Источник вечной жизни - Градова Ирина - Страница 19

– Нет, она не моя девушка, – подтвердил между тем Кай. – Ей же лет двадцать от силы! Так, познакомились...

Он опустил глаза и отпил из своего бокала. Лиля заметила, что стенки его запотели, хотя в коньяке не было льда – она слышала, что в отличие от виски лед в этот напиток добавлять нельзя, а то пропадет аромат. Она тоже отхлебнула из своего бокала и на мгновение задохнулась: ей почудилось, что она глотнула раскаленной нефти. Возможно, такое сравнение не совсем правомочно, так как Лиля никогда не пробовала на вкус ни нефти, ни даже бензина, однако именно это сравнение пришло ей на ум, пока девушка пыталась сморгнуть внезапно выступившие слезы. К счастью, Кай на Лилю не смотрел. Зачем он вообще пригласил ее? По всему видно, что не из романтических соображений – какое счастье, что у нее не было возможности приодеться, а то она смотрелась бы жалко в душном темном баре, сияющая, как начищенный гривенник! Между прочим, предыдущее платье, то самое, что сейчас проходило процедуру реанимации в театре, также не произвело на Кая ни малейшего впечатления. Так что, скорее всего, у Лили нет абсолютно никаких шансов. С этой мыслью она зажмурилась и одним большим глотком влила в себя остатки коньяка. На этот раз все оказалось не так уж и плохо, и она сделала знак бармену повторить.

– Может, не надо? – с опаской произнес Кай, изучая раскрасневшееся белокожее лицо девушки с россыпью веснушек на аккуратном носике.

– Почему же? – удивленно спросила она. – Я только-только распробовала!

Бармен услужливо подкатился к столику и поставил на него бокал.

– Я... Знаешь, я хотел с тобой поговорить... Это касается следователя. Ты ему что-то рассказала?

– Я? Да он меня ни о чем и не спрашивал, мы же все вместе были у Никодима Ивановича, помнишь?

– Значит, отдельно он с тобой не встречался?

– Да зачем ему? – недоумевала Лиля. – У тебя неприятности?

– Пока нет, но могут появиться.

– Я могу помочь?

Кай взглянул на нее, потом снова отвел глаза.

– Мы ведь с тобой вместе отвозили Раису, да?

– Конечно.

– И ты... В общем, ты могла бы подтвердить, что я был с тобой?

– Без вопросов, ведь так оно и есть!

– Да, но... Видишь ли, я боюсь, что этот майор все равно может ко мне прицепиться, потому что... Ну, мы ведь не всю ночь провели вместе, понимаешь? Я вернулся домой и больше не выходил, а Павла убили позже...

– Ты просишь, чтобы я сказала следователю, что мы... провели вместе всю ночь?

– Необязательно говорить ничего такого – просто выпивали, болтали... Чем там еще могут заниматься два взрослых человека, если они не спят вместе?

– С трудом представляю, – пробормотала Лиля.

С одной стороны, ей стало немного обидно из-за того, что Кай пригласил ее вместе посидеть вовсе не потому, что она ему нравится, и даже не потому, что хотел загладить неловкую ситуацию, в которой Лиля из-за него оказалась. С другой – его просьба об одолжении могла сделать их немного ближе. Возможно... Нет, это, конечно, чистой воды домыслы и пустые мечты, но вдруг благодарность Кая впоследствии перерастет в нечто большее? Лиля не хотела врать самой себе: она втрескалась в Кана Кая Хо по самые уши и теперь совершенно растерялась. Самое смешное, что хирург отнюдь не относился к тому типу представителей противоположного пола, которых Лиля видела рядом с собой. В своих снах девушка грезила о высоком (что есть, то есть), темноволосом (тоже в точку) мужчине европейской внешности (вот тут осечка, но, как говорится, любовь зла!) – ком-то вроде моделей с рекламных щитов «Мальборо», с трехдневной щетиной на впалых щеках и меланхоличным взглядом, устремленным вдаль. И надо же так вляпаться! Правда, на краткий миг, когда она стояла на лестничной площадке в компании Кая, Лиле показалось, что между ними проскочила искра: он таким заинтересованным взглядом буравил ее тело, к которому прилип белый медицинский халат... Она ни за что не стала бы навязываться мужчине, но случай предоставлялся сам собой, и Кай считал бы себя обязанным...

– Извини, – сказал Кай, неправильно истолковав ее внезапную задумчивость. – Зря я этот разговор завел...

– Нет-нет, тебе не за что извиняться, я просто... Надо же договориться об «алиби», да? В смысле, если вдруг следователь вызовет, мы должны говорить одно и то же?

– Так ты согласна, что ли?

– Разумеется. Я верю, что ты не имеешь отношения к смерти Павла, в противном случае ни за что не согласилась бы! Это ведь правда, да?

– Конечно, я его не убивал! Ну да, мы не ладили, но ничего такого, из-за чего можно убить, между нами не происходило! А полиция...

– Я понимаю, – участливо закивала Лиля. – Если уж они кого берут в оборот, то ни за что не отпустят!

– Вот и я о том же, – мрачно сказал Кай. – А мне сейчас хватает проблем с комиссией...

Он не успел договорить, так как затрезвонил его сотовый.

– Слушаю! – рявкнул Кай в трубку. Он явно был не в настроении вести светские беседы, однако на том конце линии, похоже, и в самом деле случилось что-то серьезное, так как раздраженное выражение на лице мужчины постепенно сменилось тревогой.

– Вы уверены? – спросил он, нахмурившись. – Может, она куда-то пошла – в магазин, к примеру?

Короткое молчание, в течение которого Кай выслушивал ответ. Лиля не разбирала слов, но стрекотание голоса в трубка звучало эмоционально. Ей вдруг стало жарко, словно прямо в лицо пахнуло горячей волной. Девушка почувствовала, что ее щеки, обычно и так румяные, прямо-таки пылают, а по спине течет предательская струйка пота. Взглянув на свой бокал, она увидела, что жидкости осталось совсем немного, – сама того не замечая, Лиля выхлебала вторую порцию коньяка, и теперь алкоголь ударил ей в голову. Она не перестала здраво мыслить (по крайней мере, надеялась, что это так), но в мозгу стоял легкий туман, а предметы стали расплывчатыми, будто окутанными дымкой. Может, зря она не вняла предупреждению Кана Кая Хо в отношении добавки?

Тем временем он дал отбой и сказал, резко поднимаясь:

– Мне нужно бежать!

– Ч-что-то с-случилось? – спросила Лиля, не понимая, почему слова даются с таким трудом.

– Пациентка, – бросил он, не вдаваясь в подробности. – До дома сама доберешься?

Лиля кивнула головой, но Кай замер в нерешительности, разглядывая ее пылающее лицо.

– Нет, не доберешься, – констатировал он кисло. – Ладно, тогда давай в машину. Сначала заедем по делу, а потом я заброшу тебя, лады?

Лиля не ощущала себя пьяной, но дорога до выхода заняла у нее, кажется, целую вечность. Она старалась двигаться аккуратно, не задевая столиков и стульев, и у нее это вроде бы даже получилось, но насмешливо-понимающие взгляды посетителей, количество которых заметно увеличилось с момента их с Каем прихода сюда, давали понять, что впечатление это обманчивое.

В машине Лиля расслабилась, откинувшись на спинку удобного сиденья. Хотя само авто она комфортабельным бы не назвала – слишком низкая посадка, как у всех машин гоночного типа, создавала впечатление, что твой зад елозит по асфальту, словно между ним и дорогой нет никакой преграды! Черт, и как же ее так угораздило? Сама-то осуждала Раису за то, что та не умеет пить, и вот, гляди ж ты, наклюкалась – что бы сказала бабушка?

Украдкой Лиля взглянула в зеркальце и поймала отражение лица Кана Кая Хо – сосредоточенно-угрюмое. Интересно, что произошло? Или это такой интересный способ прервать затянувшееся «свидание» сразу после того, как он заручился ее поддержкой в отношении алиби?

– Сиди в машине! – приказал Кай, резко затормозив у высотного дома, одиноко торчащего среди прочих, словно поставленная «на попа» кубинская сигара. – Я могу задержаться, потому что моей пациентке, возможно, потребуется «скорая».

– Я с тобой!

Лиля и сама не ожидала, что ее голос прозвучит требовательно.

– Я ведь все же... тоже врач, как-никак, – добавила она в свое оправдание, пытаясь смягчить неприятное впечатление от неожиданной навязчивости, которое, должно быть, создалось у ее спутника.