Самоубийство - Суворов Виктор - Страница 86

Это написал один из наших ведущих военных историков, блестящий знаток начального периода войны полковник А. С. Орлов в «Военно-историческом журнале» (1991. No 10. с. 17).

А вот что по этому же поводу говорил Гитлер за полвека до полковника Орлова: «Совершенно очевидно, что Советы намеревались направить развитие событий на Балканах в нужном для них направлении и тем самым превратить их в плацдарм, весьма удобный для нападения на нас и остальные страны Европы. И, делая все для достижения этой цели, они одновременно изъявляли готовность заключить торговые договоры на самых, казалось бы, выгодных для нас условиях, чтобы, как только приготовления к нанесению решающего удара будут закончены, отрезать нас от нефтяных источников. Летом 1941 года они намеревались нанести сокрушительное поражение Румынии, ибо это была единственная страна, кроме России, которая поставляла нам нефть» (Застольные разговоры Гитлера. Запись 27 июля 1942 г.).

Сопоставим слова Орлова и Гитлера: один к одному. Восстановим хронологию: Гитлер воюет на Западе, планов нападения на Советский Союз не вынашивает. В это время Красная Армия захватывает Бессарабию, чтобы «держать под угрозой нефтяные промыслы Румынии». Гитлеру это не нравится, и он приказывает начать разработку планов разгрома Советского Союза, чтобы не попасть под советский удар.

Гитлер и Орлов приводят те же аргументы и даже говорят тем же языком. Слова Гитлера и Орлова никогда никем не были опровергнуты. Министерство обороны России и Генеральный штаб не уличили ни Гитлера, ни Орлова в искажении фактов.

Одно из двух:

— или в Министерстве обороны России и в Генеральном штабе засели гитлеровцы;

— или в данном случае Гитлер и Орлов сказали правду, которую невозможно и незачем опровергать.

Полковник Орлов пошел дальше Гитлера. Он говорит не только о реальной советской угрозе единственному источнику нефти для Германии, но и о подвижном составе для европейских железных дорог. В Советском Союзе колея широкая. В Центральной и Западной Европе — узкая. В сентябре 1939 года при разделе Польши Красная Армия захватила половину польских паровозов и вагонов. На территории Советского Союза они не нужны, ибо колея на «освобожденных» территориях срочно перешивается на широкий советский стандарт. Но Сталин готовил «освобождение» Германии и всей остальной Европы. В ходе первых операций, пока германская колея не перешита на советский стандарт, требовалось много паровозов и вагонов с узкой колеей для снабжения стремительно уходящих на запад советских войск. Захваченных в Польше паровозов и вагонов для подачи миллионов тонн вооружения, боеприпасов, жидкого топлива, запасных частей и прочего было явно недостаточно. Вот почему Сталин захватывал Бессарабию и Буковину — чтобы увеличить парк паровозов и вагонов для дорог с узкой колеей.

А в оборонительной войне паровозы и вагоны, захваченные в Польше, Бессарабии и Северной Буковине, были совершенно не нужны.

Итак, Сталину Бессарабия и Северная Буковина потребовались вовсе не для обороны, не затем, чтобы «народам счастье принести». У Сталина замысел шире и глубже: взять Адольфа за горло (нефтяное) и осчастливить всю Европу.

Элементарная военная логика подсказывала: если мы намерены обороняться, то в Белостокском и Львовском выступах войска держать нельзя. Наши войска в выступах уже в мирное время с трех сторон окружены противником. Их фланги открыты и уязвимы. Внезапный, стремительный немецкий удар по флангам этих выступов отсекает лучшие части Красной Армии от главных сил и от баз снабжения. Такая группировка советских войск в случае нападения противника неизбежно и немедленно вела к катастрофе. Именно это и случилось в 1941 году. На территории Киевского военного округа до германского вторжения был тайно развернут самый мощный советский фронт — Юго-Западный. В его составе — четыре армии. Три из них — во Львовском выступе. Уже в мирное время эти три армии почти окружены. Гитлеровцам осталось лишь захлопнуть мышеловку.

22 июня очень слабая 1-я немецкая танковая группа ударом на Луцк, Ровно и Бердичев отсекала сразу все три советские армии в Львовском выступе: 12-ю (горную), 6-ю и 26-ю. 1-я танковая группа сразу же вышла на оперативный простор и пошла по советским тылам, опрокидывая и давя аэродромы, штабы и госпитали. Тут, по тылам, — невиданные запасы советского вооружения, бензина, боеприпасов, продовольствия, медицинского имущества и пр. и пр. Любопытствующим рекомендую читать дневник Гальдера: «Немцами захвачены трофеи воистину небывалые».

А перед тремя советскими армиями во Львовском выступе встала задача с двумя решениями, оба из которых означали катастрофу: оставаться в мышеловке и ждать, когда 1-я танковая группа окончательно замкнет кольцо окружения, или бежать на восток, бросив все, что нельзя унести. И они побежали. Вскоре остались без бензина и без боеприпасов…

От одного весьма слабого удара весь советский Юго-Западный фронт рухнул.

Но это не все. Этот же удар ставил под угрозу и весь Южный фронт. Вырвавшись на простор, 1-я танковая группа могла выбирать любое направление: все пути открыты. Можно ударить в тыл Южному фронту. Можно ударить на Киев. Если Киев защищают, можно, не ввязываясь в сражения, ударить по металлургической базе Украины: по Днепропетровску, Днепродзержинску и Запорожью. А вот Крым. Можно выйти к базам Черноморского флота и захватить их. Можно взять Днепрогэс. Можно переправиться через Днепр и взять Донбасс.

Но Гитлер к войне не готовился: столько открытых направлений, а у него против всей Украины, Молдавии, Крыма, Донбасса, Дона и Северного Кавказа всего лишь одна танковая группа, в которой только одна тысяча устаревших, изношенных танков…

В Белоруссии Красной Армии пришлось хуже. Западный фронт имел тоже четыре армии. Основные силы фронта — в Белостокском выступе. Две германские танковые группы нанесли удары по незащищенным флангам и сомкнулись восточнее Минска. В котле оказались 3-я, 10-я и 13-я армии. Западный фронт рухнул так же стремительно, как Юго-Западный и Южный…