Полумесяц разящий - Касслер Клайв - Страница 87

Саммер припарковала машину на небольшой стоянке у подножия горы. Пройдя через пустующие входные ворота, они подошли к длинной деревянной лестнице, ведущей наверх. У ее начала сидел нищий в лохмотьях и широкополой шляпе, уронив голову на грудь; видимо, он задремал на жаре. Брат с сестрой прошли мимо него и начали взбираться по лестнице к монастырю, откуда открывался отличный вид на всю юго-восточную часть острова. Пройдя через двор, они подошли к строго глядевшему на них монаху, в одеянии из грубой шерстяной ткани.

— Добро пожаловать в Ставровуни, — сдержанно сказал он и посмотрел на Саммер. — Возможно, вы не знаете, но мы придерживаемся Афонского православного устава, так что женщинам не разрешается входить в монастырь.

— Насколько мне известно, вас самих здесь не было бы, если бы не женщина, — резко ответила Саммер. — Вам знакомо имя Елена Августа?

— Ничего не могу поделать.

Закатив глаза, Саммер поглядела на монаха, потом на Дирка.

— Видимо, мне придется стоять здесь и любоваться фресками, — сказала она, махнув рукой в сторону богато украшенных стен. — Приятной экскурсии.

Дирк наклонился к сестре.

— Если не вернусь через час, значит, я согласился принять монашество, — прошептал он ей на ухо.

Оставив Саммер в полнейшем смятении, он пошел следом за монахом в открытую деревянную дверь.

— Что вы можете рассказать мне о роли Елены в основании монастыря и его истории? — спросил Дирк.

— В древности на вершине горы находился языческий греческий храм. Он уже давно пустовал и нуждался в ремонте, когда Святая Елена появилась на Кипре после своего паломничества в Иерусалим. Говорят, что появление святой ознаменовалось окончанием тридцатилетней засухи, поразившей остров. Будучи на Кипре, она имела видение, в котором ей было сказано, что следует построить церковь во имя Креста. Ставровуни, если вы не знаете, переводится с греческого как «Гора Креста». Именно здесь она возвела церковь, оставив здесь крест, на котором был распят раскаявшийся разбойник, а также частицу Истинного Креста Господня.

Монах отвел Дирка в небольшую церковь, провел мимо огромного деревянного иконостаса и к алтарю. На алтаре стоял большой деревянный крест, обрамленный серебром. В него был вделан небольшой кусочек дерева в золоте.

— За столетия церковь не раз претерпевала разрушения и вандализм, сначала от Мамелюков, потом от Османской империи, — объяснил монах. — Боюсь, немного здесь осталось от Елены, кроме этой частицы Истинного Креста, — добавил он, показывая на кусочек в золотом обрамлении.

— Вам ничего не известно о других реликвиях, связанных с Христом, которые могли бы остаться на Кипре от Елены? — спросил Дирк.

Монах потер подбородок.

— Нет, я ни о каких не знаю, но спросите брата Андроса. Он у нас тут за историка. Пойдемте в его кабинет, может, он на месте.

Монах повел Дирка налево по коридору, мимо скромных гостевых комнат. В конце коридора были двери в пару кабинетов. Дирк увидел худощавого мужчину, который здоровался с монахом, а затем пошел в их сторону.

— Ридли Баннистер? — удивленно сказал Дирк, узнав его.

— Да, а что? — ответил Баннистер, с подозрением поглядев на него.

— Меня зовут Дирк Питт, я недавно читал вашу книгу о раскопках в Святой Земле. Узнал вас по этой запыленной куртке. Должен сказать, с удовольствием читал о ваших открытиях.

— Ну, спасибо, — ответил Баннистер, протягивая руку Питту. Затем нерешительно посмотрел на него. — Вы сказали, ваша фамилия Питт? У вас, случайно, нет родственницы по имени Саммер?

— Да, это моя родная сестра. Она ждет снаружи на самом деле. А вы с ней знакомы?

— По-моему, мы с ней встречались на археологической конференции некоторое время назад, — выпалил Баннистер. — А что привело вас в Ставровуни? — спросил он, резко меняя тему разговора.

— Саммер недавно нашла свидетельства того, что Святая Елена, возможно, привезла из Иерусалима не только Истинный Крест и что эти реликвии могли быть утеряны где-то здесь, на Кипре. Мы надеемся найти какие-нибудь сведения о римской галере, которая шла в Константинополь по ее личному поручению.

В полумраке коридора не было видно, как Баннистер побледнел.

— Впечатляет, — сказал он. — А у вас нет предположений, где бы они могли находиться?

— Мы начали поиски с обнаружения уже известного затонувшего корабля, рядом с местечком Писсури. Но, сами понимаете, спустя почти два тысячелетия трудно найти какие-нибудь свидетельства.

— В самом деле. Но, боюсь, что мне надо идти, дела не ждут. Рад был познакомиться, мистер Питт. Удачи вам в ваших поисках.

— Благодарю. Поприветствуйте Саммер, когда выйдете.

— Обязательно.

Естественно, это отнюдь не входило в планы Баннистера. Быстро пройдя по коридору, он вышел в церковь и нашел небольшую боковую дверь. Выйдя наружу, осторожно обошел здание и увидел Саммер, разглядывающую фрески на стенах. Дождавшись, пока она повернется спиной, он быстро достиг выхода и вышел на лестницу, не попавшись ей на глаза.

Сбегая по лестнице, он едва не споткнулся о сидящего внизу нищего и бегом бросился к машине. Сев за руль и быстро спустившись по извилистой дороге, он выехал на шоссе и свернул на обочину, ожидая, пока проедут Дирк и Саммер.

Спустя считаные секунды после того, как он покинул стоянку, завелся мотор другой машины. Водитель подрулил к лестнице, и оборванный нищий вскочил и сел на сиденье. Когда он снял шляпу, стал виден огромный шрам справа на челюсти.

— Быстро, — сказал Заккар водителю. — Не дай ему уйти.

90

Саммер продолжала стоять во дворе, когда из дверей монастыря вышел Дирк.

— Как там дела в мужском клубе? — с едва заметной досадой спросила она.

— Там отнюдь не студенческая вечеринка, как ты могла бы подумать.

— Есть что-то стоящее?

Дирк рассказал все, что узнал об истории церкви и монастыря, и про частицу Истинного Креста.

— Я встретился с одним из монахов, который занимается историей, но он не слишком-то много добавил к нашим знаниям о посещении Кипра Еленой. Монастырь так часто грабили, что не осталось никаких архивов. Суть в том, что никто не слышал ни о каких реликвиях, кроме Истинного Креста.

— А про суда, находившиеся в распоряжении Елены?

Дирк покачал головой.

— Насколько им известно, Елена прибыла на Кипр и покинула остров без каких-либо происшествий.

— Следовательно, на Плавтия и его галеру напали еще до ее прибытия.

Схватив за руку брата, Саммер подвела его к стене.

— Посмотри-ка на это, — сказала она.

Перед ними был триптих из трех фресок, написанный на длинном отрезке стены. Фрески выцвели так, что их было едва видно, и Дирк подошел ближе. На первой части фрески было обычное изображение Богоматери с Младенцем, Марии с Младенцем Христом на руках, с нимбами вокруг голов. Они были изображены с большими глазами и в плоской, иконографической манере, что свидетельствовало о древности фрески. На второй части была сцена Распятия. Иисус на кресте, его голова опущена, близится смерть. Достаточно необычно для иконы было то, что на ней были изображены и распятые по обе стороны от Христа разбойники.

Затем Дирк подошел к третьей фреске, которую с довольным лицом разглядывала Саммер. На ней была изображена женщина в короне, указывающая на верхний угол фрески. Там была изображена покрытая лесом гора, на вершине которой виднелись два креста. Очертания Ставровуни были ясно различимы.

— Елена? — спросил Дирк.

— Должно быть, — ответила Саммер. — А теперь погляди вниз.

Дирк пристально посмотрел на нижнюю часть фрески. Выцветшим синим цветом было изображено море. На воде были изображены три корабля примерно одного размера, с веслами и парусами. Если правильно выбрать ракурс, понял Дирк, становится ясно, что два корабля преследуют третий. Потом он показал пальцем на два корабля преследователей.

— Вот этот тонет, с дифферентом на корму, — опытным глазом морского инженера подметил он. — А другой отворачивает в открытое море.