Я — джедай! - Стэкпол Майкл А. - Страница 70

— Извини, я не хотел тебя обидеть.

— Ты и не обидел меня. Мне очень дороги воспоминания о Нейаа Халкионе. Я считаю свою работу по спасению знаний о Силе самой важной частью своей жизни. И я рад, что у тебя будет доступ ко всему этому. Если хочешь, я даже могу поделиться информацией с твоим Люком Скайуокером.

— Сделай это, пожалуйста.

Он кивнул:

— Считай, что эта работа уже выполнена. Я очень горжусь тобой, Корран, какой бы ты путь ни выбрал в своей жизни. Тут, на Кореллии, мало что меняется, но я поражаюсь твоей способности выжить в бешеном вихре гражданской войны.

Я подошел к деду и обнял его:

— Спасибо тебе еще раз.

Когда я выпустил его из объятий, он улыбнулся:

— Ах да, в пакет, где лежат все твои документы, вместе с журналами на инфочипах я положил досье КорБеза на того контрабандиста, о котором ты спрашивал, Шорше Кар'дасе. Файлы очень старые — он исчез примерно в одно время с Иданианом. Надеюсь, сведения окажутся полезными.

— Я тоже.

— Хорошо, — он взглянул на хронометр. — Давай, заканчивай собирать вещи. Тосрук отвезет тебя в космопорт.

— Но сначала мне нужно сделать еще одну вещь, — я нашарил рукой рюкзак, стоявший под скамейкой, вытащил из него лазерный меч Нейаа Халкиона и протянул рукоять деду:

— Лазерный меч — самое ценное, что есть у джедая. После друзей, конечно же. Я не могу взять его с собой, потому что немногие пираты носят их в наши дни, и кроме того, если быть честным, я не заслужил право носить его. Я не Нейаа Халкион. Я — не настоящий рыцарь-джедай. Я хочу, чтобы ты сохранил его, сохранил его в целости, как ты хранишь знания Нейаа и память о нем.

Дед осторожно взял в руки меч, с таким видом, словно он весил килограмм пятьдесят.

— Это может показаться странным, но именно его мне недоставало. В те времена, когда я знал Нейаа, меч был неотъемлемой его частью, инструментом справедливости. Когда Нейаа погиб, а его меч не вернулся с ним, у меня было ощущение, что справедливость тоже исчезла. А сейчас есть надежда, что она вернулась.

У него по щеке покатилась слеза:

— Возможно, ты и прав насчет того, что тебе еще не пришло время примерять на себя плащ Халкиона. Но когда такое время придет, я жду тебя.

Я расстался с дедом, оставив его в оранжерее наедине со своими воспоминаниями и теми огромными знаниями, которые он спрятал в цветах. Тосрук отвез меня в космопорт, где я сел на борт «Тинта-Палитры», и вот несколько дней спустя я уже сидел рядом с Киеви Спартом, слушая вполуха тягостную историю его жизни.

— Что вы говорите, — воскликнул я.

— Да, да, это все правда. Я собрал все истории, какие только мог, о Разбойном эскадроне, и хочу написать подробную историю этой эскадрильи. Я знаю послужные списки всех пилотов, сколько на их счету сбитых целей, откуда они родом…

— Как они выглядят…

— Конечно же, — он впялился в меня немигающим взглядом. — А вы встречали кого-нибудь из них?

— Я? Ни разу, даже мельком, — я кивнул в сторону внешнего обзорного экрана. — Уже видели « Радугу»?

Киеви заткнулся и припал лицом к транспаристилу. Челнок «Тинта-Синий ь7» пристыковался к «Палитре», надежно прикрепившись к большему кораблю при помощи стыковочного рукава. По этому закрытому трапу пассажирам можно было пройти на борт корабля и занять места в пассажирском салоне, пока команда переносила их вещи в багажный отсек челнока. Когда все будут на борту и челнок будет готов к полету, мы подлетим к «Тинте-Радуге» и перейдем на нее по такому же стыковочному приспособлению. Пассажиры «Радуги», желающие попасть на «Палитру», будут посажены на борт другого челнока, и оба проследуют каждый своим курсом с минимальной задержкой.

— Еще ничего не видно, — прогундосил Киеви: нос его был приплюснут к иллюминатору. — Но корабль должен вот-вот показаться.

— Ну, в таком случае, пойду воспользуюсь случаем и загляну в кокпит.

Киеви мертвой хваткой вцепился мне в руку:

— Возьмите меня с собой, пожалуйста.

— Хм, даже не знаю…

— Ну пожалуйста, — он посмотрел на меня огромными и грустными карими глазами. — Возможно, для меня это единственный шанс увидеть КП 127АП на настоящем челноке.

Я посмотрел на него и грозно сдвинул брови:

— Но ведь ты ничего не будешь там трогать, правда?

— Не-а, — прошептал он, от радости потеряв голос.

— Ладно, я поговорю с капитаном насчет тебя. Он скоро должен подняться на борт. — Я привстал в кресле и увидел во мраке космоса какую-то яркую вспышку. — Интересно, что его задерживает? Это «Радуга»?

Киеви всмотрелся вдаль.

— Не-а, похоже на «звездный разрушитель» класса империал-II, а с ним целая флотилия кораблей поменьше. Летят в нашем направлении.

Я вскочил с кресла и повернулся к бортпроводнице, но прежде чем я сделал это, в проход основного салона вбежали двое мужчин. У обоих на поясах болтались бластеры, а один — тот, что был более внушительных размеров — размахивал огромным виброножом.

— Сидите смирно, — заорал Мелкий, поднимая руки вверх. — Сидите смирно, и никто не пострадает.

Бортпроводница бросилась успокаивать двух закативших истерику пассажиров, а Мелкий махнул мне рукой, приглашая покинуть салон премьер-класса и присоединиться к остальным пассажирам. Он явно не заметил Киеви.

— Рад приветствовать вас, дорогие мои. Сами мы с «Возмутительного», пришли лишить вас ваших богатств.

Какой-то старик, сидевший в правом ряду, поднял трясущийся палец, указывая на главного пирата:

— Лаанарс, ты же был стюардом в моем салоне.

Лаанарс подошел к старику и влепил ему пощечину:

— Да, был, вонючая куча дерьма. Я впахивал на тебя, как последний банта, потому что знал, что этот день придет.

— Вам не нужно больше никого избивать, — я подал голос, стараясь сохранить спокойствие, наткнувшись на стальной взгляд Мелкого. Я стоял в левом проходе, глядя на него через три ряда сидений. — Вы контролируете ситуацию. Берите все, что хотите.

— Это ты точно сказал, я тут контролирую ситуацию, — выскочил из-за спины Лаанарса его приятель-здоровяк и встал в самом начале правого прохода. Лаанарс поднял руки, растопырил пальцы и пошевелил ими.

— Давайте начнем с ювелирных украшений. Если не захотите отдавать, Бирил подойдет к вам и покажет, почему его выгнали из маникюрного салона.

Я почувствовал, как от всех исходят волны беспокойства, и мне пришлось срочно применять расслабляющую технику джедаев, чтобы эти чувства не захлестнули меня. Я распростер свои чувства, расширив сферу влияния на весь челнок. Жаль, что я не мог достучаться до каждого и поделиться с ними своим спокойствием или заставить этих двух пиратов отправиться спать — я не обладал такими способностями. Лучшим выходом в данной ситуации я видел многократно проверенную в случаях с захватом заложников политику: дать пиратам все, что они хотят.

И тут я почувствовал, что Киеви готовится атаковать. Оставаясь незамеченным, он прополз по полу салона премьер-класса и уже сгруппировался для прыжка на Бирила. Этот пират был настолько огромен, что я сомневался, почувствует ли он вообще нападение заморыша Киеви. Зато потом громила без напряга порежет мальца на куски, это наверняка.

Киеви, который всю жизнь хотел стать героем, вдруг увидел шанс стать им.

И он станет героем. Только мертвым.

— Эй, шустрый, — крикнул я Лаанарсу. — Слушай внимательно, второй раз повторять не буду. Сваливайте сейчас же, и я вас не трону.

— Щас я кого-то трону! — взвился Лаанарс. — Сядь и заткнись.

Я пожал плечами и вскинул кулаки:

— А ты попробуй, усади меня.

Лаанарс посмотрел налево, затем направо. Он не мог ничего понять.

— Ты что, глупый? — его рука легла на рукоятку бластера. — Ты мертвец, парень.

Использовав Силу, я внушил ему, что он вытащил бластер и нацелил его прямо мне в лоб. Я мысленно нарисовал выражение ужаса на лице, а затем — бластер, который я прятал в правом рукаве. Он «увидел», как я выхватил его из рукава и навел на его грудь. Выбора у него не оставалось. Он нажал на курок.