Я — джедай! - Стэкпол Майкл А. - Страница 108

— Понимаю, у нас в доме все было примерно так же, — я плюхнулся на скамью в ногах у Люка. — Просто старались не говорить о джедаях. Я знал, что мой дед был знаком с джедаем, работал с ним, но помалкивал об этом. Это было все равно, что вспомнить бывшую жену на дне рожденья у тещи.

— У новой, естественно.

Я рассмеялся:

— Точно. Знаете, когда я увидел своего деда несколько месяцев назад, я понял, как он гордился, что спрятал жену и ребенка Нейаа Халкиона. Узнал, как тяжело оказалось для него скрывать все это столько лет. Мне кажется, я расстроил его, когда отказался от джедайского наследия, чтобы в одиночку преследовать «возмутителей спокойствия». Нужно будет обязательно сказать ему, что я передумал.

— Очень рад за тебя, — Люк сел и похлопал меня по плечу. — Сложнее сказать, что было для меня хуже: потерять ученика от того, что он попал на темную сторону, или увидеть, как кто-то бросает все, потому что я — плохой учитель.

Я пожал плечами:

— Вы же знаете нас, кореллианских джедаев — мы крайне упрямые и полны решимости идти своим путем, — в голове промелькнул наш разговор с Элегосом. — Кстати, я должен извиниться перед вами. Я никак не мог выбросить из головы свои ожидания в отношении академии, поэтому не дал вам возможности учить меня.

— Принято, хотя тебе не стоило извиняться, — кивнул мне Люк. — Я неправильно повел себя с тобой. Мне нужно было понять, что параллельный путь ничем не хуже и не лучше, просто он другой. Мы ведь двигаемся в одном направлении.

— Точно, но все же я до сих пор не могу смириться с тем, как вы обошлись с Кипом. Тавира распустила слух, что Кип уничтожил систему Кариды по приказу Новой Республики, и этим бредням многие верят.

— Знаю. Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, — Люк отхлебнул еще сиропа, затем слизнул голубую каплю, оставшуюся в уголке рта. — Но нужно всем объяснить, что тот шанс, который мы предоставили Йакобу Найву и его «выжившим» похож на тот шанс, что мы дали Кипу. Для Кипа посвятить свою жизнь делу джедаев — все равно, что получить пожизненный срок.

— Точно, и это будет нелегкий труд. Если мы убьем его, мы не сделаем Галактику лучше, так что вряд ли это будет лучший выход, — я отхлебнул зуребера, затем откинул голову и закрыл глаза. — Но это не значит, что мне нравится этот выход и что моя неспособность найти лучшее решение не расстраивает меня.

— Осталось только нам как следует постараться, — Люк устало усмехнулся. — А теперь скажи-ка мне: ты когда-нибудь представлял, что будешь нестись в гиперпространстве и планировать нападение на дворец имперского губернатора, который превратился в цитадель бывшего адмирала Империи и ее команды?

Я открыл один глаз и скосил его в сторону Люка:

— На Татуине вам было действительно совсем худо, если вы мечтали о таком.

— Не так уж там было плохо.

— Да знаю, был там как-то раз. На всех других планетах йавы вырастают до размеров хаттов, а на Татуине усыхают в никуда.

— А разве это плохо? Представляешь, что бы они иначе могли наворотить? — усмехнулся Люк. — На самом деле, с Татуином у меня связаны не только плохие воспоминания. Хороших даже больше, чем плохих.

— Но вы же хотели убраться с этой планеты-пустыни.

— Обстоятельства вынудили, — улыбку словно рукой стерли с лица Люка. — И вот я здесь.

Я положил руку Люку на шею:

— Да, но вы посмотрите, кем вы стали. Вы стали примером для всей Галактики, показали, к чему нужно стремиться. Я знаю, как тяжело потерять родных, но готов поспорить, что они были бы счастливы, если бы увидели, за что они отдали свои жизни.

— Ты так думаешь?

— Не сомневаюсь, — улыбнулся я. Здесь, внутри пузыря йсаламири, Люк избавился от своего коронного задумчивого и сурового выражения, словно на его плечах была ответственность за будущность Галактики. Его лицо сияло таким оптимизмом, словно он снова стал мальчишкой. — У вас ведь нет ни братьев, ни сестер? Я имею в виду, вы росли один?

— Да, зато у меня было много друзей.

— У меня то же самое, — я грустно усмехнулся. — И я никогда не представлял, что буду охотиться на ренегата-адмирала из имперских, да еще и нападать на дворец губернатора.

— Угу, — отозвался Люк, не отрываясь от сиропа.

— Я мечтал о том, чтобы сбежать на Нал Хутту и встретиться с хаттом-королем преступного мира в его логове.

— Странные мечты для подростка.

Я расхохотался:

— Я же кореллианин, не забыли?

— Точно, забудь все, что я сказал о странностях, — Люк допил сироп и смял контейнер. — Мне кажется, нам в жизни редко кому выпадают те карты, которые мы хотим.

— Да уж. Все дело в том, как вы ведете игру, имея их на руках. Некоторые проигрывают, имея на руках все козыри. Для мальчика с фермы, который вырос на песках и мечтах, вы не так уж и плохи.

— Для кореллианина это настоящий комплимент.

Тут ожил коммуникатор:

— Оурил говорит, что через пять минут мы входим в нормальное пространство, — проскрежетало из него. — Потом еще час лета до Сусевфи. Лучше как следует подготовиться, чтобы наша встреча не оказалась горячее, чем мы планируем.

Я щелкнул переключателем:

— Вас понял, Элегос. Мы будем готовы.

Люк встал, нагнулся к полке, куда он положил лазерный меч на подзарядку. Отключил от него провод и нацепил его на пояс. Затем выдернул провод из моего и осмотрел меч:

— Хорошая работа. Двухклинковый?

Я нахмурился:

— Хотел переплюнуть Ганториса. Сейчас работает только один клинок. Нужно найти настоящий бриллиант.

— Двухклинковые мечи всегда считались среди джедаев причудой, — он протянул меч мне. — И все же твой клинок мне нравится. Похоже, ты хорошо над ним постарался.

— Немного уродливый, но я слепил его из того, что было под рукой, — я поймал меч и накрутил на рукоять защитный колпачок. Встав, я нацепил меч на пояс. — Перед тем как мы двинемся, я хотел бы задать один вопрос, если вы не против.

— Валяй.

— Мы, джедаи, вроде как должны только обороняться, а сейчас предпринимаем самое что ни на есть нападение.

Люк понимающе кивнул:

— Точно, только мы идем на это, чтобы спасти жизнь Миракс и жизни будущих жертв Тавиры.

— В этом я с вами согласен, только у нас же есть определенные моральные обязательства. Скажем, ребятам, которые сторожат Миракс, мы явно не понравимся. Они увидят в нас агрессоров. Вот представьте: вы стоите на посту и тут на вас наскакивает джедай с лазерным мечом. Я бы начал отстреливаться.

Мастер-джедай нахмурился:

— Я понимаю твою обеспокоенность. Когда мне пришлось иметь дело с Джаббой Хаттом, я предупредил его, что если он не уберется с нашего пути, мы уничтожим его. Он не послушался меня… Сам напросился.

— Так что, попытаемся переубедить всех, кто не совсем понимает, что творит?

Люк кивнул:

— Если мы вообще кого-нибудь внизу встретим. Сколько на втором «звездном разрушителе» штурмовиков? Тысяч десять, не больше. Не думаю, чтобы у Тавиры корабль был набит под завязку, но у нее достаточно бойцов. Может, попробуешь угадать, сколько их окажется во дворце?

— Неважно, — я потуже затянул пояс. — Не наплодил Император столько крепких ребят, чтобы они не пустили меня к Миракс. У них будет выбор: убежать или умереть.

— Кореллиане, — покачал головой Люк. — Неудивительно, что остальные джедаи не хотят, чтобы вы покидали свою систему.

Я подмигнул Скайуокеру:

— Вы просто боитесь, что мы не оставим вам работы.

— Хотелось бы верить, что ты не ошибаешься, — Люк засунул большие пальцы под пояс. — В миссиях, подобных этой, у нас обоих будет достаточно работы.

Мы с Люком постарались, хоть и безуспешно, убедить Элегоса и Оурила остаться на корабле и следить за всеми кораблями, прилетающими в систему и покидающими ее. Тогда в случае если бы показалась Тавира на «Возмутительном», они смогли связаться с нами по комлинку, и мы бы изменили свои планы. Оурил с Элегосом уже предвидели это и запрограммировали корабельный компьютер таким образом, чтобы он автоматически следил за всем движением внутри системы и передавал сигнал через скремблер на деку, которую Элегос предусмотрительно настроил на нужную волну.