Полумесяц разящий - Касслер Клайв - Страница 74

Ему сразу вспомнился теракт 1995 года в Оклахоме, когда подорвали федеральный центр Марра при помощи такой же взрывчатки.

— Как долго ты пробыл в контейнере? — спросил моряка Ласло.

Грин посмотрел на часы.

— Чуть больше восьми часов.

— Значит, у них фора в сотню морских миль, — мгновенно подсчитав в уме, сказал Питт.

Протянув руки, Ласло схватил Грина за воротник и рывком поставил на ноги.

— Пойдешь с нами. Быстрее.

В паре миль от берега капитан «Текумы» обрадовался, увидев перед собой «Бэтменов» меньше, чем через час после отбытия, но радость быстро прошла, когда Ласло и Питт сообщили ему об исчезновении «Даяна». Тут же проглядели записи радарных съемок «Текумы», послали запрос на автоответчик системы опознавания «Даяна», но ни то ни другое не позволило им определить местонахождение танкера. Тогда трое мужчин уселись вокруг карты восточного Средиземноморья.

— Я оповещу командование ВМС, — сказал капитан. — Им остались считаные часы до Хайфы или Тель-Авива.

— Думаю, предположение неверное, — сказал Питт. — Если они действуют так же, как и раньше, то они взорвут судно у мусульманского города, чтобы в этом обвинили Израиль.

— Если они хотят атаковать густонаселенный город, ближайший — Афины, — заметил Ласло.

— Нет, Стамбул поближе, — возразил Питт, глянув на карту. — И населен преимущественно мусульманами.

— Не станут же они подрывать своих сограждан, — насмешливо сказал капитан.

— Пока что Челик не был замечен в нехватке жестокости, — снова возразил Питт. — Он уже подрывал мечети у себя на родине, в Египте и в Иерусалиме, так что можно не сомневаться, что он способен сгубить тысячи своих сограждан.

— А настолько опасен танкер? — спросил капитан.

— В 1917 году французское грузовое судно, перевозившее боеприпасы, загорелось и взорвалось в бухте Галифакса. При взрыве погибло около двух тысяч человек местного населения. А на «Даяне» может оказаться раз в десять больше взрывчатки, чем на том судне. Если танкер идет к Стамбулу, он окажется в центре города с населением свыше двенадцати миллионов человек.

Питт показал на судоходные пути в окрестностях Стамбула.

— При скорости в двенадцать узлов им до города осталось часа два-три.

— Слишком далеко, чтобы догнать, — ответил капитан. — Не говоря уже о том, что нам не стоит входить в Дарданеллы в любом случае. К сожалению, лучшее, что мы можем сделать, — это предупредить греческие и турецкие власти и поскорее убраться из их территориальных вод. А тем временем пусть спутники-разведчики точно установят, куда идет танкер.

— А как же экипаж? — спросил Ласло.

— Лейтенант, боюсь, это все, что мы можем.

— Три часа, — тихо пробормотал Питт, глядя на карту. — Капитан, если мы хотим иметь хоть какой-то шанс их нагнать, мне нужно немедленно вернуться на мое судно.

— Нагнать? — переспросил Ласло. — Как? Что-то я там у вас вертолета не видел.

— Не на вертолете, но на такой штуке, которая летает почти что пулей, — со всей серьезностью ответил Питт.

61

«Пуля» неслась по воде, как взлетающий гидросамолет. Питт бросил взгляд на Джордино, крепко держа ручку управления. За спиной завывали дизели с турбонаддувом, работающие на полную.

— Насчет максимальной скорости ты ошибался, — сказал он, едва не крича, чтобы его было слышно.

Джордино наклонился к экрану навигационного компьютера. Маленькие цифры в углу свидетельствовали, что они идут со скоростью сорок три узла.

— Лучше пообещать поменьше, а получить, как всегда, побольше, — едва улыбнувшись, ответил он.

Позади них, на пассажирском месте, сидел лейтенант Ласло, но настроение его было отнюдь не таким радужным. Мускулистый спецназовец чувствовал себя, как в миксере. «Пуля» скакала с волны на волну, наклоняясь из стороны в сторону. Ласло тщетно пытался удержаться в кресле, пока наконец не нашел ремни безопасности и не пристегнулся потуже. Теперь оставалось лишь преодолеть приступ тошноты.

«Текума» вернула Питта на «Эгейан Эксплорер», когда там как раз была смена вахт. «Пулю» уже заправили под завязку и приготовили к спуску на воду. Разбудив Джордино, он поспешно влез в аппарат. Когда до Ласло дошло, что есть реальный шанс догнать танкер, он настоял на том, чтобы его взяли с собой.

Вскоре они с ревом моторов неслись сквозь забитые судами Дарданеллы, посреди ночи, уворачиваясь от встречных кораблей по дороге к Стамбулу. От Питта потребовалось все его умение и сосредоточенность, чтобы «Пуля» не перевернулась, проходя на такой скорости между танкерами и торговыми судами, идущими в противоположных направлениях. Этому поспособствовал комплект ксеноновых фар, установленных на ней, а Джордино смотрел по сторонам и на радар, чтобы они не врезались в более мелкие суда и плавучий мусор.

Питт, конечно, предпочел бы пройти по этой древнейшей морской дороге как-нибудь по-другому. При его любви к истории, он сразу же вспомнил, как здесь пересекали пролив, тогда именовавшийся Геллеспонтом, армии Ксеркса и Александра Македонского. Неподалеку от Чанаккале, на юго-западном берегу Турции, были найдены остатки Трои, знаменитого города, воспетого Гомером. На противоположном берегу, севернее, высаживались союзники в Первую мировую перед Галлиполийским сражением. Но сейчас эти берега и холмы сливались в глазах Питта в мешанину. Его взгляд метался от экрана навигационного компьютера к лобовому стеклу и обратно.

Вскоре узкий Дарданелльский пролив закончился и началось Мраморное море. Питт слегка расслабился. Здесь было больше места для маневра и пока что не было сильного волнения. Пройдя северную оконечность острова Мармара, он услышал в наушниках спокойный голос Руди Гунна.

— «Эгейан Эксплорер» — «Пуле», прием, — сказал Гунн.

— «Пуля» на связи. Что у тебя, Руди? — ответил Питт.

— Предварительное подтверждение. Хирам нашел последний спутниковый снимок пролива. Нужное тебе судно входило в Дарданеллы.

— Когда?

— Двадцать три ноль-ноль по местному, — ответил Гунн.

— По-моему, тебе надо отзвониться Сандекеру.

— Уже. Он сказал, что кое-кого тут разбудит.

— Хорошо бы. Времени осталось немного. Спасибо, Руди.

— Будь поосторожнее и оставайся на плаву. «Эксплорер», конец связи.

— Остается лишь надеяться, что у Челика нет своих людей в турецком флоте и береговой охране, — пробормотал Джордино.

Питт тоже задумался, сколь далеко могут простираться связи Челика в турецких коридорах власти. Но тут уж ничего не поделаешь. Снова глянув на экран, он увидел, что они идут со скоростью в сорок семь узлов. Топлива стало меньше, и «Пуля» набрала ход, став полегче.

— Мы сможем их догнать? — спросил Ласло.

Питт посмотрел на часы. Четыре часа утра. Прикинув в уме максимальную скорость обоих судов, он понял, что оба судна достигнут Стамбула примерно через час.

— Да, — ответил он.

Но он понимал, что времени у них будет мало, совсем в обрез.

62

На этот раз провала, как в Иерусалиме, не будет, сказала сама себе Мария. При свете палубных фонарей танкера она тщательно вставила десятки детонаторов в брикеты октогена. Потом присоединила их к электронным таймерам, по одному на каждый детонатор. Взглянув на часы, встала и посмотрела на носовую часть судна. На горизонте виднелась россыпь огней, мерцающих на берегу. До Стамбула оставалось меньше десяти миль. Встав на колени, она выставила на таймерах задержку в два часа и включила их.

Поставив детонаторы в контейнеры с октогеном, она спустилась в бак, размещенный по левому борту. Внутри плотно стояли ящики с АСДТ. Лавируя между ними, она пробралась в середину. Здесь, в деревянных ящиках, лежало больше тонны октогена. Мария поставила один из брикетов с детонатором посередине, а остальные заткнула между ящиками с АСДТ. Перебравшись в правый бак, она сделала то же самое и там, постаравшись получше замаскировать детонаторы.