Однажды все закончилось (СИ) - Украинский Денис - Страница 23

Я поднялся выше. Удары прекратились, вместо них появился звук, говорящий о том, что кто-то с усилием дергает дверь. Еще секунда, справа раздался, женский крик и все стихло. Я бросился в сторону крика, наткнулся на распахнутую дверь, сколоченную из деревянных досок, и стал свидетелем странной сцены.

В комнате возле окна на коленях стояла Алена со сложенными возле подбородка руками. Голова ее была опущена к рукам, а губы шептали неразборчивые слова. Перед ней в нерешительности замер людоед. Не размышляя и особо не целясь, я размахнулся и в этот раз все же попал острым краем лопаты по голове людоеда. Лопата засела в черепе, людоед повалился на пол и застыл со стеклянным взглядом.

— Что, молишься? — отдышавшись, спросил я у Алены.

Алена открыла наполнившиеся влагой глаза и посмотрела на меня.

— Молюсь — ответила она.

— Ну и как помогает? — скептически поинтересовался я, без сил оседая на холодный бетонный пол.

Алена ничего не ответила, а только загадочно улыбнулась. По оконным отливам снова застучали капли дождя. Минут через пять в комнату совсем перестал проникать свет, а снизу донесся жуткий, наполненный яростью крик. Животный страх за свою жизнь и жизнь Алены, если и не придал мне сил то, по крайней мере, заставил подняться и начать двигаться.

Обходя четвертый этаж, я заметил ручную лебедку на лоджии без ограждения, выходящей на противоположную сторону здания. Алгоритм действий сложился в голове мгновенно и, схватив Алену за руку, я потянул ее за собой к лестнице. Мы спустились на четвертый этаж. Отыскали квартиру с лебедкой. Я обвязал Алену веревкой и начал спускать вниз. Она хотела выразить протест по поводу такого развития событий но, не успев пикнуть, отправилась на встречу к земле. При этом она неудачно ударилась коленями о край бетонной плиты, но даже не вскрикнула, а только промычала что-то невнятное, прикусив губу.

Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы, на сколько это возможно — аккуратно опустить Алену на землю. При этом веревка несколько раз пыталась выскочить из моих рук, обжигала кожу и окрашивалась в красный цвет. Когда Алена оказалась на земле, я не дожидаясь, пока она отвяжется, привязал конец веревки к железной распорке придавливающей основание лебедки к плите и, надеясь на добросовестность строителей начал спускаться сам.

На уровне второго этажа руки, перестав слушаться, сами собой отпустили веревку, и земля мгновенно подпрыгнула, неприятно ударив меня по спине. Мне повезло, внизу находилась куча песка, и приземление прошло удачно. Не успел я встать как с четвертого этажа, с того места, откуда мы только что спустились, раздалось рычание, переходящее в бешеный крик.

Только мы с Аленой сделали несколько шагов по направлению к забору, как за нашими спинами что-то грохнулось, глухо стукнувшись о песок. Мои самые худшие опасения подтвердились. Обернувшись, я увидел небритое лицо бывшего строителя, неизвестной специальности, с горящими дикой яростью глазами. При ближайшем рассмотрении людоед выглядел гораздо крупнее, чем при наблюдении за ним издалека.

Все дальнейшее произошло в течении считанных секунд. Все движения выполнялись телом без участия сознания. Я только успел вспомнить про нож тестя, висевший на поясе. Людоед вскочил на ноги, моя рука потянулись к ножу. Он кинулся на меня, я тоже сделал несколько быстрых шагов вперед и в последний момент перед столкновением подался чуть в сторону влево. При этом правая рука с ножом метнулась вперед вверх. Лезвие вошло в голову людоеда снизу, чуть дальше подбородка, вошло по самую рукоять. Людоед дернулся, пытаясь выдохнуть воздух, но не смог этого сделать. Его рот не открылся, а из носа густо потекла кровь. Когда он падал на землю, я выдернул нож. Из раны со свистом начал выходить воздух вперемешку с пузырящейся кровью.

Темнота вокруг мешала ориентироваться на местности. Огни города потухли надолго, если не навсегда, звезды закрывали тучи. Я едва различал очертания забора и уже хотел выбраться с этой злополучной стройки, приютившей группу людоедов, но почувствовал какое-то движение на другой стороне. Не увидел, не услышал, а именно почувствовал. Взял Алену за руку и потащил к ступенькам, ведущим в подвал.

— Там кто-то есть — шепотом сказал я Алене, когда мы укрылись в полной темноте.

— Кто? — испуганно спросила Алена.

— Не знаю и честно говоря, знать не хочу.

Железная дверь на входе в подвал была запертой. Тихонько дернув ее несколько раз, я присел на корточки и начал прислушиваться к окружавшей нас темноте. Примерно через полминуты из темноты послышались слова. И к удивлению, послышались со стороны закрытой двери.

— Кто здесь?

Мы с Аленой вздрогнули одновременно. Я почувствовал это потому, что так и не выпустил ее руки.

— Люди — тихо ответил я, и поспешно добавил — Здоровые.

— Здоровые люди, это хорошо — послышалось из подвала.

В замке повернулся ключ, дверь приоткрылась, и мне в глаза ударил луч фонарика. Задержавшись на моем лице, луч перескочил на Алену. Удовлетворенный осмотром обитатель подвала пригласил нас войти.

— Вползайте, только шустрее!

Дважды повторять ему не пришлось. Мы быстро зашли в подвал. Дверь закрылась, провернулся ключ и мужчина, провел нас в свое убежище. Спустившись по ступенькам, мы оказались в подземном гараже. Пройдя по коридору вдоль уже установленных ворот, хлюпая по лужам, мы зашли в один из гаражей, который был оборудован под бытовое помещение. Здесь оказалось тепло и на удивление сухо. У дальней стены стоял стол, возле стола длинная лавка. По правую руку висела вешалка для одежды, прямо перед входом, а по левую располагалась кровать из кирпичей и досок.

Мужчина потушил фонарь и зажег огарок свечи. В свете маленького пламени перед нами предстал пожилой человек, на вид лет шестидесяти с сухим лицом и седыми волосами. Еще раз, внимательно оглядев нас, он усмехнулся и спросил:

— Откуда вы тут взялись? Здоровые люди.

— Случайно проходили мимо — тяжело опускаясь на лавку, ответил я.

Обитателя подвала звали Семен. Работал он на этом строительном объекте сварщиком и по воле судьбы в разгар эпидемии, остался в этих подземных гаражах. Вечером 22-го апреля закончив рабочий день пораньше, Семен вместе со своими товарищами решил для профилактики различных заболеваний, пропустить стаканчик другой. Стаканчики пошли хорошо, и профилактика удалась на славу.

— Я-то уже год как не пью, а тут такое началось, вот я и подумал, может это последний раз, когда удастся выпить с друзьями — рассказывал Семен. — С непривычки меня разморило раньше всех, и я заснул, вот прямо здесь на досках. И до утра. Утром встал, а никого нет, все закрыто. Хорошо хоть на вентиляционные шахты решетки в пятницу не приварил, а то бы и сидел взаперти. Кое-как выбрался наружу. Сторож пропал, а ключи оказались на месте. Думал, заберу кое-что из инструментов, чтобы никто им ноги не приделал за выходные.

Семен засмеялся, а его смех перешел в нездоровый кашель.

— Не пугайтесь, зараза ко мне не прилипла. Это другое, для вас ничего страшного.

Мне было все равно. Сил не осталось совсем, даже на то, чтобы беспокоиться о возможности заразиться. Положив руки на стол, я опустил на них голову и сквозь туман полудремы слушал то, что рассказывал Семен. Алена села рядом со мной на лавку и так же, не перебивая сварщика, слушала его историю.

— …собрал, значит, инструменты в сумку, выхожу через главный вход и смотрю, стоят трое. Прораб и двое электриков. Стоят и как-то подозрительно на меня смотрят. Ну, я им начинаю объяснять, что мол, инструменты то мои собственные, и вот решил их для сохранности на выходные забрать. А они стоят, как бараны, открыв рты, и все принюхиваются к чему-то. Я тоже воздух носом потянул, вроде ничего необычного не учуял. И тут все трое как кинуться ко мне, повалили на землю, и давай обнюхивать, а у меня от таких резких движений приступ кашля начался. Эти хлопцы, ко мне мгновенно охладели и оставили в покое. Смотрю, с улицы еще заходят и тащат за собой какую-то девку, она тихо стонет, упирается, а те ее за бытовку отволокли, и давай там рычать друг на друга, поделить никак не могут. Прораб хотел их растолкать, чтобы она ему досталась, не тут-то было, получил по каске и отвалил. Самым напористым оказался Виталик, из бригады каменщиков ему девчонка и досталась. Жалко ее молоденькая совсем.