Судья Королевского дома - Сударева Инна - Страница 84

84

– Печально. Очень печально, – кивнул старик.

– И это тоже было угодно Богу? – покачал головой Король.

– На все его воля, – ответил монах.

– Пусть так... Я приму подарок, верный слуга. И все в Королевстве узнают о подвиге лорда Эльберта... Как же ваше имя? И остались ли где-нибудь в Королевстве ваши родичи, чтоб рассказать им о вас?

– Мое имя Арист. И кроме брата нет у меня никого. Мы были так молоды, когда отправились с лордом Эльбертом на север, что не успели даже любимыми девушками обзавестись. А родители, должно быть, давно умерли.

Фредерик какое-то время молчал, стараясь осмыслить все то, что он сейчас узнал, все, что произошло за последнее время. Потом заговорил тихо, медленно, каждое слово обдумывая:

– Ваш подвиг превосходит подвиг Эльберта. Вы остались рядом с ним, позабыв о собственной жизни, о собственной молодости. Ведь вы могли вернуться домой, любить, строить, быть счастливым... Вы отказались от целой жизни ради своего лорда. – Тут он вдруг опустился на колени перед стариком. – Я прошу простить меня за все те речи, что оскорбили ваш слух и эти стены. Я недостоин поднять на вас взгляд, не то что спорить с вами.

– Не надо. – Монах тронул его за плечо. – Встаньте. Колена надо преклонять пред Богом, а не перед его служителем... Я просто выбрал свой путь. И выбор есть у каждого... И у вас тоже. У вас есть свой мир. Вернитесь в него, берегите его, молитесь о нем в своем доме. Не ищите чуда здесь – его нет вне вашего мира.

– Как вы правы, – прошептал Фредерик...

В такой задумчивости он вернулся в залу, где продолжалось веселье. И опять ему навстречу прыгнула неугомонная Орни.

– Какое счастье! – провозгласила она. – Смотрите, кто к нам пробрался!

Фредерик глянул туда, куда указывала ее рука, и, вскрикнув от радости, бросился к своему серому скакуну. Мышка ответил энергичным киванием головы и приветливым фырканьем. Тут же была и приземистая Медведка.

– Умный мальчик, – приговаривал молодой человек, гладя крутую шею скакуна. – Ты выжил. Ты нашел меня. Умница! – не удержавшись, даже поцеловал Мышку в нос.

Фредерик заботливо и внимательно осмотрел коней. Они были невредимы, если не считать легкой ссадины на колене передней ноги Медведки. Видимо, лошади при виде медведей убежали далеко назад и спрятались в какой-нибудь пещере. А потом Мышка отправился искать хозяина.

– Отлично, – шептал Король. – Отдохнем немного – и в обратный путь, к теплу и зелени. Тебе ведь это больше по нраву, мальчик?

Мышка согласно фыркнул.

Фредерик поспешил открыть сумки, что так и мотались на спинах лошадей. Он передал женщинам два больших каравая хлеба, несколько сыровяленых колбас и мешочек сушеных яблок, это все тут же радостно принялись делить. А коням подвязал овса. Потом достал еще сверток и направился к игравшим детям, каждому вручил по небольшой жмене сушеного чернослива.

– Это вкусно, сладко; пробуйте, – улыбнулся, видя, что малыши с непониманием косятся на сморщенные ягоды.

– Вам еще возвращаться домой, – заметил, подходя, старик. – А вы, похоже, все раздали.

Фредерик лишь пожал плечами:

– Я не избалован снедью. А тут дети, женщины, раненые. Им провиант нужнее. А я и поохотиться могу, если что... И не волнуйтесь – пару корок я себе оставил.

Тут его тронули за плечо. Роксана:

– Элиас просит вас подойти.

Гвардеец слегка покраснел перед началом разговора, хотя рана лишила его приличного количества крови.

– Я прошу твоего разрешения жениться на Роксане, – шепотом сказал юноша Фредерику.

– Меня?

– Ну да. Моего отца тут нет, а ты – мой король...

– Тише!

– Никто ничего не знает, – успокоительно заверил Элиас.

– А разрешение отца Роксаны вам не надо?

– Браки, заключенные в Полночном храме, никто не может расторгнуть или опровергнуть. Это нам объяснили монахи, – сообщил юноша. – Наша судьба – обвенчаться здесь.

– Так зачем тебе мое согласие, раз вы в храме? – удивился Фредерик.

– Ну ты же здесь. Я не могу не спросить тебя.

– А если я не дам разрешения? – Король чуть прищурился.

Элиас сдвинул брови.

– Как-то быстро вы все решили, – заметил Фредерик.

– Ничего не быстро. Мы уже две недели вместе...

– Как много! – присвистнул Король.

Элиас опять угрюмо промолчал.

– Подумай, братец, – продолжил Фредерик. – Хорошенько подумай, прежде чем жениться. Я понимаю: после того что случилось с Мартой, тебе очень больно, а Роксана появилась, как свет в окошке...

– Именно так! – перебил его гвардеец. – И я хочу, чтоб этот свет всегда мне светил.

– Будет ли правильным, что все так поспешно?

– Я люблю ее, – ответил Элиас. – А она любит меня.

Фредерик качнул головой:

– Как все просто... Что ж, я согласен. Пусть уж и счастье с вами здесь венчается. – Он улыбнулся, похлопал юношу по здоровому плечу. – Только не затягивай с выздоровлением, а то медовый месяц здесь проведешь...

18

Фредерик ехал на юг. Точно так, как и прибыл в северные земли – то есть один.

Элиас и Роксана после того, как монах Арист их обвенчал, остались в Полночном храме: гвардейцу нужно было выздоравливать. С Роксаной также остались Скиван и Корин, а с Элиасом – мастер Линар и Орни. Последние двое, как отметил Фредерик, также проявляли друг к другу повышенное внимание. «Может, вы тоже поженитесь?» – шепнул Король своему лекарю на венчании Элиаса и Роксаны. «Я все-таки получше присмотрюсь к девушке», – в тон ему ответил Линар.

Доктор уговаривал Фредерика повременить с отъездом, но тот настроился покинуть храм немедленно.

– Я хочу как можно больше сократить то время, что мой сын проводит без меня. – Это Король сказал уже в седле, готовый к трудному переходу по заснеженным равнинам. – Он не заслужил такого... К тому же я похлопочу о том, чтобы сюда, в Храм, прислали пару обозов с провизией и лошадьми. Не думаю, что запасов медвежьего мяса и моих хлебов хватит надолго...

И вот опять тяжелый переход в снегах. Но теперь каждый шаг давался легче. Потому что это было возвращение домой, к тому единственному родному существу, что у него осталось.

Ехал налегке. Медведку со всеми узлами он оставил в храме. Даже ружье Орни не стал брать. На первый взгляд это могло показаться легкомысленным, но молодой человек полагался на свои способности и на выносливость Мышки. Для коня он прихватил мешок овса – все-таки серый нес его по сугробам, себе же определил пару хлебных горбушек и столько же небольших кусков подкопченного медвежьего мяса. За спиной Фредерика висел меч лорда Эльберта, а его собственный сломанный клинок был аккуратно завернут в шкуры и приторочен к седлу. По дороге домой Король намеревался заехать в одно селение, о котором рассказал старик Арист: там жил его брат Пер, искусный тайный оружейник ландграфа Вильена.

– Он починит ваш меч, я уверен, – сказал монах. – Может, это займет много времени, но брат все сделает.

Фредерик получил также от Ариста тайный знак, благодаря которому его должны были пропустить к оружейнику охранявшие его воины ландграфа...

Мышка исправно скакал вперед, словно и ему передалось желание хозяина поскорее вернуться домой. И Король давно верил, что конь понимает его подчас лучше, чем кто-либо из людей.

Милю за милей оставлял за собой могучий Мышка, быстро и не сбавляя скорости, и Фредерик даже мурлыкал под нос простенькую песенку, которую услыхал в одном торговом обозе. Когда это было? Лет десять назад, может и больше:

Моя дорога длинная, но это путь домой,Избитая, пустынная, но это путь домой...

Последнее время очень уж часто накатывали на него волны воспоминаний. Вот и теперь перед глазами тот обоз. Он со своими людьми ехал в маленькую деревню Заселы, в окрестностях которой появилась большая банда, совершавшая набеги на это поселение. Обоз двигался туда же, и Фредерик решил, что будет не так уж и плохо сопроводить мирных торговцев. Заодно, по его расчетам, обоз как раз бы и привлек внимание разбойников, тогда не потребовалось бы их искать. Он и его люди спешились, облачились в неприметные плащи странников и пошли рядом с возами, а лошадей расседлали и согнали в один табун, словно это кони на продажу.