатили в него камень весом в триста фунтов. Ремень охватил поверхность камня и закрепился на рычаге требушета. Этирайны отошли от камня подальше и прокричали:

– Готов.

Коннор рванул рычаг за вытяжной шнур.

Требушет состоял из контрвеса весом в шесть тонн, прикрепленного на более коротком плече рычага, и рамы для поднятия стержня, на котором вращался рычаг. Камень весом в триста фунтов, извлеченный из фундамента разрушенного здания, приобрел ускорение, когда противовес нырнул к земле, а длинное плечо рычага взмыло к небу. При прохождении через верхнюю точку один конец ремня соскользнул со своего крюка, и начался долгий неуклюжий полет камня по воздуху.

Простые механические осадные машины, как известно, не позволяют достичь нужной точности по ряду причин. И первая из них – та, что снаряды, имеющие разную форму, размер и вес, летят к цели по выгнутой арочной траектории. Поэтому снаряд вполне может не попасть в цель, независимо от того, далеко она или близко, так что практически невозможно попасть в одно и то же место дважды.

К своему несчастью, гусары находились слишком близко к стенам города, и для попадания в них не требовалось дальних выстрелов из установленных на стенах арбалетов. Считая, что им не грозят выстрелы из арбалетов, гусары защитили свои паровые котлы только сборными щитами. Благодаря тому, что были вырыты траншеи, гусары смогли устроить очень основательные огневые позиции для пушек и котлов, вполне узнаваемые сверху, и у этирайнов оказалась уйма времени, чтобы обнаружить эти гнезда и навести на них свои орудия.

Камень не долетел до цели на двадцать футов, но для илбирийцев это оказалось удачей. Камень попал сверху прямо на центральную пушку в огневом гнезде третьего парового котла. Он вбил пушку в землю, раздавил лафет, и оторвавшиеся колеса покатились по равнине. Но массивное дуло пушки не позволило камню уйти в глубь земли, он отскочил от дула, вращаясь; при вращении разбросал щиты, как игральные карты, и врубился в переднюю стенку третьего котла.

Назначение котла таково: он создает давление, которое оттуда передается пушкам при помощи поршней и приводных ремней, и тогда пушки стреляют. От удара камня уменьшился объем самого котла, и тут же возросло в нем давление, оно стало выше, чем позволяют технические допуски. Сразу сорвались заклепки, скрепляющие стальные листы, из которых изготовлен котел, вызвав гибель половины орудийного расчета.

Котел взорвался, поскольку ничто не сдерживало листы, из которого он был склепан. Листы металла взлетели в воздух и разрезали стоящих рядом людей, и в небо поднялось грибообразное облако пара. Вырвавшийся на свободу пар разметал оставшиеся щиты, разбил их и усеял щепками всю позицию крайинцев. Кипящая вода вырвалась наружу, заливая огневую позицию и заставляя команду с криками разбежаться.

Не успели Робин и этирайны порадоваться своей победе, как остальные три батареи начали обстрел. Шрапнель так и сыпалась на броневые плиты арбалетов и рикошетом отлетала от зубцов стены. Ворота Принцессы затрещали и застонали под напором полудюжины пушечных ядер, но выдержали.

Нагент выглянул за край стены и снова пригнулся:

– Прямо на нас идет Таран.

Робин зацепил растяжки за тетиву лука и согнул ее в прежнее положение. Настроил спусковой рычаг.

– Заряжай. – Да.

Робин освободил крючки.

– Готов. – Да.

– Прячься.

Нагент опять нажал ногой по педали, поднимая щит.

– Готов.

– Теперь покажем им штуку. – Робин произнес заклинание. Голубое сияние охватило арбалет. Робин следил, как движется доспех Вандари, – то направо, то налево. Когда Таран замедлил ход, Робин ударил по спусковому рычагу.

Эта железная стрела вылетела со значительно большей скоростью, чем первая. Траектория полета оставалась плоской. Робину стрела казалась черной точкой, нацеленной в бок Тарана. В последнюю секунду человек в доспехе, видно, краем глаза что-то заметил и повернулся боком, но цель от этого стала только больше.

Стрела ударила доспех в нижнюю часть спины, немного справа от центра. Гигантская бронированная фигура вздрогнула, потом ее конечности замерли на ходу. Он упал лицом вперед, слегка приподняв правый бок, его удерживала над землей торчащая головка стрелы.

Грохоча, дождем посыпалась шрапнель на броневые плиты арбалетов. Шакри Аван, из своего арбалета по другую сторону ворот, сделал выстрел по линиям крайинцев, но не попал ни в кого.

Робин опустился на колени, все поплыло вокруг него.

«Я израсходовал больше энергии, чем рассчитывал, а может, просто очень устал?»

– Что с тобой? – Наталия присела рядом с ним.

– Все в порядке. Благодаря этому заклинанию возросла эффективность стрелы, увеличился ее диапазон полета. Вообще оно предназначено для этирайнов с нормальными луками. Но тут арбалет, да и стрела потяжелее, и вот результат: я почти спекся.

«Еще один такой выстрел, и я готов». Наталия положила руки ему на плечи:

– Ты придешь в себя?

– Должен. Это просто очень сильное заклинание, – улыбнулся он. – Если бы полковник Кидд мог видеть, он его уже, наверное, применил бы раз пять.

– Позвать его?

– Нет смысла, – отказался Робин. – Кролику уже пора понять, что ему надо убираться. Мы ему показали, что он не так могуч, как о себе думал. Уничтожен один его котел и пушки, убит один Вандари. Утомить его – в наших интересах. Мы уничтожим пять-шесть Вандари до того, как они поднимутся на стены, а потом они войдут в город. Но у них не будет пушек, а в городе вести бои не так-то просто. Жаль, что нет с нами полковника, но слепой нам вряд ли поможет. Он, что мог, уже сделал при планировании обороны.

– Но он не считал, что этого достаточно.

– Лучше будем надеяться, что он ошибся.

Отдаленный звук взрыва привел Малачи Кидда в чувство. Отбросив одеяло, он спустил ноги на пол. В одной ночной рубашке проковылял к окну в северной стене комнаты в башне. И потерял равновесие, начал падать на каменную стену замка, удержался ладонями.

Как только его ладони коснулись стены, в нем снова возникло то самое ощущение, которое всплывало при прикосновении к поддону с песком, но сильнее.

«Чувствую я, что решение тут».

За спиной послышался шум. Он обернулся, и в полной тьме перед ним мелькнул мимолетный образ золотого волка с серебряными глазами, вылетающего из комнаты в том месте, где должна находиться дверь. Это видение напомнило ему тогдашнее, в Глого, когда волк вел его против лескарских красных гвардейцев.

«Знак святого Мартина!»

Не раздумывая, не сомневаясь, он оттолкнулся от стены и помчался через всю комнату к двери. Больно ударился о закрытую дверь, рикошетом отскочил и приземлился на собственный зад. Он встряхнул головой, засмеялся и рывком открыл дверь.

«Чудо может показать мне, где я должен быть, но не отведет меня туда. Это уже мое дело».

Все еще посмеиваясь, вытянув вперед левую руку, а правой ведя вдоль стены, Малачи пробежал по всему дворцу, перескакивая через целые лестничные пролеты с одной лестничной площадки на другую.

Он давно не чувствовал себя таким странно оживленным. Кончиками пальцев он определял свое местонаждение. Перепрыгивая с одного места на другое, он знал, что применяет магический прием аэромансеров, но у него никогда этот прием не получался настолько точно. Призмелившись в какой-то точке, он приседал и прикладывал ладони к каменному полу, потом снова подпрыгивал и продолжал бежать по новым коридорам. По мере продвижения в нем крепло чувство близости цели.