Ищущий битву - Свержин Владимир Игоревич - Страница 55

55

– Вы прекрасный воин, господин Вальдар, – продолжал Лейтонбург. – Я внимательно наблюдал за вами во время турнира. Скажу вам как знаток и ценитель: немного найдется людей, которые бы столь ловко владели оружием, как вы. Если кто-то и мог сразиться с моим милым Брайбернау на равных, то я не вижу здесь никого, кроме вас, кому бы это было под силу. Увы, этот несчастный случай…

– Велик Господь, и неизреченна мудрость его. Кто, как не он, укрепляет руку сражающегося в минуту боя.

– Да, да. – Его высочество рассеянно кивнул головой. Судя по всему, он не слишком любил впутывать Творца в свои планы и расчеты. – Вы не просто прекрасный воин, со временем вы могли бы встать в один ряд с самыми выдающимися рыцарями нашего времени.

«К чему весь этот поток комплиментов?» – усмехнулся я и немного расслабился, но в благодарность за похвалу склонил голову и покорно произнес:

– В гвардии вашего высочества немало не менее достойных и доблестных воинов. Вы должны быть счастливы, командуя таким великолепным войском.

Герцог смерил меня вопросительным взглядом. Убедившись, что я не шучу, он медленно продолжил:

– Да, у меня действительно превосходное войско. Это правда.

– Не знаю, кто с этим не согласится. Не завидую вашим врагам.

– И в этом вы правы. Им не стоит завидовать. Совсем не стоит. Поэтому я желал бы, господин Вальдар, видеть вас среди своих друзей. – Лейтонбург посмотрел на меня испытующе, что в соединении с его обычной холодностью выглядело довольно жутко.

«Уж кем бы я точно не хотел быть – так это твоим врагом. Но что делать, приходится!»

– Помилосердствуйте, ваше высочество, разве же я враг вам?

– Надеюсь, что нет, – медленно произнес мой венценосный собеседник. Взгляд его по-прежнему оставался испытующим, но в голосе теперь слышалась плохо скрываемая насмешка.

Это уже становилось интересным.

– Вы носите сеньяль «Верная Рука», господин Вальдар? – Лейтонбург поднялся и подошел к бойнице, сквозь зарешеченный проем которой виднелся маленький клочок синего неба. В голосе его уже звучал металл, хотя еще плотно завернутый в бархат.

– Верно, ваше высочество.

– Красивый сеньяль. В духе трубадуров Южной Франции. Вы бывали в Провансе?

– Проездом. Последнее время я жил в замке Берсак, что на Гароне.

– Да, говорят, чудесные места. Однако я о другом. Кому верна ваша рука?

– Мое происхождение, состояние и доблесть, на которую ваше высочество изволили обратить свое милостивое внимание, позволяют не искать мне иных сюзеренов, кроме моего отца и Господа нашего в лице матери нашей церкви.

Герцог нехотя перекрестился, словно отгоняя назойливую муху.

– Вы принадлежите к какому-то ордену? – удивленно спросил он.

– Нет, я в одиночестве несу свой крест, – возразил я.

– Тогда, быть может, вы согласитесь немного послужить мне? – Он вновь повернулся ко мне лицом и стоял теперь, вперив в меня свой немигающий взгляд.

– Ваше высочество, надеюсь, простит меня, но я не совсем понимаю, о чем вы говорите? – Это было чистой правдой, и голос мой звучал вполне искренне. – Вы предлагаете мне поступить на службу под ваши знамена?

– Для меня, конечно, была бы большая честь, если бы отпрыск благородного рода Лоннеров вступил в ряды моей гвардии, но я говорю о другом, – возразил Оттон. – Мне от вас нужна иная служба. Мне нужен подвиг, который был по силам только графу фон Брайбернау, а теперь лишь такому доблестному рыцарю, как вы.

– Но, ваше высочество…

Он жестом остановил меня.

– Подвиг, совершив который вы навсегда загладите свой злосчастный удар, сразивший моего брата. Подвиг, который заставит менестрелей Европы воспевать ваше имя наряду с именами Ланселота и Ролланда. Более того, совершив его, вы сможете просить у меня любую награду. Не правда ли, – произнес Лейтонбург, четко выделяя каждое слово, – не правда ли, у вас есть о чем меня просить?

«Так, так, так. Похоже, не одни мы тут играем втемную. Но это уже, кажется, не наша игра. Впрочем, ничто не мешало бы нам сыграть в нее, если бы итогом было освобождение короля Ричарда. И все же…» Верный правилу никогда не соглашаться на первое предложение, я лишь пожал плечами, отвечая:

– Я не люблю просить, ваше высочество, это противно моему званию и чести. А кроме того, да простит меня любезный хозяин, но я не собирался задерживаться в вашем прекрасном городе. Меня уже наверняка заждались в Камвароне. Как только заживет рана, полученная на турнире, я продолжу свой путь к родным местам.

– Рана? – Принц насупился и обморозил меня своим взглядом. – Да, конечно. И все же я надеюсь, что мы еще вернемся к этому разговору до вашего отъезда.

Он подошел к столу и вновь зазвонил в колокольчик. Слуга, казалось, только того и ждавший, появился, как черт из табакерки.

– Проводите господина рыцаря, он уходит. – Принц Оттон вновь взялся за свиток, давая тем самым понять, что аудиенция окончена.

Проходя через зал, я увидел Лиса, поющего явно на бис:

Как ныне сбирается герцог ОжьеОтмстить сарацинским шакалам.Дома и мечети за буйный набегОбрек он мечам и пожарам…

«Шакалам» и «пожарам» рифмовалось слабо, но перифраз явно пользовался успехом и грозил стать шлягером сезона. Рыцари и бароны обильно пускали скупую мужскую слезу, сокрушаясь над злосчастной судьбой герцога Ожье. Многие, запомнив пару-тройку слов из каждой строфы, пытались подпевать гайренскому менестрелю, и весь этот нестройный, но могучий хор, безнадежно фальшивя, рокотал под сводами ратуши.

– Росс сообщает, что у него все в порядке, – переводя дыхание, передал Лис. – Его назначили лейтенантом в охрану короля Ричарда. У них там в гвардии сплошные перемены из-за твоей выходки. Лейтенант охраны Плантагенета стал ныне капитаном. Капитан стал лейтенантом телохранителей его высочества. А бывший тамошний лейтенант замещает графа Брайбернау, пока он не очухается.

Что-то в подобном роде я предполагал. А почему бы нет? Знатность рода фон Шамбергов не вызывала сомнений. Участник похода. Славное имя – без малейшего упрека. Боец, поискать такого – не найдешь. Так что ничего странного.

– А у тебя что? – осведомился Лис.

– Да вот с Оттоном беседовал.

– Ну и как его высочество?

– Преогромнейшей, я тебе скажу, души козырек. Ты знаешь, он пытался завербовать меня.

– В гвардию?

– Пожалуй, нет. Я пока точно не понял – куда, но не в гвардию. И еще. У меня сложилось впечатление, что принц что-то подозревает о цели нашего визита. Точнее: моего визита. Хотя, может быть, он просто ловко блефует. Но вот с чего бы?

– Занятно. Ты уверен?

– Не знаю. Свяжись со мной через пару часов. Мне нужно подумать.

– Ладненько. До связи.

…Так вот где таилась погибель моя,Мне смертию кость угрожала! —

разносилось по залу.

Всю дорогу до «Жареного петуха» я размышлял о словах герцога. Ночные грабители, узнавая меня при свете факелов, но более впечатленные могучей фигурой моего оруженосца, сиротливо жались к стенам домов, решая, видимо, устроить себе выходной.

Чего же хотел от меня Лейтонбург? Не дракона же в самом деле ему нужно было сразить? Поголовье этих доисторических тварей, насколько я знал, таяло на глазах. О каком же подвиге шла речь? Нет, ответ таился не в области гоблинов и великарликов. Тогда что же?

Ломая себе голову над герцогской шарадой, я достиг гостиницы.

– Вы рыцарь Вальдар Камдил? – негромко произнес чей-то незнакомый голос за моей спиной. Со стороны говорившего это было в высшей мере неосторожно. В ту долю секунды, пока я оборачивался, обнажая кинжал, он уже болтался в воздухе, подхваченный могучей рукой Меркадье.