Судья Королевского дома - Сударева Инна - Страница 43

– Простите, государь. – Маршал склонил голову, увидав, как нахмурился Король.

– Я хочу, чтобы мои слова сразу доходили до тех, кому они адресованы, – стальным голосом добавил Фредерик.

Маршал склонился еще ниже...

Утро следующего дня было великолепным и обещало прекрасный день: солнце ярко светило с лазоревого неба, выбивая из ослепительно белых сугробов, покрывавших поля, радужные искры. Морозный воздух бодрил.

Довольно быстро проснулся лагерь. Повара спешили накормить людей сытной кашей, и через какие полчаса войско было готово к походу. Еще через два часа все заняли позиции на указанной Фредериком местности.

Король, дав последние указания лордам, отпустил командиров к их дружинам. При нем остались маршал, капитан гвардии, Марк и Элиас. Последний и теперь гордо нес королевский штандарт и выглядел внушительно на своем богатырском сером коне и в сверкающих доспехах гвардейца.

Прошло несколько минут, и на дороге, ведущей на север, показался всадник. Во весь опор он проскакал до войска и замахал рукой, хрипло крича:

– Они на подходе!

Это был разведчик.

– Марк, сигнал! – сказал Фредерик.

Над заснеженными полями разнесся звук рога. Войск правого и левого фланга не было видно, но Король был уверен – они за холмами выстроились боевым порядком и ждут следующей команды.

На дороге появился авангард мятежников – отряд человек в двадцать. Они резко осадили лошадей, увидав впереди, в какой-то полумиле, закованные в сталь отряды, затрубили в свои рожки и поскакали обратно.

Королевское войско терпеливо ждало, пока подтянутся и выстроятся северяне. Отряды мятежников выглядели довольно потрепанно – недели похода на столицу не дались даром. Тем более что двигались они по обезлюдевшей местности, где почти негде было пополнять запасы провианта и фуража.

– Жалкое зрелище по сравнению с нашими молодцами, – обратился Фредерик к своим рыцарям. – Я спущусь к ним. – И он тронул поводья. – Барт, Элиас и Марк, вы со мной.

Он лихо погарцевал по склону холма.

Им навстречу из рядов северян выехали несколько рыцарей. Явно, что это был Тимбер и бароны, но Фредерик их проигнорировал, остановился, подняв руку, дал знак стоять сопровождавшим.

– Воины Севера! – заговорил он. – Я, ваш правитель, спрашиваю: зачем вы пришли сюда с оружием?

Сперва от войска мятежников повеяло тишиной. Простой вопрос не нашел ответа. Затем один из баронов выкрикнул:

– Ты не король! У нашего ставленника больше прав на престол!

– По каким же это законам у бастарда больше прав, чем у законнорожденного? – усмехнулся Фредерик.

Эти слова отозвались неспокойными возгласами среди северян.

– Впрочем, господин Тимбер, ваш предводитель, меня не сильно волнует, – продолжил Король-Судья. – И даже не вы, господа бароны. Меня больше беспокоит ваша судьба, воины Севера. Я обращаюсь сейчас только к вам, потому что те, кто командует вами, потеряли рассудок.

По рядам мятежников вновь прокатилось волнение – они заколыхались, угрожающе приблизились к Фредерику.

– Они привели вас сюда на верную погибель! – объявил Фредерик. – Марк, сигнал!

Над холмами вновь пронесся звук королевского рожка – тут же их белые вершины ощерились копьями армий. Было видно, как северяне крутили головами, осматриваясь – они оказались окруженными со всех сторон.

– Черт! Он провел нас! – воскликнул кто-то из баронов. – Это ловушка!

Мятежники зашумели еще больше. Фредерик поднял руку, призывая к тишине, и воскликнул:

– Еще один сигнал рога – и войска, верные мне, сметут вас с лица земли! А теперь – тихо! Я буду говорить дальше!

Все покорно замолчали. Фредерик легким наклоном головы выказал удовлетворение послушанием мятежной армии.

– Я, ваш правитель, не хочу вашей гибели. У каждого из вас есть семьи, и я не хочу, чтобы женщины Севера стали вдовами, а дети – сиротами. Вы такие же мои подданные, как и те, кто сейчас на этих холмах. Зачем вам сражаться со своими согражданами, своими братьями? Я готов принять вас, как принимает отец неразумных детей обратно в свой дом.

Тут он поднял руки и освободил голову от шлема, передал его капитану Барту.

– Вот я перед вами, воины Севера, с непокрытой головой. Мне нужен мир, а не война. Мне нужна ваша преданность, а не ваша кровь...

По рядам северян прокатился вздох облегчения: люди расслабились – возможная битва их страшила, а их Король вдруг отвратил угрозу схватки одним своим словом.

– Ура! Ура Королю Фредерику! – раздался средь них одиночный крик.

Не успел он затихнуть, как его подхватили несколько десятков голосов, и еще, и скоро все в войске Тимбера кричали в полный голос одно: «Ура Королю Фреду!»

На губах Фредерика играла чуть заметная улыбка – он в который раз был доволен собой. Поднял снова руку и тем самым восстановив тишину, он произнес:

– Теперь, в знак своей преданности выдайте мне тех, кто подбил вас на мятеж. Они – изменники своей страны, разжигатели внутренней братоубийственной войны – их судьбу будет решать Королевский суд.

Пятерых баронов и Тимбера тут же окружили их же дружинники. Произошла секундная заварушка, и их быстро разоружили, заставили сойти с коней и подвели к Фредерику. Тот глянул на плененных сверху вниз.

– Отлично. В мой шатер их.

24

Тимбер был высок и широкоплеч, черноволос и темноглаз. Не только Фредерик, но все остальные, кто знал Конрада, отметили про себя, что он очень похож на Северного Судью. «Так же, как я похож на своего отца», – подумал Фредерик, пристально глядя на бастарда. Тот пока еще не произнес ни единого слова, угрюмо смотрел вниз, избегая поднимать глаза на кого бы то ни было. «Плебейское воспитание, – отметил Фредерик. – От Конрада у него лишь внешность».

– Так я жду объяснений, господа бароны, – громко и требовательно говорил молодой Король. – Какая нелегкая понесла вас воевать со мной? Что за авантюру вы задумали? Посадить на трон бастарда, бывшего мельника? Для чего? Чтобы все соседние государства смеялись над нами и чурались общаться с нами? Выставить на посмешище Королевский дом, принизить статус нашей страны?

Он внимательней посмотрел на баронов, ожидая ответа: самому молодому из них было уже за сорок. Высокие коренастые мужчины, умудренные жизнью, все с проседью в бородах. И он должен их отчитывать, как набедокуривших молодых шалопаев.

– Господа, – он понизил голос, – вы молчите... Неужели вам нечего сказать? Неужели вы смотрите на меня как на врага? Неужели вы думаете, что все ваши заслуги перед родиной забыты? Что я готов немилосердно карать вас? Вы и ваши предки всегда были верными вассалами Короны, верными защитниками северных рубежей. И теперь я прошу лишь одного: признайте свою вину, раскайтесь и идите с миром в свои пределы. Вот и все, что я хотел сказать вам здесь, в своем шатре. И я жду вашего ответа.

Тут самый старший из баронов, сэр Килвар ступил к Королю. Стоявшие за Фредериком капитан Барт и Элиас мгновенно обнажили мечи, опасаясь покушения, но тот остановил их.

Сэр Килвар преклонил перед Фредериком колено, взял его руку, положил себе на голову и сказал:

– Мой Король.

Остальные бароны, включая и сэра Хоклера с перевязанной рукой, также опустились на колени и сказали то же самое, почтительно склонив головы.

Надо сказать, слова Фредерика произвели на них сильное впечатление – они-то ожидали немедленного и жестокого приговора.

– Я прощаю вам, господа, измену лично мне, – вновь заговорил Фредерик. – Но кто простит те грабежи и нападения на людей, разорения деревень и городов там, где прошли ваши люди?

Тут вскинул голову Тимбер:

– Ничего такого не было! Мы не воевали с мирными людьми!

– Не было или ты не видел? – обратился к нему Фредерик.

– Это неправда! – воскликнул бастард, взглянув на баронов, которые теперь вновь молчали. – У нас не было цели разорять чужие дома!