Сестры Марч (сборник) - Олкотт Луиза Мэй - Страница 82

– И потом она скакала на этом коне?

– Да, они стали прямо-таки неразлучными друзьями.

– Ну, я бы сказал, что это просто отважная девушка! – и молодой Лем покосился на Эми, недоумевая, почему она краснеет и выглядит такой смущенной. Уж не мама ли наговорила ей всяких глупостей?

А виновата во всем была, конечно, Джо. Когда кто-то спросил ее о лимонной шляпке, в которой она недавно появлялась на пикнике, эта глупышка, вместо того чтобы назвать первый попавшийся магазин, с радостью принялась разбалтывать домашние тайны.

– Это все она, Эми. Хорошо иметь сестру художницу. Попросишь – и она выкрасит в какой угодно цвет.

– Интересная у вас жизнь! – восклицала мисс Лем, думая о том, что эта Джо очень необычная и занимательная особа.

– Для Эми просто не существует безвыходных положений. Ей захотелось, например, появиться на свадьбе у Салли в голубых туфельках. А где их взять? Так она, не моргнув глазом, взяла свои старенькие белые и выкрасила их в небесно-голубой цвет. Они издали выглядели как будто атласные!

Джо с гордостью расписывала таланты сестры, а Эми это приводило в такое бешенство, что она готова была кинуть ей в лицо кипу визитных карточек со стола.

– Нам очень нравится ваша проза, – заметила старшая мисс Лем, про себя думая о том, как мало эта сумасбродка похожа на даму с литературным именем.

Но Джо, слыша похвалы в свой адрес от людей, мало разбирающихся в литературе, всегда чувствовала себя глубоко уязвленной. В таких случаях она спешила переменить тему разговора. Так она поступила и теперь.

– Мне жаль, что вы тратите время на подобное чтение. Я это пишу, потому что платят. А платят потому, что заурядным людям нравится подобная чепуха… Вы едете зимой в Нью-Йорк?

Мисс Лем, поняв, к какой категории читателей ее причисляют, разумеется, должна была обидеться. Джо с опозданием поняла свою ошибку. И теперь ей ничего не оставалось, как бежать с места преступления. Не дав мисс Лем ответить на свой же вопрос о Нью-Йорке, она погнала Эми к порогу:

– Эми, скорее, мы опаздываем! До свидания, милочка, приходите к нам, наш дом всегда для вас открыт. Вас я не осмеливаюсь пригласить, мистер Лем, но если вы заглянете, то мы вас не скоро отпустим.

Своим тоном она явно передразнивала словоохотливую и сентиментальную Мей Честер, на что все обратили внимание. Эми выскочила из прихожей, испытывая непреодолимое желание то ли расхохотаться, то ли расплакаться.

– Ну что? На этот раз я справилась? – спросила Джо с очень довольным видом.

– Хуже не могло быть! – ответила Эми, бросая на сестру уничтожающий взгляд. – Я не хочу себе славы красильщицы и укротительницы лошадей.

– Ну а почему не позабавить людей? Они же понимают, что у нас нет ни грумов, ни средств, чтобы каждый год менять наряды. А мы находим выход из положения и не унываем.

– Все равно нечего выставлять напоказ нашу бедность. У тебя нет никакого самоуважения. И ты совершенно не понимаешь, в каких случаях надо быть разговорчивой, а когда лучше держать язык за зубами.

Джо шла, опустив голову, и терла нос жестким платком, словно наказывая себя за прегрешения.

– Ну а как мне надо вести себя тут? – спросила она, приближаясь к третьему дому.

– Как хочешь. Я умываю руки, – резко ответила Эми.

– Ну что ж! Это семейство мне как раз по душе. Мальчишки дома, так что мы славно проведем время. А то чинность плохо действует на мою конституцию, – угрюмо отвечала Джо, страдая оттого, что оказалась не на высоте.

Три юных джентльмена и их младшие братья оказали Джо такой радушный прием, что она, предоставив Эми развлекать хозяйку и мистера Тюдора, буквально ожила. Джо с захватывающим интересом слушала студенческие новости, ласкала пойнтеров и пуделей и от всего сердца соглашалась с тем, что «Том Браун молодчина». Потом ее пригласили посмотреть черепах, и по дороге через гостиную она так пылко обняла хозяйку дома, что та долго поправляла прическу и чепец. Впрочем, не имея дочери, миссис Тюдор испытывала материнские чувства к Джо и за ответную дочернюю нежность рада была принести в жертву долгую работу парикмахера-француза.

А Эми, махнув рукой на сестру, предалась удовольствиям, отвечающим ее нраву. Дядя мистера Тюдора был женат на настоящей английской леди, а Эми, несмотря на американское воспитание, преклонялась перед титулами и родословными. Впрочем, и вся наша юная демократия хранит еще любовь к британской короне – так взрослый сын почитает свою властную мать, которая долго удерживала его при себе и отпустила с бранью лишь после того, как он взбунтовался.

Но даже в аристократическом обществе пунктуальная Эми не забывала о времени. Когда срок визита истек, она пошла на поиски Джо, надеясь, что старшая сестра хотя бы здесь не навлекла позора на семейство Марч. Все могло быть и хуже, но Эми казалось, что хуже просто не бывает. Джо сидела на траве в окружении старших мальчиков, а пес положил свои грязные лапы на подол ее праздничного платья. Все внимание слушателей было поглощено захватывающим рассказом Джо об очередных проказах Лори. Тем временем младшие развлекались в сторонке на свой лад: один что-то выстукивал зонтиком Джо на черепашьем панцире, другой с наслаждением уплетал имбирный пряник над лучшей шляпкой Джо, а третий гонял ее перчатку, как мячик. Словом, все забавлялись от души, и когда Джо собрала свою понесшую ущерб собственность и стала прощаться, вся свита побежала ее провожать, умоляя приходить еще, потому что ведь это так интересно слушать, как Лори озорничает.

– До чего же они славные! Я с ними опять почувствовала себя девчонкой, – сказала Джо, пряча руки за спину, отчасти по привычке, а отчасти чтобы скрыть забрызганный грязью и потрепанный зонтик.

– Почему ты все время избегаешь мистера Тюдора? – спросила Эми, не желая пока обсуждать истерзанный вид Джо.

– Я его не люблю. Все время важничает, унижает своих сестер, мучает отца, неуважительно обращается с матерью. Лори называет его беспутным, а мне просто не хочется заводить с ним знакомство, так что пусть пребывает наедине с собой.

– Но ведь можно вести себя не столь демонстративно. А то отвесила ему холодный поклон, а потом без конца любезничала с Томми Чемберленом, у которого отец всего лишь хозяин бакалейной лавки. По-моему, все-таки Тюдор заслуживает большего внимания, – укоризненно заметила Эми.

– Ну нет уж! – продолжала упрямиться Джо. – Я никогда не буду ни уважать его, ни любить, несмотря на то что племянница брата его дедушки приходится троюродной сестрой какому-то там лорду. А Томми беден, застенчив, добр и умен. Я самого лучшего о нем мнения, и мне нравится показывать это, и вот он-то джентльмен, хоть и должен заниматься взвешиванием и завертыванием.

– С тобой бесполезно спорить!

– Вот и не будем спорить, – согласилась Джо. – Примем дружелюбный вид и оставим в следующем по списку доме наши визитные карточки, потому что Кингов, к моей несказанной радости, нет дома.

Карточки были оставлены в прихожей. Возле пятого по счету дома Джо вновь вознесла благодарение небу – им сообщили, что юные хозяйки поехали в гости.

– Ну, теперь домой! К тете Марч заглянем в другой раз. Незачем тащиться по пыли в лучших нарядах, когда мы уже так устали и раздражены.

– Говори за себя. Если тетя любит, когда мы навещаем ее, да еще красиво одетые, то почему не доставить ей радость? И не думаю, что уличная пыль нанесет больший урон твоему наряду, чем грязные собаки и мальчишки с мячом! Постой! Наклонись-ка, я стряхну крошки с твоей шляпки.

– До чего ты хорошая девочка, Эми! – вздохнула Джо, с раскаянием глядя то на свой испорченный наряд, то на безукоризненно чистый и свежий костюм сестры. – Хорошо бы и мне научиться так угождать людям в мелочах. Я ничего не имею против большинства людей, но они отнимают столько времени! Я рада каждому помочь в чем-нибудь важном, но им важнее моя любезность, чем моя помощь и дружба.

Эми улыбнулась, внезапно смягчилась и заговорила наставительным тоном: