Улан 4 (СИ) - Панфилов Василий "Маленький Диванный Тигр" - Страница 75

Восторженный рёв в ответ оглушил императора, но рёв этот прозвучал для него лучшей музыкой и кубок был выпит до дна, после чего демонстративно перевёрнут — дескать, до капли. Восторг был не только из?за благодарственных слов — мёд считался священным напитком, поэтому столь простой жест значил очень многое.

Но благодарность была не только словесная: Имперские рыцари официально становились ещё одним сословием Империи с некоторым расширением имеющихся прав (и обязанностей тоже). А главное — земли, много земель. Младшие сыновья, племянники, внуки… Все они получили хотя бы по небольшому поместью в разных уголках Империи. В разных — потому что таким образом это сословие станет выполнять заодно функции жандармерии-'лайт', собирая информацию о настроении людей по месту своего жительства. А поскольку оно было не слишком?то многочисленным, то Имперскими Рыцарями стали многие офицеры — преимущественно венедские.

Ну а после коронации ВСЕХ законнорожденных потомков (и коронации Богуслава в качестве императора — соправителя — очень пышно и торжественно) и раздачи поместий и вотчин СВОИМ подданным, настал черёд Греции…

— Афины республикой оставляем? — Спрашивает Рюген на Совете с сыновьями.

Богуслав морщится, но согласно кивает и говорит:

— Жалко конечно, но нельзя делить Грецию только на царства, пусть будут и олигархические республики.

— Согласен, — почти в один голос подтверждают Святослав с Ярославом.

— Лаконию Воронам отдаём?

— Да, пусть сестричка на троне посидит, да и запасная линия Померанского Дома как?никак, — говорит Богуслав и остальные братья согласно кивают.

Македонию отдали Людмиле и роду фон Бо.

Затем так же незамысловато были поделены и остальные земли…

— Ахейю мне отдай, — потребовал Ярослав, — а ещё Мегары и Локриду. Смотри: Коринфский залив они перекрывают со всех сторон, пусть и не полностью, но для контроля хватит.

— Логично, — соглашается отец, — но это не к Хорватии они присоединяются, понимаешь?

Младший фыркает…

— Да зачем к Хорватии?то? Мои и без того премного довольны, что у них теперь кусочек Италии есть. Да и греков незачем дразнить, подданство Померанского Дома напрямую они хорошо воспримут, а вот присоединение к какой?то другой стране, а тем более не греческой…

Владимир только кивнул довольно — такие вот проверки он устраивал регулярно и надо сказать, что они заметно подстёгивали сыновей.

— Мм… Кефалонию, Закинф и Левкаду. И Арголиду тоже, — без тени сомнений сказал Святослав, — тогда Коринфский залив будет полностью наш, да и вообще, с точки зрения военной безопасности…

Присутствующие поняли — владения распределялись прежде всего стратегически — так, чтобы контролировать Грецию как на море, так и на суше.

— Ну а мне…, — Богуслав с сомнением смотрит на карту, ведь ему предстоит унаследовать огромные территории Венедии, Империи и Унии, так что эта возня… Но надо, ибо баланс…, — Фессалию себе подберу, пожалуй — и хватит.

— Я вот думаю, — несколько смущённо сказал Владимир, — а не выделить ли нам царство Марку Гарцу?

Сыновья задумались… Умелого легата, который стал командовать Легионами после отставки Фёдора Головина, назначенного на этот пост скорее по мотивам политическим, они знали неплохо и ценили. Даже дружили с незаконнорожденным родичем, особенно Ярослав.

— Я за, — высказался младший, — заслужил, да и стимул?то какой для остальных!

— Фокиду, — без тени колебаний сказал Соправитель, — если его потомки вдруг забузят, она всё равно между нашими землями зажата будет.

Фёдору Головину досталась Аркадия — весьма неплохое царство. Правда, у него не было выхода к морю, так что ему и его потомкам придётся вести себя с соседями в должной мере дипломатично…

Мессению после долгого колебания всё?таки решили отдать Бонапарту — пусть и не родич, но всем было ясно, кто будет новым командующим артиллерией, да и вообще — человеком он был крайне дельным. Мятеж и прочее? Нет, не боялись — основные владения Рода Покора были на материке, и владения эти заметно превышали по богатству Массению. Ну и… Владимир с Богуславом решил добавить 'оживляжу' в будущую политическую жизнь Греции: не было никаких сомнений, что корсиканец потащит туда свою семью и что те займут все 'вкусные' места, оттеснив местных. Соответственно, 'Точка напряжённости' там возникнет сама — собой и волей — неволей новой династии придётся особенно крепко держаться за Померанский Дом…

Эпир получил Иван Головин, отличившийся не столько на поле сражения, сколько в снабжении и дипломатии. Ну а остальные исторические греческие государства… Стали ещё более 'историческими' и были поделены на микроскопические Республики, княжества и герцогства. Выделялись они как бастардам Померанского Дома, заслужившим право стать Младшими Ветвями и подчиняться в дальнейшем только королю Венедии, так и владельцам мелких германских княжеств — ну и местной греческой элите предоставили возможность 'порезвиться'.

Поскольку Рюген старался (по возможности) не играть с законом, то отбирать владения у таких вот микро — государей он не мог — если только те не становились на сторону противников. Терпеть же подобные вкрапления на своих землях он не хотел, так что решение было именно таким — обмен. В большинстве своём микро — государи весьма охотно меняли земли в Германии на земли в Греции — всё?таки территориально размен был удачным для них, пусть даже сами земли были расположены не столь выгодно.

Ну и понятно, что стратегические места вроде Крита, Кипра, Родоса и ряда других островов Венедия оставила за собой и острова эти стали её частью. Планировалось в дальнейшем начать выдавливание греческого населения и заселения островов славянами. План не столь уж и сложный: добрая половина Греции как раз и была славянами — кто?то из них жил здесь со времён доисторических, кого?то переселяли во времена Византии или Османской Империи. В общем, реальная задача.

Останавливаться на достигнутом не стали и началась очень сложная, кропотливая работа по захвату некогда английских и французских колоний. Осторожная — потому что флот Венедии был не таким уж многочисленным, а английские и французские капитаны вовсю 'шалили'. Сейчас, в период Смутного Времени, многие из них увидели свой ШАНС. Для кого?то — хапнуть кусок пожирнее и забиться в провинции, изображая добропорядочного буржуа; для кого?то — основание собственного государства и конечно же — поведение в стиле 'Всё пропало — гуляй, рванина — однова живём'.

Учитывая, что Европа ещё тлела и пожар всё ещё имел шансы на новое возгорание, много сил на захват колоний Владимир выделить не мог. Поэтому было принято непросто решение…

— Делится придётся, — сообщил он на семейном Совете, куда с недавних пор вошел и Трауб — его внук был помолвлен с одной из внучек императора.

— Колонии? — Моментально понял Богуслав.

— Они самые, — вздохнул отец, — не потянем. Точнее — потянем, но тогда как испанцы будем — все более — менее толковые люди отхватили себе жирные владения в колониях и работать в Метрополии стало просто некому.

Помолчали…

— Не вижу особых проблем, — задумчиво сказал Наследник, — пусть некоторые колонии продолжают формально принадлежать Голландии или той же Франции — но в последнем случае их нужно будет поделить между свежеобразованными государствами. Если контролировать торговые потоки будем именно мы, то ничего страшного. Ну, не вся прибыль будет нам доставаться, так и хрен с ней — спокойствие не менее важно.

На том и порешили.

Делёж новоявленными государства колоний получился громкий, скандальный и если можно так выразиться 'вонючий'. Сил ни у кого из Республик/Королевств/Герцогств/Княжеств/Графств толком не было, а подгрести под себя колонии очень хотелось. Поэтому за немногочисленные оставшиеся корабли и моряков некогда французского флота шла настоящая грызня — с шантажом, убийствами и прочими 'милыми' вещам. Капитанов кораблей, примкнувших к тому или иному франкскому государству, автоматически наделяли дворянством и прочими 'вкусностями' — лишь бы те помогали закрепить за колонии за конкретным государством.