Мое бумажное счастье (СИ) - Рейш Николь - Страница 48

Милан и Хлоя вместе. Я не знаю, как это ей удалось. Но она выполнила обещание данное своему мужу. Мил просил передать, что очень по тебе скучает.

« Любить и быть любимым – это драгоценнейший подарок судьбы. Но, похоже, ты этого не понимаешь, хотя любовь прямо перед твоими глазами » .

© Николас Спаркс.

Я люблю тебя, Эмили Бейли.

Всем своим сердцем.

Помни об этом.

P . S . Твой Кайл.

Эпилог

Сегодня день моего рождения. В доме полно гостей. Мой сын, Эйден устроил ежегодную вечеринку «сюрприз», так что мне в очередной раз приходится разыгрывать удивление.

Я сижу на лавочке, которую установили под тем самым деревом, где Даниэль устраивал пикник, а днями позже я сидела под ним с Кайлом.

Мой муж выкупил озеро и построил на его берегу прекрасный дом. Это был подарок на годовщину нашей свадьбы.

– Мама, я знала, что найду тебя здесь, – услышала я голос своей дочери. Она принесла плед и накинула его мне на плечи. – Похолодало. Прячешься от гостей?

– О, нет, милая, нет. Я просто хотела посмотреть, как твой отец катает детей на лодке.

– Я звонила адвокату, – спустя минуту сказала Эдисон. – Решилась подать на развод, так сказать набралась смелости. Я думала, что брак можно спасти, но он не любит меня.

– Эдисон, милая, не стоит тратить свою жизнь на человека, который тебя не любит. Ты достойна большего, чем довольствоваться малым. Тебе всего двадцать семь. Твоя жизнь только начинается. А этот брак, будет тебе уроком.

– Думаю, ты права. Теперь я буду куда осмотрительнее. Но как понять, что это именно тот самый человек? Как ты узнала, что будешь счастлива с папой? Вы ведь счастливы?

Моя дочь повернулась ко мне лицом, но мой взгляд был прикован к мужу, Алексу Вудбери. Он словно почувствовал его на себе и посмотрел в мою сторону. Увидев меня, он заулыбался и помахал рукой, я помахала в ответ.

– Конечно. Мы очень счастливы.

Это все, что я сказала Эдисон. Как объяснить дочери, что ее мать была безумно влюблена в мужчину, который являлся ее ангелом–хранителем. И что мне пришлось отказаться от него, чтобы спасти. Как сказать, что я вышла замуж за того, к кому питала только дружеские чувства, и любовь к мужу пришла только с годами?

Любовь следует измерять не так, как измеряют ее молодые – по силе страсти, надо измерять по ее верности и прочности. Наша любовь с Алексом не похожа на ту любовь, что была у меня с Кайлом. Она тихая, нежная и спокойная как водяная гладь озера, но при этом она остается искренней и глубокой. Она как легкий морской бриз. В то время как любовь к Кайлу, была похожа на торнадо, которое сносило все на своем пути, затягивая меня в свой вихрь.

– Миссис Вудбери, это оставили для Вас, – Ко мне подошел сын моей экономки, протягивая мне что-то завернутое в ярко-алую обертку и голубой конверт.

– Кто оставил, Джексон?

– Вон тот молодой человек, – парнишка указал на тропинку, ведущую в лес

Мы с дочерью обернулись. И мне сложно сказать, чье удивление было сильнее. Я поднялась и на дрожащих ногах обошла лавочку, становясь лицом к новому гостю.

Это Кайл. Он стоит в ста метрах от меня. Все такой же, ни на секунду не постаревший. В том самом темно-синем костюме с вечеринки «Масок».

Его темно-медовые глаза наполнены нежностью и любовью. Он улыбнулся мне, и мое сердце начало отбивать ритм об грудную клетку.

Мы стояли и смотрели друг на друга, не отрывая глаз, целую минуту, затем он кивнул на конверт, отсалютовал и начал исчезать в тени деревьев. Я стояла и утирала слезы, глядя в его удаляющуюся спину. Тридцать пять лет прошло, а он по-прежнему сводит сума мое бедное сердце. Даже спустя столько времени оно помнит и любит его.

– Мама, кто это был?

– Ох, даже если бы я тебе рассказала это, ты бы мне все равно не поверила.

Я вернулась на лавочку и развернула конверт. Одинокий листок, небесного цвета лежал в нем. В глаза бросился текст, написанный до боли знакомым почерком:

« Всякая любовь продолжается столько, сколько заслуживает ».

С днем рождения, Эмс.

Я все еще тебя....

P.S. Твой Кайл.

Дрожащими руками, я взяла сверток и разорвала обертку, внутри был блокнот, старенький и потрепанный. На первой странице моим почерком было написано:

«Я так боюсь, что однажды забуду, сколько хороших книг успела прочесть.

Каждая из них внесла свой кирпичик в фундамент моей личности.

Он поможет мне помнить».

Легкий ветер начал перелистывать потрепанные временем страницы, мой взгляд цеплялся за отдельные строчки, которые я то и дело узнавала. Именно эти цитаты и присылал мне Кайл, и если моя память меня не подводит, они идут прямо по порядку.

Записи прерываются на предпоследней странице, где почерк был более или менее взрослым. Именно эту цитату и прислал мне сегодня Кайл.

В самом конце блокнота вложена фотография. На ней запечатлены мы с Кайлом.

Мы сидим на пледе под деревом, моя спина прижата к груди Кайла, его мускулистые, загорелые руки обнимают меня за талию. Я улыбаюсь, моя голова повернута в сторону озера, в то время как Кайл смотрит прямо в объектив фотоаппарата. Его радостная улыбка совершенно не коснулась темно-медовые глаз, полных печали. Слева от нас к стволу прислонена гитара, та самая, которая была в квартире Кайла, а у моих ног лежит этот блокнот с цитатами.

Я перевернула фотографию. В правом верхнем углу, красивым почерком моего ангела написано:

За день до того, как моя жизнь разлетелась вдребезги.

Я вспомнила этот день, я все вспомнила....

Конец .

Три года назад

Летний ветер окутывает словно теплый, нежный кокон, а солнечные лучи пробираясь сквозь листву, устроили россыпь стразов на теплом пледе расстеленном поверх ярко зеленой травы.

Я сижу, прислонившись спиной к широкому, шершавому стволу старого дуба. В моих руках блокнот Эмили, в который она на протяжении многих лет записывала цитаты из прочитанных книг. Сама же Эмили лежит рядом, уютно устроив свою белокурую голову на моих коленях, ее пухлые губы расплылись в не широкой улыбке, пока голубые глаза скользили по водной глади озера находящегося неподалеку от нас.

– Прочти еще одно, – негромко произнесла она, потягиваясь, как кошка.

– Еще одно? Может что-то определенное?

– Не знаю, выбери сам...

– Тебе легко говорить, ты запросто расшифровываешь эти иероглифы, мне же пока это удается с трудом, – я подшучиваю над ней. У нее мелкий и немного детский почерк и многие буквы схожи между собой, такие например как «к», «н» и «п», из-за этого я не сразу могу понять написанное.

– Эй, – Эмили шлепнула меня по ноге и рассмеялась звонким, как перезвон колокольчиков смехом. – Это удар ниже пояса, Кайл. Не настолько он и ужасен.

Я перелистывал страницу за страницей, в поисках какой-нибудь цитаты. Но на глаза ничего не попадалось и лишь когда, я пролистал уже больше половины блокнота, я наконец-то нашел, что искал. От чего мое сердце сжалось от боли.

– Я знаю, что могу вытерпеть свою боль, но не уверен, что смогу пережить, если больно будет тебе. Джоди Пиколт - Обещание.

– Красивая цитата. Да и сама книга потрясающая, она о том, – я перестал ее слушать, мои глаза впитывали каждую букву этого предложения, все сильнее прожигая мою душу. Словно кто-то взял, забрался в мою жизнь, мои мысли и записал их на этой странице.

Я смотрю на Эмили, на девушку, в которую влюблен, на ту, которая влюблена в меня. Она улыбается, рассказывая мне про эту книгу, а внутри меня закипает злость вперемешку с отчаянием. Эмили не осознает, что наш мир рушится. Я надеюсь, она никогда не узнает, что я натворил, иначе мне не хватит всей жизни, чтобы вымолить ее прощение.