Судья Королевского дома - Сударева Инна - Страница 98

Криспин после возвращения дочери из Полночного храма сперва был возмущен ее самовольным бракосочетанием с Элиасом. Но сам ландграф Вильен, который, глубоко чтил старинные обычаи, установил мир.

– Полночный храм – святыня из святынь. На нем рука Господа, в нем – дух его. Всякий обряд в этом месте священен, – говорил ландграф красному от возмущения Криспину, уже готовому бросить новоявленного зятя в темницу. – Не нам, грешным, вмешиваться в дела Всевышнего. А в том, что ваша дочь вас ослушалась, возможен Божий промысел... Последуйте моему примеру, барон, смирите гнев. Я-то, если вдуматься, в большем проигрыше. – И он даже печально улыбнулся бледной, но вытянувшейся в струнку Роксане, которая слушала эти разговоры и была готова в любой момент защищать свой выбор. – Желаю вам счастья, юная леди. Видно, с самого начала не судьба нам быть вместе...

Роксана чуть расслабилась и благодарно ему поклонилась. Элиас поспешил сделать то же самое, утвердив для себя, что ландграф весьма благородный и великодушный человек. «Если б у меня невесту так увели... – пронеслась мысль, но остыла, потому что вспомнилась история с Мартой, а потом вновь вспыхнула. – Но я же впечатал за это самому Королю!»

Криспин успокоился. А после того как Элиас, пользуясь установившейся тишиной, рассказал подробно, кто он и зачем здесь, а также о том, что Фредерик не просто рыцарь, а цельный Король, барон выказал огромное желание ехать немедленно в Королевство, чтобы благодарить государя за все те услуги, что он ему оказал.

– Заодно гляну, на какое хозяйство ты, зятек, собираешься посадить мою дочку, – буркнул Криспин уже довольно мирно Элиасу.

– Что ж, – одобрил его решение ландграф. – Езжайте, барон. Станьте нашим послом в Южной стране. Я бы и сам поехал, да дела в стране не позволяют оставить все на самотек. Я ведь также в неоплатном долгу у Короля Фредерика, потому и от меня ему – поклон и благодарность. А еще – заверение в том, что я и мое графство всегда готовы помочь ему и его стране, если понадобится. Думаю, это сильнее укрепит наши связи...

С тем барон Криспин и отправился в дальний путь на юг...

Орни, кивнув шести рыцарям, что составляли свиту барона, направила свою лошадь в соседнюю улочку – ей не терпелось самостоятельно познакомиться со столицей.

До чего ж тут все было не похоже на Снежное графство. Даже люди смотрели и разговаривали по-другому: больше улыбались, приветливо раскланивались при встрече. И Орнилле кланялись, и улыбались, особенно молодые люди. Девушка, надо сказать, была немного смущена, думая, что это все от ее прически: она перестала стричься с того дня, как вместе с Фредериком уехала из замка барона Криспина, и теперь светлые с легкой рыжиной волосы отрастали свободно и беспорядочно. Глядя в зеркало, она постоянно думала про себя: «Ну воробей взъерошенный».

Отчасти да, внимание на нее обращали из-за художественного беспорядка на голове, но не только. Орни была красива, как красиво юное деревце весной, тонкое и хрупкое, с нежными листьями, прекрасное в своей молодости. И еще – она не понимала, что красива, и наивность, смущение на лице делали девушку еще более очаровательной.

– Утро доброе, юная госпожа. – За повод лошади Орни взялся ослепительно улыбающийся молодой человек в простой, но добротной одежде; шапку он почтительно снял, и легкий ветер чуть шевелил его каштановые вьющиеся волосы. – Вижу: вы недавно в столице. Если вам надобен надежный проводник по улицам города, не откажусь помочь.

Орни чуть насторожилась, но потом улыбнулась в ответ. «Чего мне опасаться? Верный нож у меня всегда под рукой», – подумала она, а вслух сказала:

– Если покажете мне главную площадь, буду весьма благодарна.

– За поцелуй – все, что угодно, – подмигнул юноша.

Орни хитро прищурилась:

– Поцелуй, но в щеку.

– Идет, – сторговался, смеясь. – Меня зовут Тальберт, я сын оружейника Робина. Я видел вас у лавки отца с королевским доктором Линаром и другими господами. – И он потянул за собой лошадь девушки.

– Я – Орнилла, из Снежного Графства. Занимаюсь врачеванием, – с готовностью ответила Орни.

– Заметно. – Тальберт кивнул на бесчисленные узелочки и кулечки, что болтались на узорчатом поясе девушки.

Наверное, путь к площади юноша специально затянул, проводя Орни по разным улочкам, мимо скромных домов и шикарных особняков знати. Он не молчал: рассказывал о том о сем, о делах в столице, об обычаях, о жителях, о владельцах тех домов, перед которыми они останавливались. Также частенько здоровался с прохожими: было видно, что в Белом Городе его хорошо знают.

– Привет, Таль, – махали ему рукой крепкие лохматые молодцы у одной таверны. – А где твой брат? Придет он нынче вечером играть в мяч?

– Бернир ушиб руку молотом, – отвечал юноша. – Вряд ли придет.

– Тогда ты приходи! Нам нужен сильный битник! – предупредили его молодцы. – Смотри – сегодня с южанами играем – не подведи!

– Ладно! – махнул он им рукой, обернулся к Орни. – Прошу прощения... Нечем сейчас заняться в столице, кроме как в мяч гонять на пустыре за ратушей. Скучно. Когда был Король, постоянно устраивали турниры и соревнования – удаль молодецкую показать. А теперь ленивый старикан Гитбор всем заправляет – город совсем заснул, да и вся страна, – вздохнул Тальберт. – Вот ждем со дня на день, что приедет государь. Праздник будет, королевича представят миру. Да и новый рыцарский корпус готов уже показать то, чему научился за год, а ведь мальцы там совсем... Вот уж тогда будет что посмотреть. Так что вы, госпожа, вовремя приехали.

Орни слушала с большим интересом.

– А вот и площадь, – объявил Тальберт, выводя лошадь на широкое, мощенное крупным булыжником пространство. – Вот главный собор, тут два года назад Король венчался. За собором – лучшие в Королевстве цветники. Монахи знают столько секретов, как выращивать прекрасные розы и лилии... А напротив собора – ратуша, там цеха да гильдии столичные собрания проводят, – показывал он. – А это – дом лорда Винсента Тора – одного из капитанов королевской конницы, вон какой – почти размером с ратушу. Богато лорд живет – коней резвых разводит в своем поместье. Хорошие кони дорого стоят. Кому в повозку, кому под седло.

– Орни! – послышался откуда-то сзади довольно встревоженный голос Линара. – Куда это ты запропала?

Он галопом вылетел из проулка, резко осадил коня возле девушки, напутав тем самым Тальберта.

– Орни, мы тебя обыскались, – нахмурившись на юношу, сообщил доктор. – Хоть бы сказала...

– Я ж не ребенок. Захотелось город посмотреть самостоятельно, – выделила последнее слово девушка. – А королевский дворец и сама бы нашла. Он отовсюду виден. – Она кивнула в сторону блистающих на солнце шпилей высокого замка, что венчал центральный холм столицы.

– Добрый день, мастер. – Тальберт, сняв шапку, поклонился Линару, все еще держа повод коня Орни в руке.

– Здравствуй, Таль, – буркнул доктор. – Ну же, Орни, нам пора.

Тальберт тем временем ухмылялся, помня обещание девушки.

– Сейчас, – тоже улыбаясь, сказала Орни. – Я кое-что сделать должна, – и перегнувшись в седле, звонко чмокнула сына оружейника в щеку.

Тот закраснелся, нахлобучил обратно шапку и отпустил повод, сказав:

– Ну всего хорошего, госпожа. И если понадобится что-нибудь серьезнее вашего ножика, заходите в лавку Робина. Я для вас дамский стилет сделаю. Тонкий, легкий и красивый.

– Спасибо, – кивнула Орни.

– Право, нам пора, – вклинился между ними Линар. – Барон, Элиас, все ждут.

– Что ж, едем. – Теперь она кивнула доктору, подобрав поводья.

Пока двигались, Линар хмуро посматривал на девушку. Та пару раз ответила абсолютно ясным и невинным взором, потом не выдержала и спросила резко в лоб, остановив коня:

– Ну что? Ты чем-то недоволен?

– Ты его поцеловала...

– И что? Тебя я тоже целовала. Забыл?

– Я думал, твои поцелуи лишь для меня.