Даже если вам немного за тридцать (СИ) - Чеботок Наталья Юрьевна - Страница 65

— Костя, угомонись! — резко сказал Эрик, входя в комнату.

— Ты чего завелся, друг? — удивился Калинин. — Мы же просто разговаривали с Кирой.

— Я слышал. — Эрик даже не улыбнулся. — Идем, Кирюш. — Подал он мне руку.

— Спокойной ночи. — Пожелала Калинину, и мы с Дементьевым ушли.

Эрик погрузился в молчание, был каким-то мрачным. От всего этого и мое настроение испортилось.

— Эрик, что происходит? — мне хотелось знать, с чем я имею дело.

— Кирюш, все в порядке. Не забивай голову. — Отмахнулся от меня Эрик.

— Ну, уж нет! Так дело не пойдет! — решительно села перед Дементьевым. — Мне не нравится то, что произошло внизу.

— Мне тоже это не понравилось. — Эрик посмотрел на меня. — Не думал, что Костя станет открыто клеиться к моей женщине. — Сердито сказал он.

— Да ты что? — изумилась я. — Он ко мне не клеился! Мы же просто говорили, ничего большего.

Эрик хмыкнул.

— Ты такая наивная, Кирка! Даже не замечаешь, что понравилась мужчине.

— Эрик! — одернула я Дементьева. — Прекращай!

— Да я еще в новогоднюю ночь заметил, какие взгляды на тебя бросает Константин. Но почему-то думал, что он не осмелится флиртовать с тобой. Все-таки мы с ним столько лет дружим… — Качал он головой и окончательно расстроился.

Мне казалось, что Эрик излишне драматизирует. Ну что такого произошло? Мы же просто разговаривали! Да и Дементьев не производил впечатления неуверенного в себе мужчины. Ревность и Эрик? Вещи несовместимые! Или я ошибаюсь?

— Эрик, — начала я, — не знаю, что уж ты там увидел… — я тщательно подбирала слова. — Но меня твой друг совсем не интересует. Надеюсь, ты это понимаешь?

Если он сейчас ответит не то, что я хочу услышать… Поколочу его, честное слово!

Эрик ловко схватил меня за руки у садил к себе на колени.

— Конечно, Кирюш. К тебе у меня нет никаких претензий. А вот к Косте… — Напрягся он вновь. — Слишком много накопилось.

Захотелось отвлечь его от всего этого.

— Давай обо всем забудем, а? — провела рукой по его лицу. — Может, нам лучше завтра уехать домой? — предложила я и поняла, что действительно этого хочу.

— Хорошо. — Эрик согласился со мной и поцеловал. Очень нежно.

И вскоре мы уже забыли обо всем, погрузившись в любовь.

На следующий день после обеда, мы собрались и поехали домой. Отношения Эрика и Константина были натянутыми, оба встали в позу и ни один не желал уступать. Гордые самцы, елки-палки! Мне так вообще все это не нравилось. Никогда не мечтала встать между друзьями. Это первое. И не думала, что смогу заинтересовать кого-то еще, кроме Эрика. Это второе. Да и не желала я этого! Это третье.

Я любила Эрика всем сердцем. Он смог покорить меня, помог вновь довериться мужчине, позволил мечтать о большем, наслаждаясь тем счастьем, которое у нас сейчас было. И главное, что я знаю, он не обманет меня и не предаст!

А вся эта ситуация с Калининым заставляла меня нервничать. В груди поселилось какое-то нехорошее предчувствие. Что-то должно случиться! Или я себя накручивала зря? Я не знала, что и думать.

Для Богданы эти праздничные дни стали самыми лучшими. О чем она и сообщила нам с Эриком, когда мы возвращались домой с фото сессии.

— Мне понравилось фотографироваться! — восторженно заявила девочка. — Вот вырасту и стану моделью!

— Не дай Бог! — испуганно ахнул Эрик.

— Солнышко, пока ты вырастешь — желание еще много раз поменяется. — Сказала я Богдане, а заодно и успокоила Дементьева. Что-то он сильно впечатлился.

— Не думаю. — Серьезно ответила Богдана. — Я твердо знаю, что это мое призвание.

Эрик лишь качал головой, но молчал. А на следующий день, когда мы отправились в цирк, согласно странной женской логике — Богдана опровергла свои вчерашние слова.

— Хочу быть акробаткой! — заявила она, когда мы смотрели выступление артистов под куполом цирка в первой части.

Мы с Эриком обменялись понимающими взглядами, а он успокоился, поняв, что волноваться о будущем дочери пока рано.

А во второй части представления, на манеж вывели животных.

— Ой, какие они милые! — хлопала в ладоши восторженная девочка.

А я была в том возрасте, когда цинизм побеждает, чтобы умиляться этому зрелищу. Уверена, чтобы добиться такого послушания от зверей, дрессировщики действовали жестко.

На обратном пути, Богдана переполненная восторгом и радостью, поведала нам:

— Когда вырасту, пойду в цирковое училище. Буду дрессировщицей!

Эрик вслух застонал и закатил глаза, а я подавила нервный смех, уткнувшись в его плечо. Похоже, пока Богдана вырастет и определится с будущей профессией, мы с ее отцом поседеем от волнения.

В этот же вечер к нам в гости пришел мой отец.

— Кирюша, мы с Олей пятнадцатого января расписываемся. — Сказал он.

— Какая неожиданность! — хмыкнула я.

— Мы же давно собирались, но все как-то не могли определиться с датой, — принялся оправдываться отец.

— Стоп! — перебила я его. — Я нисколько не возражаю. Рада за вас, Ольга Максимовна тебе очень подходит, пап. — Приобняла его. — Куда нам надо подойти?

Отец явно обрадовался, улыбка появилась на его лице.

— Поедете с нами в ЗАГС? Мы с Олей хотим, чтобы вы были с нами в этот день.

Разве я могла отказаться?

— Конечно. — Просто ответила я. Отец ушел довольный, а мы с Эриком озадачились: что подарить молодоженам?

Дементьев предложил подарить им деньги, мол, Владимир Андреевич знает, как ими лучше распорядиться. Я же позвонила Ольге Максимовне, чтобы посоветоваться. Будущая жена отца сказала, что раз они скоро переезжают, им понадобится посуда в новой квартире. А так как контейнер с ней потерялся, или застрял где-то в пути, то лучшим подарком будет какой-нибудь сервиз. Ну что же, посуда, так посуда.

Мы с Эриком долго бродили по магазинам, но нашли нужное. Нам упаковали подарок, и мы довольные вернулись домой.

Пятнадцатого января, с самого утра в нашей квартире царило оживление. Я делала несколько дел сразу: красила глаза, заплетала Богдану и искала галстук Дементьева. Ужас! И как они раньше справлялись без меня?

К девяти утра мы наконец-то собрались. Я выбрала серо-жемчужное платье с кружевами, а Богдана захотела примерить темно-сиреневое платье в пол. Эрик был в смокинге, я же не могла пройти мимо него, чтобы не потискать его. Ну, такой он классный!

На такси мы подъехали к ЗАГСу. Еще в машине отец сказал, что на свадьбу придет и Вика.

— Она же моя дочка. — Вновь стал оправдываться отец.

Я была спокойна. Придет Вика и ладно. Мне-то какое дело до этого?!

У ЗАГСа нас ждала чета Дроздовых.

— Вот это сюрприз! — хмыкнул Дементьев. — Они помирились?

— Понятия не имею. — Пожала плечами. Дела сестры меня давно не волновали. Отстали от меня и слава Богу!

После того, как отец с Ольгой Максимовной расписались, мы поехали на экскурсию по городу. Богдана радовалась больше всех и фотографировалась с молодоженами. Эрик безуспешно призывал дочь к порядку, а потом махнул рукой. Устал бороться.

— Это бесполезно. — Тяжело вздохну он. — Боюсь представить, что будет на нашей свадьбе!

Я нервно хихикнула. Судя по всему, Богдана вообще не отойдет от нас ни на шаг. Погладила Эрика по плечу.

— Ладно тебе. Не отнимай у ребенка праздник.

— Да он у нее и так уже длится больше двух недель! — добродушно ворчал Эрик.

— И пусть. — Беспечно отозвалась я, радуясь, что Богдана была счастлива.

Я готова была сделать для этого ребенка что угодно. Да и мой отец принял девочку. Они с Ольгой Максимовной часто проводили время с Богданой.

В ресторан приехали к шести часам. Там отца поджидали старые приятели еще со времени службы в армии и учебы в институте.

Отец сиял от счастья, а мне хоть и было непривычно видеть его таким, было радостно. Теперь-то рядом с ним любящая женщина, способная оценить все хорошие качества отца.

Напротив нас расположились супруги Дроздовы. Вика слегка подурнела, живот выглядел довольно большим. Алексей выглядел серьезным, блеск в глазах потух, но за женой своей он ухаживал. Наконец-то Дроздов одумался! У меня даже ничего не екало в сердце, когда я смотрела на него. Все давно отболело и забыто.