Я - гнев - Робертс Джен - Страница 6

— Вроде того.

Дальше по улице стоял бездомный с пустым стаканчиком из-под кофе и просил подаяния. Парень в дорогой кожаной куртке вышиб стаканчик у него из рук, и мелочь посыпалась в водосток. Бродяга встал на колени, чтобы собрать деньги, и тут его кто-то пнул.

— Так или иначе, пора уходить, — сказала Джой. — Мы хотим прорваться назад. У меня в нескольких кварталах от Дэви-стрит припаркована машина. Вас подбросить куда-нибудь?

Ариес посмотрела на Сару. Они приехали сюда на метро. Если возле станции собрались вооруженные полицейские, то, возможно, пробиться туда не выйдет. Может быть, станцию даже временно закрыли. А мысль идти домой пешком Ариес совсем не привлекала.

— Да, мы бы не отказались, — сказала Сара. — Если вы не против.

— Ну само собой, — откликнулась Джой. — Но давайте пойдем, пока тут все окончательно с ума не посходили.

Ариес встала, а Сара полезла под стол за сумкой. Ариес первой заметила кирпич. Она успела схватить Сару и оттащить ее в сторону, прежде чем витрина разбилась вдребезги. На место, где они только что сидели, посыпались осколки стекла и обломки неоновой вывески. Ариес обернулась и увидела двух удаляющихся парней в толстовках.

— Все хорошо? — спросила она у Сары.

Та кивнула. Нижняя губа у нее дрожала.

— Ну что за уроды, а! — возмутилась Джой. — Как будто здесь и без них недостаточно бардака!

Она развернулась и крикнула в толпу:

— А ну-ка, давайте еще раз, трусы!

Сара нервно хихикнула.

Они начали пробираться сквозь толпу по направлению к Дэви-стрит. Продвигались они медленно — народ стоял очень плотно. Ариес заметила, что в некоторых магазинах продавцы заперли двери и повесили на них таблички «Закрыто». Ариес отлично их понимала.

— По крайней мере, мы уходим от копов, — сказала Бека. — Не думаю, что родители будут в восторге, если меня арестуют. Хотя брат бы оценил.

— Откуда все эти люди? — удивилась Сара. Ее чуть не снес мальчишка в солнечных очках и со скейтбордом. — Как будто сейчас Новый год. В жизни не видела такой толпы. А мы же здесь были во время Олимпиады. Помните? Такого столпотворения даже близко не было.

— Видимо, новости быстро разносятся, — предположила Ариес. Она увидела целое семейство, прячущееся на пороге дома; глава семьи пытался уклониться от одного из загадочных прыгунов в масках. — Странно это все. Как будто людям делать больше нечего.

С другого конца улицы донеслись громкие хлопки. Кто-то рядом закричал. Бека тут же зажала уши.

— Похоже на выстрелы, — заметила Джой. — Давайте скорее!

— Где стреляют? — спросила Сара.

— Позади нас, — ответила Ариес и прислушалась. — По крайней мере, мне так показалось.

— Я не горю желанием это выяснять, — бросила Джой, протискиваясь между перепуганной парой в одинаковых ветровках.

Но впереди все тоже было не слава богу. Кто-то из противников абортов сцепился с девушкой — кажется, активисткой «Гринписа», трудно было разобрать. Он размахнулся и ударил кричащую девушку табличкой прямо по голове. Выступила кровь; другой протестующий, возможно защитник животных, схватил другую табличку, и завязалась ожесточенная потасовка.

В нескольких метрах от Ариес и компании стоял мужчина в грязных спортивных штанах, без рубашки, зато в колпаке Санта-Клауса. Он размахивал над головой плакатом, где кривыми буквами было написано:

ЭТО КОНЕЦ СВЕТА

Мужчина что-то напевал себе под нос — снова и снова. Ариес прислушалась и разобрала слова:

«Господи, да будет так. Господи, да будет так».

Все это было настолько комично, что Ариес не выдержала и рассмеялась. Сара посмотрела на нее как на сумасшедшую.

Но она подавила смешок не из-за Сары — из-за плаката. Он возвышался над бесконечным людским морем — и при взгляде на него Ариес вдруг почувствовала, как к горлу подступает комок, а по спине бегут мурашки.

Плакат говорил правду.

Ну нет, что за чушь! Люди постоянно предрекают конец света. Не может же какой-то придурок в шапке Санта-Клауса знать то, что другим не известно? Миру еще не скоро придет конец.

Так ведь?

Он прав.

Ариес не сразу поняла, что этот тихий голос доносится изнутри ее головы. Она чуть было не обернулась, чтобы посмотреть, кто это сказал.

«Отлично, теперь и ты съехала с катушек. Интересно, у него найдется для тебя шапка?»

Мужчина заметил, что Ариес смотрит на него в упор, и начал пробираться к ней сквозь толпу. Она застыла на месте. Люди врезались в нее, толкали ее, пихали — но она не могла пошевелиться.

Тогда Сара схватила ее за руку и потянула за собой. Между Ариес и человеком в шапке прокатилась очередная волна людей — и плакат исчез из виду.

— Пошли, — сказала Сара. — А не то потеряем Джой. Я не хочу тут застрять.

— Я тоже, — согласилась Ариес.

Прошло несколько минут, прежде чем они наконец добрались до конца квартала. Джой и Бека ждали их на углу.

— Пойдемте на Хоув-стрит, — сказала Джой. — Думаю, там полегче.

Ариес кивнула.

Внезапно раздались громкие хлопки. Кто-то посреди перекрестка запустил в воздух фейерверки. Ариес толкнули сзади; она обернулась и сразу узнала зеленоволосую девушку, которая вручила ей листовку о защите прав животных. Девушка взвизгнула, упала на колени и зажала уши. Фотографии замученных обезьянок и брошюры с призывами отказаться от меха разлетелись по асфальту.

Ариес подняла голову. Там, вверху, взрывались фейерверки, но их почти не было видно. Жаль, что сейчас так светло, подумала Ариес, было бы красиво. Люди, напуганные взрывами, с криками рванулись прочь, толкаясь и распихивая друг друга. Кажется, никто, кроме Ариес, не осознал, что это всего лишь фейерверки. Сара схватила ее за руку и потянула к себе — подальше от толпы.

— Все в порядке, не бойтесь! — закричала Ариес. Но ее никто не услышал.

Из толпы раздался вопль:

— Копы!

В том конце улицы показались полицейские в бронежилетах. Они шли сквозь толпу, подняв дубинки; кто-то даже ими размахивал. Полицейские двигались единым строем, оттесняя толпу назад, на Гранвиль-стрит. Люди метались во все стороны, пытаясь вырваться.

Все это не слишком-то было похоже на подавление массовых беспорядков.

Ариес осознала, что Сара все еще тянет ее за руку, грозя вырвать плечо из сустава. Ариес повернулась и позволила подруге утащить себя прочь. Они и еще несколько десятков человек устремились назад, на Хельмкен-стрит. Джой и Бека опережали их метра на три; Джой показывала куда-то направо.

На Хоув-стрит действительно было полегче. Люди по-прежнему суетились и метались во все стороны, но толпа здесь была реже, и можно было прибавить шагу. Несколько машин выезжали со стоянки и медленно двигались вдоль улицы. Кажется, все вдруг решили, что им не хочется здесь задерживаться.

Они прошли два квартала и добрались до автомобиля Джой.

Все окна были разбиты. Землю вокруг машины и кожаные сиденья усыпало стекло.

— Вот блин, — вздохнула Джой. — Папа меня убьет.

Могло быть и хуже, подумала Ариес, сметая с пассажирского сиденья осколки. Например, могли бы порезать шины. Но она не стала произносить это вслух. Джой бы это не успокоило.

Наконец машина завелась, и они поехали прочь — так быстро, как только могли.

— Ну что, было весело, — заметила Сара, когда они выезжали на мост. — Чем займемся завтра? Ограбим банк? Прыгнем с парашютом?

— У меня контрольная по химии, — сказала Ариес. — Тот еще экстрим.

На мосту почти никого не было. Ариес смотрела в окно, на бухту, где вдоль океана растянулся Стэнли-парк. По воде скользили яхты, люди гуляли по берегу, радуясь хорошей погоде. Над Английской бухтой горделиво парили чайки, не обращая внимания на людей внизу. Все дышало спокойствием. Невероятный контраст с тем местом, откуда они только что выбрались.

Удивительно, как быстро все меняется.

Ничто

Люди срывались с цепи. По всему миру. Все эти события были связаны. Но большинство из них прошли незамеченными, и никто ни о чем не догадался.