Даже если вам немного за тридцать (СИ) - Чеботок Наталья Юрьевна - Страница 49

Пришлось поднять руки.

— Юля, я тебя не осуждаю. Не ищи врагов вокруг. Я наоборот только за вас рада.

— Извини. — Юлька вздохнула. — Я словно свихнулась. — Жаловалась она. — То теряю голову рядом с Бариновым, совсем перестаю разумно думать. То мучаюсь от ревности: где он и с кем.

И мне были знакомы ее страхи. Ей непросто было решиться на серьезные отношения.

— Я тобой горжусь, Юль.

— Так, не переводи стрелки. — Морозова всплеснула руками. — Что у тебя там произошло с соседом?

— Все и произошло. — Довольно улыбнулась.

— Он таки уболтал тебя? — обрадовалась подруга.

— Эрик был очень убедительным. — Разве я сказала неправду?

— Вот не зря с первого взгляда мне понравился твой сосед. — Юлька подмигнула мне.

— Эй, что это значит? — притворно нахмурилась. — У тебя есть Баринов, вот и направляй свои симпатии на него.

— Ревнуешь? — понимающе улыбнулась Морозова.

— Ужасно. — Пришлось признаться и в этом.

— Рассказывай. — Юля села на стул, приготовившись меня слушать.

Я поведала, правда, без особых подробностей о произошедшем в эти выходные. Морозова по ходу повествования то довольно улыбалась, то ругала на все лады Дроздова.

— Несмотря на возникновение из небытия Алексея, ты счастлива. — Сказала Юля, когда я замолчала.

— Не знаю, — уклончиво ответила я, — наверное, да.

— Кир, только не думай резко все оборвать. — Юлька схватила меня за руку. — Ты сейчас совершенно преобразилась. Светишься изнутри, а глаза такие… Лукавые и довольные.

— Правда? — неужели я такая? Я-то себя со стороны не вижу.

— Да. Наслаждайся, Кир. — Юля тепло улыбнулась мне.

Мы обнялись.

— Неужели настал тот период, когда мы обе будем счастливы? — произнесли хором и засмеялись.

Как же хорошо мы знаем друг друга!

— Будем. — Юля встала. — Пойду, нам с Федором еще в налоговую надо съездить.

— Удачи. — Попрощалась с подругой и занялась своими делами.

В этот день пришлось провести инвентаризацию посуды, помимо приготовления тортов и кексов.

Вышла я из ресторана после семи вечера. На улице я увидела свою сестру, которая переминалась с ноги на ногу недалеко от входа.

— Какие люди и без охраны! — не смогла удержаться от сарказма. — Вы теперь с мужем по очереди решили меня навещать? Вчера он, сегодня — ты.

Вика менялась в лице: то бледнела, то краснела, но молчала. Говорить с сестрой мне было не о чем, я обошла ее и направилась по тротуару к остановке.

— Кира, мне нужно серьезно поговорить с тобой. — Вика догнала меня и взяла за локоть.

— О-о-о, — засмеялась я, — недаром говорят: муж и жена — одна сатана. Вы даже говорите одинаковыми фразами. Одну методичку изучали?

— Кира, удели мне, пожалуйста, десять минут. — Вика теперь вцепилась в мою сумку. — Пожалуйста.

Вика и пожалуйста? Весьма необычное сочетание.

— Хорошо. Доброта меня когда-нибудь и погубит. — Проговорила я и указала рукой на скамью. — Надеюсь, ты сможешь уложиться в это время. Знаешь ли, у меня своих дел хватает.

— Я постараюсь. — Вика села рядом и расправила складки пальто. — Лешка ушел от меня неделю назад.

— Сочувствую. — Спокойно ответила я. Мне как-то было все равно, что происходит в жизни сестры. Как она живет с моим бывшим женихом, мирно ли или наоборот бурно — меня давно не касалось.

— Помоги мне, пожалуйста. — Вдруг взмолилась Вика.

Я лишь удивленно смотрела на нее. И это была моя сестра? Где привычный апломб и презрение ко мне? Вику кто-то подменил?

— И чем же я должна тебе помочь? — спросила я, а у самой мысли были не здесь. В квартире Эрика. С ним и Богданой. Скорей бы увидеться!

— Поговори с Лешей, убеди его вернуться домой. — Вика заламывала руки, на лице ее было отчаяние. — Я люблю его больше жизни! Не представляю, как мне жить дальше. А он перешагнул через нас с ребенком и ушел. — Хлюпнула носом сестра.

— Вы поссорились, что ли? — мне было не жалко Вику, но встать и уйти я почему-то не могла.

— Мы постоянно ссоримся. — Вика платком вытирала щеки. — Алексей обвиняет меня в том, что я сломала ему жизнь. Лишила любимой женщины и счастья. — Голос ее дрогнул, непросто было говорить о таком со мной. — Но ведь я так люблю его! Мне плохо, когда он не со мной!

Тяжелый случай и это, похоже, не лечится.

— Раньше надо было думать, Вика. Когда преследовала Дроздова, настойчиво лезла к нему в штаны. — Укорила ее я. Не удержалась.

— Да я же потеряла голову от любви! Ты что ни разу не любила, Кира? Я как видела вас с Лешкой вместе, мне выть хотелось от отчаяния. Он же так преданно на тебя смотрел, постоянно обнимал, целовал, восхищался тобой, Кира! А я, видя все это, желала только одного — сдохнуть, чтобы не погибать от ревности и зависти каждый раз. — Признавалась Вика, не справляясь с потоком слез. — А еще было обидно, что он совсем меня не замечал, только о тебе и говорил, да о вашем счастье.

— А тебя это только подстегивало, да? — вдруг откуда-то взявшаяся горечь взметнулась вверх. Неприятный комок встал в горле.

— Да! — с жаром воскликнула Вика. — Я начала тебя ненавидеть!

— Это для меня не новость. — Отвернулась, чтобы не смотреть на сестру. — Ты никогда меня не любила.

— Неправда, Кира. — Возразила Вика. — Ты моя старшая сестра и я всегда восхищалась тем, как ты могла справляться с невзгодами. Но когда я познакомилась с Алексеем, все мои чувства изменились. Его я любила, а тебя ненавидела. Я лишилась разума, гордости, мне было плевать, что могу потерять и тебя. Только и оставалось преследовать Алексея, предлагать себя ему.

— И ты своего добилась. — Усмехнулась я.

— Да, только кроме секса тайком мне ничего другого не предлагали. — Вика плакала. — А мне хотелось перестать быть тайной, мне хотелось, чтобы Алексей понял какая я, чтобы полюбил, чтобы ушел от тебя ко мне.

— Ты такая смешная, Вика. А то ты никогда не слышала о поговорке: «Насильно мил не будешь». — И в этот момент я поняла, что у Алексея просто не было шанс спастись. Стоило ему раз согласиться, он попался в такую ловушку, из которой без потерь не смог выбраться.

— Да знаю я все. И то, что это аморально, что подло предавать родную сестру, но пойми, я не могла отказаться от Алексея! — воскликнула Вика.

— Ну что же, поздравляю тебя. Ты своего добилась. Мы с ним расстались, а ты вышла замуж за любимого мужчину, ждешь от него ребенка.

— А толку? — Вика вновь терла щеки. — Он не хочет со мной жить. Леша ежедневно предъявляет претензии, обзывает меня, унижает… Скандалы у нас каждый день, Кира. Это стало невыносимым, но я все равно люблю его и хотела сгладить все углы. Но Лешка собрал вещи и ушел. Сказал, будет помогать ребенку, но со мной не желает иметь каких-либо дел. Поговори с ним, Кира!

— А ты не охамела ли, Вика? — я посмотрела на сестру. — Вспомни, как ты вела себя со мной. Тебя же радовали мои страдания, ты упивалась своей победой и моей болью. Ты это забыла? Я все помню, а ты вон как сменила маску — теперь просишь у меня помощи. Ты все это натворила, а я должна помочь??? — в моей голове не укладывалось это. Сестра совсем потеряла совесть!

— Прости меня, Кира! — схватила меня за руку Вика. — Только от тебя зависит, будет ли существовать наша семья или распадется.

— Как ты заговорила, — усмехнулась я. — Что, стало скучно без моего присутствия в вашей жизни? — я не стала держать в себе эту горечь. — Когда ты за моей спиной трахалась с Алексеем, Кира тебе была не нужна. Проехалась катком по жизни сестры и уехала с победным кличем в новую жизнь. Ты же из кожи вон лезла, чтобы я, наконец, узнала о вас с Алексеем. А теперь, когда у меня своя жизнь, совершенно не зависящая от вас — тебе обязательно нужно вернуться и снова втянуть меня в эту грязь.

— Да нет же! — Вика умоляюще смотрела на меня. — Я была не правда тогда, но разве меня не оправдывает любовь к Леше?

Я взметнула брови вверх, не говоря ни слова.

— Ну, хорошо. — С трудом говорила Вика. — Меня нельзя оправдать. Я была сукой.