Чужие облака (СИ) - Андерсон Альбина - Страница 54

               Однажды, незадолго до того как Тайке предложили Америку,  отдел отмечал день рождение Зигги. Тайка и доктор Клопов вышли последними из ресторана.

- Эспрессо с коньячком? Тут недалеко…,– предложил он.

Она согласилась и взяла его под руку.

Клопов был наемным врачом, в нем текла обычная кровь скваев. Он работал не за великие задачи, а за большие деньги. Как и все остальные регврачи, научные сотрудники лабораторий при центрах, молекулярные генетики, эко-специалисты.  Знания, преданность и запертый рот - вот все, что от них требовалось. Научный и медицинский персонал в организации получал много. Очень много. Поэтому вербовать их было не трудно. Конечно, случался небольшой шок в самом начале, после откровения. Врачи и ученые - люди фактов, а от фактов не отмахнешься. Потом они быстро привыкали. Точно также, как  привыкали к дорогим машинам, роскошным квартирам и отпускам с семьями на островах. Деньги - движущая сила, а дающую руку никто не кусает. Регврачи шерстили провинции в поисках новых объектов и не жаловались. Многие из них работали в роддомах, детских поликлиниках, больницах. Клопов заведовал хирургическим отделением одной из известных клиник в Москве, но не брезговал и регионами. За каждый новый объект награждали существенной премией. Клопов и открыл Тайку.  Он любил ездить в Восточную Сибирь, которая была богата на объекты. Видимо в прошлом люди вытесняли аэрорасу в более суровые условия. Или аерахи бежали от преследований так далеко, как только могли. Клопов и еще два помощника ездили по селам с вакцинацией от клещевого энцефалита. В деревенском клубе была очередь. Тайка пришла с фермы вместе с двумя подругами.  Клопов посмотрел на ее ноги под коротким халатом и перемигнулся с помощником. Она истолковала это по своему и только много позже узнала, что впечатление на доктора произвели  пятна на ее ноге. После прививки он весело сказал :

- У доярок еще анализ на крокодилов берем.

- Чего это? - спросила она подозрительно.

- Слышала в Кокурино у доярок глисты нашли? Жирные, с крокодилов. Бабы в нужник паразитов навалят, те подрастут, а потом к реке чешут. Яйца отложить. Дети орут, мужики прячутся, коровы в обморок падают.

Тайка подбоченилась.

- Глист нутро жрет, себе анализ возьми, дрыщеган замухрышистый!

Ее подруги засмеялись и Тайка тоже раззявила свой огромный рот. Здоровая и румяная она долго хохотала.

- Ого, с такими зубами пусть крокодилы боятся!

Сказал Клопов и щеточкой помазал у нее за щекой.

               После ресторана они завалились в небольшой бар за углом. Кофе был крепким, коньяк тоже, Клопов и Тайка пьяными. Доктор рассказывал анекдоты, а Тайка громко заливалась. Бармен хмуро обслуживал, мечтал закончить смену и уйти домой. Но они никуда не торопились. Доктор  рассказал ей про последнюю поездку в Сибирь, где выявил семь объектов. Младшей девочке было десять лет. Он вдруг сник.

- Весь ужас в том, что у нее нет выбора. Она ничего еще не поняла в этой жизни, а мы за нее уже все решили.

- Думай о хорошем, Клопов, - посоветовала Тайка.

- Что мы делаем Тая? Во что все это выльется? - Глаза у него были мутными, язык заплетался, его порядком развезло.-  Куда идет с песнями вся эта ваша хунта?  Все боятся, я боюсь.

- Уууу,  - сложила губы дудочкой Тайка.

- Я - сквай, ладно. До нас еще не добрались, но наше время придет. Что вы будете делать с нами  неизвестно. Подозреваю что ничего хорошего. Пока вы слишком заняты собой. Но мне страшно за будущее. Я же вижу,  как вы своих же под микроскопами разделываете. Для вас же все – генетический материал!

Клопов снял очки и стал нервно протирать их салфеткой.

- Мне все претит. Песни, флаги, ордена, опознавательные знаки… Говорят в Центрах введут униформу. Сначала я думал, что все это фарс и  я смогу соскочить в любой момент, как мне обещали, но теперь знаю, что не могу…Я все время боюсь. Получаю ваши поганые деньги, будь они прокляты, и не сплю по ночам. - Он устало откинулся на кресло. - Это жутко, когда такие как вы воспринимают себя серьезно. Высшая раса на эволюционной лестнице, - передразнивал он последнюю речь отцов-основателей.

- А баблос получать приятно, правда?  – уколола его Тайка.

Но Клопов будто не слышал ее.

- Ну как? – продолжал он, - Как мы можем вербовать объекты, когда сами гребаные представители аэрорасы – венца природы, не хотят участвовать в программе  возрождения? – вскрикнул он. Его качнуло на стуле.

Тайка сделала удивленное лицо.

- Ты и Зигги! – ткнул он в Тайку пальцем. - Какого хрена вы вербуете объекты, когда сами бежали от программы?

- Ну, дядя…- начала Тайка. Она не любила когда напоминали ей о прошлом.

Клопов прервал ее, он был сильно возбужден.

- Ты не захотела служить идеалам…

- Клопов, заткнись, - начала по настоящему злиться Тайка.

- Что ты сделала с собой, а? – Он нарисовал в воздухе перед ней  размашистый крест. А потом ткнул в его середину, поставив точку где –то на уровне ее живота. - А другие? Зигги – чистая кровь, он должен быть пропитан идеей. Она должна плавать у него в венозной крови вместе с эритроцитами. И что? Он на коленях умоляет меня не отправлять Лилю в Санаториум. А тянет-то она на чистую девятую с плюсом!

- Как девятую? У нее четвертая категория!

Тайка мгновенно протрезвела.

- Вот так…Я отослал чужие сэмплы. Ей дали четверку и оставили в отделе. Мне нравится Зигги, - бормотал Клопов. - Он месяц  у меня в ногах валялся. Ты же знаешь, с девяткой Лилю бы сразу забрали. Они жить  друг без друга не могут, я пожалел их и сам подставился. Теперь  как под топором...

                Тайка была настолько поражена и ошарашена, что не смогла сказать ни слова, а только неверяще всматривалась в Клопова. Не бредит ли он после коньяка? Лиля, которая на самом деле всегда была девятой,  скрывала это вместе с Зигги, чтобы избежать Санаториума. Это было большое преступление, и если бы оно раскрылось, наказание было бы самым страшным.

- Вызовите моему другу  такси, - попросила она зевающего бармена.

               С этого дня Тайка по-новому смотрела на Лилю. Что-то нехорошее поднималось в ней при  этом. Лиля оказалась с двойным дном. Смогла безнаказанно обвести всех вокруг пальца, чтобы остаться в жизни скваев. Когда самой Тайке пришлось заплатить за это очень высокую цену. Чувство ненависти зрело в ней как чирей. И когда пришло назначение в Пан-американский Центр, а Зигги так равнодушно потрепал ее за ухо, ее прорвало. Она написала рапорт Вильштейну обо всем, что узнала от Клопова. О нарушениях устава доктором Клоповым и Лилей Громич. О сокрытии фактов, попрании идеалов и предательстве. О том, что Зигги непосредственно замешан в этом, она умолчала. Рука не поднялась угробить человека, которого она любила.

               Клопова экстерминировали через неделю. Без трибунала и прочей волокиты. Его просто вытолкали из окна собственной квартиры. Жена, которой как вдове Братство пообещало хорошую пенсию, подтвердила в полиции что он страдал от депрессии и часто заговаривал о самоубийстве. Доктор нравился Тайке, но нельзя приготовить омлет не разбив яиц. Когда эта мысль пришла ей в голову, она долго хохотала. Клоповские яйца разбились буквально, десятый этаж –это высоко для сквая. Лилю вызвали в Центр и оттуда она не вернулась, ей сразу же вшили в дело  оранжевый вкладыш. Это означало, что из Санаториума она не выйдет никогда. После ее участия в программе, ее экстерминируют. Возьмут от нее все, что можно, и когда она перестанет быть нужной, ее уберут. Зигги сняли с должности за халатность и наградили первым предупреждением. Он получил голубой вкладыш за то, что якобы не знал, что у него происходит под носом.  После недолгих переговоров Тайке отменили промоушн в Америку и она заняла место Зигги.  Так она въехала в квартиру, в которой теперь жила.