Сестры Марч (сборник) - Олкотт Луиза Мэй - Страница 59

59

Мег недолго предавалась размышлениям по поводу странного поведения Джо. Близился день, когда отец должен был вернуться домой, и все силы Мег уходили на то, чтобы приготовить дом к приезду выздоравливающего. Но тут на нее нашло что-то странное, и целых два дня она была просто сама не своя. Стоило кому-нибудь заговорить с ней, как она испуганно вздрагивала и краснела. Заметив на себе чей-то взгляд, Мег смущенно опускала голову над шитьем. Мать и Джо не на шутку встревожились, но на расспросы матери Мег отвечала, что чувствует себя превосходно, а Джо просила не приставать к ней.

– Теперь она себя ведет в точности, как я читала в романах. Раздражается, почти не ест, лежит по ночам с открытыми глазами, я сама видела, и все время забивается в какой-нибудь уголок, чтобы там погрустить. Один раз слышала, как она тихонько напевала. Я подошла ближе, а она вдруг говорит: «О, Джон!» А когда заметила меня, покраснела. Надо что-то делать, Марми, – решительно тряхнула головой Джо.

– А что мы можем сделать? – мягко ответила мать. – С приездом папы Мег, наверное, немного развеется. А пока постарайся быть с ней поласковее.

На том откровенный разговор и кончился. На следующее утро Джо достала из «почтового отделения» письмо, адресованное Мег.

– Тебе записка, Мег, – тут же оповестила она сестру. – Не пойму только, зачем он ее запечатал? Когда Лори мне пишет, он никогда не заклеивает конвертов, – удивленно добавила она.

Отдав Мег записку, она села рядом с матерью и принялась шить. И тут Мег вскрикнула. Миссис Марч и Джо взглянули на нее. На лице Мег застыл ужас.

– Что случилось, милая? – спросила миссис Марч, подбегая к дочери, в то время как Джо пыталась взять записку, которую Мег крепко зажала в руке.

– Значит, это неправда! Он ничего не посылал… О, Джо, как ты могла! – И, закрыв лицо ладонями, Мег разрыдалась.

– Что могла? Я ничего не понимаю! – воскликнула Джо.

Мег посмотрела на Джо. И куда только девался ее мягкий, исполненный доброты взгляд! Сейчас глаза ее горели гневом. Мег вынула из кармана записку и резко швырнула Джо.

– Значит, это ты написала! – сказала она, и в голосе ее звучала горечь. – Ты написала, а этот негодный мальчишка тебе помогал! Как же вы могли! Ведь вы оскорбили нас обоих!

Но Джо едва слышала то, что говорила сестра. Она была целиком поглощена текстом записки, которую читала вместе с матерью.

«Дорогая Маргарет!

Не будучи в силах больше скрывать свою страсть, я молю Вас решить мою участь до того, как я вернусь из Вашингтона. Я так еще и не решился поговорить с Вашими родителями, однако смею надеяться, что узнав о нашей взаимности, они не будут возражать. Мистер Лоренс посодействует, чтобы я нашел хорошее место, и тогда, дорогая моя девочка, мы с Вами заживем счастливее всех на свете. Прошу Вас, не говорите пока, пожалуйста, ничего Вашим родным, а просто пошлите мне весточку через Лори. Итак, жду Вашего решения. Мое счастье в Ваших руках.

Преданный Вам навеки Джон Брук».

– Ну и негодяй! – гневно воскликнула Джо. – Это он отомстил мне за то, что я так и не выдала ему секрета! Ну ладно же, Тедди Лоренс! Придется вам смирить свою гордость и извиниться! Уж я заставлю вас это сделать!

И, повинуясь праведному гневу, который сейчас просто испепелял ее, Джо вскочила из-за стола, чтобы немедленно совершить правосудие.

– Постой, Джо, – остановила ее мать.

Джо недоуменно застыла на месте. Она и не предполагала, что Марми может говорить таким жестким и строгим тоном.

– Вот что, дорогая моя, – столь же резко продолжала мать. – Прежде чем ты уйдешь, мне кажется, тебе следует рассказать, не помогала ли ты ему? Обычно вы придумываете все вместе. Думаю, и тут без тебя не обошлось.

– Да честное слово, мама! Я ни при чем. Клянусь жизнью, я этой записки в глаза не видела. Я вообще понятия ни о чем не имею.

Лицо Джо пылало таким негодованием, что усомниться в ее искренности было попросту невозможно.

– Если бы я принимала участие, – продолжала Джо, – я бы написала так, что никто бы не догадался. А тебе, Мег, следовало бы знать, что мистер Брук ни за что не написал бы такой ерунды.

С этими словами Джо небрежно оттолкнула от себя записку.

– Но почерк очень похож, – растерянно проговорила Мег и положила рядом записку, которую сжимала в руке.

– Неужели ты ответила, Мег? – резко спросила миссис Марч.

– Да, ответила! – призналась дочь и закрыла руками горевшее от стыда лицо.

– Ну и дела! Пустите меня! Я все-таки поговорю с этим прохвостом. Он у меня сейчас узнает. – Джо снова рванулась к двери.

– Погоди! – опять остановила ее миссис Марч. – Сперва я должна окончательно во всем разобраться. Пока я вижу, что дело обстоит серьезнее, чем мне сперва казалось. Ну-ка расскажи мне подробно, Маргарет. – И, кинув властный взгляд на старшую дочь, миссис Марч жестом остановила Джо, выходящую из гостиной.

– Первое письмо мне передал Лори, – с трудом начала Мег. – Он сказал, что не знает, что в нем такое. Когда я прочитала, я очень расстроилась. Сначала я хотела показать его тебе, мама, но потом вспомнила, как хорошо вы с папой относитесь к мистеру Бруку, и решила, что вы не будете на меня сердиться за то, что я на какое-то время сохраню тайну. Знала бы я, что этот мерзкий мальчишка меня дурачит! Но я-то думала, что мне мистер Брук написал. Я чувствовала себя будто девушки в романах и написала. О! – воскликнула она в отчаянии. – Теперь я никогда не решусь заговорить с ним.

– Что же ты написала ему? – спросила миссис Марч.

– Я написала, что еще слишком молода и не могу ничего решить втайне от вас с папой. Я просила мистера Брука поговорить с вами. Потом поблагодарила его за письмо и сказала, что пока мы будем просто друзьями. Вот и все.

Лицо миссис Марч озарила улыбка, и было видно, что ответ Мег принес ей огромное облегчение. Джо захлопала в ладоши.

– Ну, Мег, ты у нас просто воплощенная мудрость! – воскликнула она. – Рассказывай дальше! Что он-то тебе ответил?

– Он ответил, что никакого признания в любви мне не делал и ему очень жаль, что Джо ради веселой шутки не пожалела ни меня, ни его. Он написал мне очень доброе письмо, но мне-то от этого не легче!

Мег в отчаянии прижалась к матери, а Джо, щедро посылая проклятия на голову Лори, заметалась по гостиной. Вдруг она замерла на месте и, с задумчивым видом направившись к столу, внимательно посмотрела сначала на одну, потом на другую записку.

– Успокойтесь, – наконец уверенно сказала она. – Мистер Брук не видел ни одной из этих записок. И ту и другую написал Лори. Твой ответ он оставил у себя. Это он решил так мне отплатить за то, что я не выдала секрет.

– Знаешь, Джо, советую тебе лучше не иметь секретов, – назидательно сказала Мег. – А то попадешь, чего доброго, в такое же положение, как я. По-моему, лучше уж сразу рассказать все Марми.

– Ах, сестра! Как раз Марми и доверила мне этот секрет! – воскликнула Джо.

– Ну-ну, Джо, – поспешила вмешаться миссис Марч. – Мы с Мег немного успокоимся, а ты сбегай-ка за Лори. Уж выяснять, так выяснять. Я хочу разобраться в этой истории и положить конец его выходкам.

Джо побежала за Лори, а миссис Марч в самой что ни на есть деликатной форме поведала Мег об истинном отношении к ней мистера Брука.

– Ну а теперь скажи, ты-то сама как к нему относишься? – спросила мать. – Чувствуешь ли ты в себе силы ждать, пока он сможет создать прочный семейный очаг, или предпочтешь не связывать себя никакими обязательствами?

– Я так переволновалась из-за всей этой истории, – смутилась Мег. – Наверное, мне теперь всю жизнь будет противно даже думать о замужестве. Если Джон правда ничего не знает об этих глупых записках, не говори ему. И Джо с Лори тоже скажи, чтоб держали язык за зубами. Вот еще, нашли кого дурачить! А я не потерплю всяких дурацких преследований! – И Мег сердито топнула ногой.

Как все это было не похоже на спокойную, невозмутимую Мег. То ли ее выбила из колеи жестокая шутка Лори, то ли… Миссис Марч принялась успокаивать дочь, уверяя ее, что мистер Брук никогда не узнает об этой истории. Потом в передней послышались шаги. Мег убежала, а миссис Марч удостоила виновного аудиенции. Джо ввела его в гостиную, и затем ей было велено удалиться. Девочка вышла, но принялась расхаживать взад-вперед по коридору, словно часовой, следящий, как бы преступник не изловчился и не удрал от правосудия. Из-за двери раздавались голоса, однако слов Джо разобрать не могла, и ей оставалось только догадываться о событиях, которые разворачиваются в гостиной.