Дао Кенгуру - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 43

Это очень странно. Вот, если бы 16 каких-нибудь macho из «третьего мира» приехали в Меганезию и начали вести себя, как короли Галактики и хозяева всех привлекательных девушек на пляже, то их бы мигом пристрелили. Понятно. Но студенты-миссионеры??? Задумавшись над этой загадкой, спецагент Смит поискала в сети info о миссии WIU, и туман начал рассеиваться. WIU (Win In Unity) оказалась межрелигиозной молодежной организацией, созданной при Комитете Уоррена – Гамида по христианско-исламскому диалогу (иногда пресса называла это «Комитетом по хрисламу»). Комитет существовал примерно с 2010 года в США, и учредил уже дюжину организаций с названиями вроде «Общая Вера», а недавно получил представительство в Комиссии ООН по религиям.

В «конторе» (CIA) ходили упорные слухи, что кое-кто в Нью-Йорке, в Вашингтоне и в Женеве делает на этом серьезные деньги. В смысле – деньги такого масштаба, что это выходит за рамки обычного разворовывания госбюджетов в зону Большой Политики. Спецагент Смит никогда не работала сама по теме «хрислам», однако знала некоторых офицеров, которые были как-то связаны с этой темой. Как заведено в «конторе», они не откровенничали о своей работе, но (случайно или намеренно) кое-что разбалтывали.

Проект «хрислам» стартовал в 1914 году в Британии с подачи полковника Лоуренса, а термин придумал писатель Честертон. Проект Лоуренса сработал: в Аравии в 1916 году удалось открыть второй (саудовский) фронт против Турции, но после завершения войны хрислам был признан чрезмерной экзотикой и отброшен. О нем вспомнили в конце XX века в США, когда президентский клан Буш так слился в своих нефтяных интересах с королевской семьей Сауда, что это отразилось на идеологии и на религии. По слухам, кенийский мусульманин в 2010-е годы получил пост президента США именно в развитие проекта «Хрислам», но финансовая олигархия не получила ожидаемого результата. Проект заморозили, но сейчас снова запустили, как средство «подъема моральной дисциплины в условиях затянувшегося суперкризиса». Хрисламские молодые активисты «борющиеся против порнографии и наркотиков, за здоровую религиозную семью и целеустремленное поколение» оказались (по мнению журналистов) похожи то ли на гитлерюгенд, то ли на хунвейбинов. Это многих настораживало…

Освежив в памяти знания о хрисламе, спецагент Смит попробовала найти в блогах что-нибудь о сегодняшнем инциденте с молодыми миссионерами WIU на Табувэране. Это оказалось несложно: на блоге сетевой группы «Lagoon-rave», объединявшей любителей бесшабашных частных вечеринок на теплом море висела горячая тема:

«WIU was over-fuck themselves» (что можно интерпретировать, как «WIU доигрались»).

Связная хроника событий отсутствовала, зато эмоций хватало с избытком.

Про ситуацию в общих чертах говорилось:

* Что «WIU уже достали всех на Гавайях, хули наши копы ни хрена не делали?».

* Что «Ньювелам и Доббинам подпортили пати, зато теперь будет что вспомнить».

* Что «Тот меганезийский коп стрелял с двух рук круче, чем Клинт Иствуд в кино».

Дальше Джоан Смит не читала, чтобы не формировать предвзятое мнение, а предпочла поболтать с лейтенантом Фидо Барбусом. Тот рассказал ей десяток мифов о боге Лово (создателе атоллов Микронезии), и в частности, миф, что лагуна Табуаэран – это след правой ступни упомянутого бога, а «холодная искра», на дне лагуны, это сильнейший магический предмет, только неизвестно, как им пользоваться. А в физическом смысле «холодная искра» – это блок чуть золотистого вулканического стекла. Как он оказался замурован в коралловом известняке – загадка. «Ты – археолог, тебе и карты в руки».

Но увы, по прибытии на Табуаэран спецагенту Смит предстояло, прежде всего, другое исследование – в компании детектива Харлоу Раннера из полиции штата Гавайи.

Атолл Табуаэран (или Фаннинг, как называют его американцы), расположен в полутора тысячах км южнее Гавайев, и действительно напоминает отпечаток 10-мильной правой ступни. Коралловый вал вокруг отпечатка имеет ширину до полкилометра, и на нем есть несколько поселков, в сумме – 25 сотен жителей. В поселке Тереитаки, на «пятке» есть аэродром и отель в авиагородке, а на полпути к «носку», западный барьер прорезан естественным судоходным каналом, ведущим в лагуну. Тут в колониальные времена построен порт Инглиш-Харбор. Несколько океанских лайнеров, из Гонолулу встают на парковку в Инглиш-Харборе, причем каждый привозит столько же туристов, сколько жителей на атолле. Другие туристы прибывают на менее крупных морских судах, или авиа-транспортом. Сеть отелей на атолле исторически не сложилась, поэтому туристы обитали или на борту лайнеров, или в бунгало, арендованных у туземцев, или (в случае серферов) в шумных стойбищах, или (в случае любителей менее массового отдыха) на приобретенных прямо тут баркасах, переделанных в плавучие коттеджи – «houseboat».

Всю эту информацию детектив Раннер выдал за те несколько минут, пока они ехали в открытом лэндровере из авиагородка в Инглиш-Харбор. На вид детектив был обычный американский гаваец смешанной расы, внушительный дядька лет 40 с минусом. Он не скрывал своего мнения о бессмысленности приглашения «эксперта по культуре», но в принципе не возражал против такой компании.

– В общем, – сказала он в финале «краткой лекции об атолле», – нечего тут устраивать исследования, док Смит. Вы, конечно, человек, ученый, но тут без всякой науки ясно: приперлись гопники, докопались до туристов, а тут полиция нези. Знаете, что это?

– Я знаю, офицер Раннер, поскольку работаю на постоянной экспедиционной станции в Южной Полинезии с марта этого года.

– Ух, как! Вот это да! – удивился детектив, – Ну, тогда я вам проще объясню. Сейчас вот припаркую тачку… Черт! Как приходит «Pride of Midway», так в порту места нет. Этот лайнер какого-то нового поколения, возит туристов вместе с автомобилями. Раз – и здесь пятьсот авто. А площадка, черт, маленькая. Уф! Вписались. Идем, на ходу поговорим.

– А куда идем? – спросила она, вылезая из джипа.

– На судно океанологов. Там морозильная камера. Вы, кстати, мертвецов не боитесь?

– Нет, офицер, если только это не вампиры.

– А вы верите в вампиров, док Смит?

– Не верю, но этика требует признать: если бы они существовали, то я бы их боялась.

Детектив Харлоу Раннер улыбнулся и удивленно покачал головой.

– А вы такая, с юмором, хотя и ученый. В общем, я объясняю. Эти гопники…

– Какие гопники, офицер?

– Простите, док, я имел в виду: молодые миссионеры WIU. Какой-то мудак скрестил куклуксклановцев с шахидами, и получилось это дерьмо. Извините, док, что я слегка некультурно выражаюсь, но они уже на Гавайях всех достали. Они ведь как делают? Выслеживают, у кого частная вечеринка. Ну, девочки, колеса-экстази, травка, танцы голышом. Ничего такого. Нормальные люди ведь за этим и едут на курорт. Если мы начнем за это штрафовать, то Гавайи обанкротятся. Поэтому, всегда было: если ты не хулиганишь, то кури травку, какую хочешь, танцуй, в чем хочешь, кому какое дело?

– Действительно, – согласилась Джоан Смит, – ведь частная вечеринка, как я понимаю, считается по закону не публичным, а приватным делом, как домашний праздник.

– Вот-вот, – сказал детектив, – конечно, травка даже дома запрещена. Ну, и те девочки, которым, например, 17, а не 18 лет. Но вы поймите: на вид не скажешь 18 ей или…

– Понимаю, – «археолог» кивнула.

– …А эти гопники, – продолжил он, – лезут ко всем на предмет: что вы курите, и какой возраст вашей подружки, которая пьет пиво? Пусть она покажет документ, где указан возраст. И почему вы тут голые? Тут не нудистский пляж. Моралисты долбанные…

На этом моменте беседы, они подошли к сходням корабля, выглядевшего крошкой по сравнению с 260-метровой махиной 6-палубного лайнера «Pride of Midway». На борту корабля, по белому фону было каллиграфически изображено ярко-салатное название: «Nami-ryu», а чуть ниже надпись: «Science-ship of Free Academy of Zanzibar». Кажется ничего особенного, но спецагент Смит знала, что «Свободная Академия Занзибара» не имеет никакого отношения к Занзибару. Это оффшорный фонд на Сейшелах, который принадлежит смешанной японско-китайской мафии, базирующейся на Гавайях…