ичпи - Автор неизвестен - Страница 48

Эмили Вандерсол, двадцатидевятилетнюю сестру и единственную живую родственницу мисс Николс, спросили, знает ли она об отношениях Клэр и Энтони. Миссис Вандерсол проинформировала мисс Бэнкс, что она недавно разговаривала с Клэр, и у той всё было хорошо. Во время разговора она ни разу не упоминала Энтони Роулингса. Никаких других комментариев Миссис Вандерсол не дала.

Простите, дамы, но, похоже, мисс Клэр Николс крепко уцепилась за Энтони Роулингса. Что же она расскажет нам об этом скрытном человеке? Мы горим желанием узнать.

Подпись автора: Мередит Бэнкс».

Клэр продолжала держать страницы, хотя уже прочитала статью. Девушка отчаянно пыталась подобрать слова, хоть как-то объясниться. Наконец, она опустила листы на пол, но не подняла глаз. Она знала, что ей нечего сказать. Статья не раскрывала никакой информации, хотя сенсационный заголовок хранил в себе скрытый подтекст, что всё ещё впереди. Тони знал это и, видимо, именно по этой причине прилетел раньше положенного срока. Было очевидно, что он не раз перечитывал эту статью. На фотографии была именно она. И она разговаривала с Мередит. Всё не так, как кажется, но у себя в голове она слышала его, слышала его голос. Сейчас она услыхала, как он встал и направился к ней.

- Правила приличия, Клэр. Сколько раз я тебе это повторял? Правила приличия значат всё. Есть фотография, где ты сидишь с ней, с автором. И неважно, насколько точно то, что она пишет, но ее слова будут считаться правдоподобными, потому что её видят разговаривающей с тобой.

Он не повышал голос, по всей видимости, ему удалось немного справиться с собой, хотя аура ярости осталась. Клэр не хотела смотреть в его чёрные глаза, хотя и чувствовала их преследующий взгляд.

- Встань.

Она знала, что должна повиноваться, но не пошевелилась. Она не могла, все её тело парализовало от страха. У неё нет защиты, она ослушалась его правил. Тембр его голоса стал громче:

- Клэр, встань!

Слёзы текли по лицу.

- Пожалуйста, Тони, мне очень жаль, - всхлипнула она.

Он поднял её за руку. Она чувствовала себя беспомощной. Его голос источал ярость:

- Всю дорогу домой я молился, чтобы все это стало очередным недоразумением. Что ты не могла поступить так со мной после того, как я доверял тебе. Но я понимал, что если это не недоразумение, то должны быть и последствия. Должно быть наказание за вопиющее пренебрежение самым основным принципом моих правил.

Она увидела, как поднялась его рука, и инстинктивно увернулась в сторону, чтобы избежать следующего удара. И то, что он не попал по щеке, привело его в бешенство, контроль растворился, и он снова размахнулся. Его рука схватила её жемчужное ожерелье. Тонкая цепочка не выдержала ярости и силы Тони. Жемчужная подвеска отлетела, когда разорванная цепочка соскользнула с шеи Клэр. От следующего удара она ударилась спиной об пол. На этот раз девушка почувствовала привкус крови. Клэр не знала, текла ли та из носа или губы, она потянулась рукой к лицу, чтобы найти источник. Его голос продолжил звучать:

- И я считаю, что некоторое время вдали от людей, наедине с собой, помогут тебе запомнить, с кем можно говорить, а с кем - нет.

Она пыталась увернуться и сжаться в комочек. Умоляла его остановиться, но он продолжал избивать её. Она сожалела, пыталась кричать, но не могла вырваться. Она пыталась защитить своё лицо и тело. Время остановилось. Клэр спрашивала себя, как долго это продолжалось. Возможно, он бил её несколько секунд, а, может, несколько часов, Клэр не знала. Внезапно ее отбросило назад мощным ударом, и его голос стал уплывать далеко-далеко. Тело кричало в агонии от такого насилия, внезапно вспыхнула сильная боль. Она попыталась подняться, заговорить, но не смогла. А вскоре тишина стала расти, и всё: Тони, комната, слёзы, страх и боль, – исчезло в темноте.

Глава 20

Радуйтесь мелочам - возможно, однажды, оглянувшись назад, вы поймете, что именно они и были самым главным в вашей жизни.

Автор неизвестен

Она не помнила, почему боялась, только то, что ей было безумно страшно и одиноко. Потом со временем темнота и холод, что окутывали её, начали рассеиваться, и она услышала музыку и ощутила тепло. Пока она держала глаза закрытыми, темнота никуда не исчезала, но знакомая музыка становилась все громче и более успокаивающей. Бетт Мидлер пела «Ветер под моими крыльями». Её мама любила эту песню, она всегда включала громче радио и подпевала. Мама часто говорила: «Поёшь не затем, чтобы услышать свой голос, а от счастья, что заставляет тебя петь».

- Ширли, ты не знаешь, где мой бумажник? – крикнул Джордан из коридора.

- Мам, Клэр взяла мое пирожное. - Голос Эмили звучал по-другому, так молодо.

Открыв глаза, Клэр увидела перед собой сцену, как в кино, с собой в одной из главных ролей. Еще она видела своих маму, папу и сестру. Клэр смотрела на себя, но та Клэр была маленькой, может, около пяти или шести лет отроду. Их небольшой домик был полон суеты и любви.

Она видела, как мама сделала Эмили ещё одно пирожное, пожурила Клэр и с любовью поцеловала её в макушку. В кухню вошёл папа в полицейской форме. Она не могла поверить тому, как молодо они выглядели. Девушка чувствовала тепло и любовь, наблюдая за сценой из своего детства. Папа подошёл к маме сзади и нежно обнял её. Она обратила внимание, что Эмили и Клэр играли друг с другом и были слишком заняты своим завтраком. Тогда они не замечали преданность и обожание между родителями, которые сейчас Клэр могла разглядеть невооружённым глазом. Мама захихикала, когда папа чмокнул её в шею, и подала ему бумажник, достав тот из кухонного шкафчика. Он что-то зашептал ей на ушко, и Клэр пришлось напрячь слух, чтобы услышать:

- И что бы я без тебя делал?

- Что ж, тебе не представится шанса это проверить. Я планирую оставаться с тобой вечно.

Пока они смотрели друг на друга, две маленькие девочки стали отвлекать их своим хихиканьем и мелкой потасовкой, и вдруг на стол пролился стакан апельсинового сока. Маленькая Эмили и маленькая Клэр замолчали, ни одна из них не выдаст другую.

Клэр услышала голос своего отца:

- Девочки, видите, что происходит, когда вы хулиганите? - Его голос не был злым. Папа собрал сок бумажным полотенцем, а мама протерла поверхность мокрой тряпкой. - Глупышки, будьте аккуратнее.

Он поцеловал их в лобики и уже было направился к выходу, как остановился, чтобы обнять и маму.

Сцена перед глазами начала расплываться. Клэр не хотелось отпускать то тёплое чувство, что родилось в ней, когда она в последний раз смотрела на смеющихся сестричек, поедавших хлопья. Пролитый сок был забыт. Снова темнота… холод…

- Мисс Клэр, мисс Клэр, вы меня слышите?

Знакомый голос был полон тревоги. Тепло, которое ей подарило воспоминание о детстве, ушло. Она не хотела идти на голос. Она хотела вернуться назад. Клэр хотелось ещё поспать, ощутить ту умиротворённость…

- Быстрее, Клэр, фильм начнётся через полчаса. - Голос бабушки доносился с подножия лестницы.

Интересно, где же она? В доме её бабушки. Она, должно быть, осталась на ночь. Теперь Клэр задалась вопросом, могла быть там и Эмили.

Она увидела себя: уже не ребёнок, но еще неуклюжий подросток. Бабушка снова крикнула:

- Клэр, сестра сказала, что заедет за тобой и подругой, так что поторопись и спускайся.

Восклицание бабушки отражало её беспокойство за поход Клэр в кино. Нынешняя Клэр задумалась, заметила ли Клэр-подросток заботу бабушки. Клэр спустилась вниз по лестнице.

- Отлично, я готова. Я позвонила Эми, но она не может сейчас пойти. А я не хочу смотреть «Жизнь жуков» с Эмили. Там будет Джон. Он подумает, что это глупо.

- Давай позвоним Эмили и скажем, что дедушка, ты и я собираемся в кино.

Наблюдая, Клэр молилась про себя, чтобы её двойник принял предложение бабушки. Ей стало любопытно, сколько же ей лет: четырнадцать или пятнадцать. Потом она вспомнила, что дедушка умер, когда ей было четырнадцать, значит, если он собирался в кино, то ей должно быть тринадцать или четырнадцать. На предложение бабушки подросток-Клэр скорчила гримасу.