Революция - Гудков Андрей "Шерлок" - Страница 120

– Смеешься? А ты не думаешь, что тебя с твоим предложением просто пошлют?

– Нет, – совершенно серьезно ответил он. – Нам обоим нужен мир. Райд Асмуд согласится, никуда он не денется. Для них тоже ситуация давно зашла в тупик. Им нужно мстить тебе за Хагнию, но ты помощник императора. А так они могут с полным на то основанием простить тебя. Ты ведь формально станешь их родственником.

– А мое мнение значения не имеет?

– Нет.

– Хорошо. Кого ты мне предлагаешь в жены?

– Шеалу Асмуд.

Я усмехнулся. Ну да, кого же еще?

– Это еще одна причина, из-за которой Райд Асмуд согласится. Шеала вернется в клан, и они отдадут ее тебе в качестве жены. Фактически она так и останется твоей ученицей, но формально у клана Астреяров не будет никаких претензий ни к ней, ни к тебе. Они с Шеалой попали в ловушку. Она им не нужна сама по себе, но, прославив ее как самую талантливую из молодого поколения Астреяров, они вынуждены бороться за нее, ведь иначе их не поймут в обществе. А это легкий выход из положения.

Что я мог на это сказать?

План защиты был прост. В сложившихся условиях мы могли только уйти в глухую оборону и надеяться на крепость стен, построенных предками. Многослойная динамическая защита, использование старых запасов и полный контроль всех ближайших источников силы.

Но, не ограничиваясь только обороной, мы готовили врагу ряд сюрпризов. Для этого мы рассчитывали прямо на местности во время боя создать несколько магических фигур и устроить пару ловушек.

Всех пригодных для боя магов Данте разделил на отряды, определив каждому свою задачу. Я был назначен командиром атакующего отряда. Нам доставалась самая опасная часть работы – выходить за пределы замка и атаковать врага.

Сам Данте, как глава клана, командовал сражением и возглавлял резервный отряд. Он должен был вступить в прямое столкновение с врагом только в самый последний момент. Либо в решающий миг боя, либо перед самым концом…

Кроме этого, было создано два защитных отряда и один оборонительный. Защитники должны были следить за магической защитой замка. А оборонительный отряд должен был непосредственно встречать врага.

К сожалению, далеко не все понимали всю серьезность ситуации. Молодежь и особенно девушки далеко не сразу поняли, по какому принципу мы с Данте составляли отряды.

Выслушав очередную тираду, полную праведного гнева, от девушки, недовольной отправкой в тыл на последнюю линию обороны, я взорвался.

– Так! – Я с силой ударил ладонью по столу. – Да когда же вы поймете, что это не героическое сражение из книжек по истории?! Это смертельная кровавая мясорубка! В самом лучшем исходе половина клана будет мертва! Вы что, не понимаете, почему мы ставим слабых и старых магов на самые опасные места? Почему, по-вашему, старики молча кивают, узнав, что мы определяем им позиции, с которых они отступить не смогут?!

Все молодые парни и девушки испуганно притихли.

– Да потому что они понимают, что жертвуют собой ради будущего клана. Ради вас.

– И чем же я лучше них? – робко спросила девушка из семьи Исмар.

– Да тем, что ты сможешь детей родить. А мы нет. Если вы выживете – клан будет жить. Если вы погибнете – то от того, что мы останемся живы, не будет никакого смысла. Это понятно?

– А где встанешь ты? – спросил старый маг из семьи Лавантейнов.

– Я? – Я стер отметку на карте и нарисовал новую, в самом центре планируемой ловушки. – А я встану здесь.

– Ты с ума сошел? – спросил Данте.

– Я там выживу! – твердо ответил я.

– Но…

Мы с братом на мгновение посмотрели друг другу в глаза. Потом он с еле заметной тоской в глазах кивнул.

Я там выживу. В центре противоборствующих сил, в месте, где время и пространство сойдет с ума. Ведь, пожалуй, именно в этом мое преимущество перед всеми другими магами. Опыт жизни в Инферно научил меня выживать в таких вот пространственных бурях. Я проживу там достаточно долго, чтобы заманить клан Даркхолов в грандиозную ловушку. А оттуда никто не выберется.

Араэл выделили свою комнату, а Арья осталась у меня. Со вчерашнего дня мы толком и не разговаривали друг с другом. Сейчас мне о многом хотелось поговорить с ней, но я не знал, с чего начать.

Арья стояла возле окна и задумчиво накручивала прядь волос на палец. В комнате было темно, электричества в замке не было, а свечей слуги не догадались занести. Я мог бы осветить комнату магией, но это, похоже, уже наша традиция – разговаривать в полумраке.

– Данте разрешил тебе вернуться в клан?

– Да, но он поставил условие.

– Какое?

– Я должен взять в жены Шеалу, чтобы Лараны и Астреяры могли заключить мир.

– О, – протянула Арья.

– Что ты об этом скажешь?

– Что я скажу? А зачем мне что-то говорить?

– Арья… – устало вздохнул я.

– Шеала будет счастлива, первое время точно.

– Почему ты так думаешь?

– Она по уши в тебя влюблена. Причем это не подростковая влюбленность, а вполне серьезные чувства. И ты тоже в нее влюблен, – немного грустно добавила Арья.

– Ты ревнуешь?

Девушка долго молчала, прежде чем ответить.

– Самое интересное… нет. Должна бы, но не ревную. – Опять надолго замолчав, Арья долго думала, кусая нижнюю губу. – Она для меня как младшая сестра. Может быть, поэтому. А может, потому что между нами все равно ничего не может быть…

Маги обычно не придают сексу большого значения, так же как и любви. Маг должен контролировать свои чувства и страсти холодным разумом, а не подчиняться им.

Все кланы магов, и семьи некромантов тоже, много думают о потомстве, наследниках и продолжателях дела клана или семьи. Магические способности и их сила передаются по наследству. У сильных магов рождаются дети с сильными магическими способностями, у слабых магов – со слабым даром.

Склонности к той или иной магии тоже передаются по наследству. Занимаясь селекцией, можно усиливать или уменьшать те или иные качества в клане, направлять его развитие.

Как нетрудно догадаться, чувства людей при этом не имеют никакого значения. Мужчине и женщине просто приказывают жениться и заводить детей. Клан при этом определяет все: количество и пол детей, время их зачатия.

Как правило, между супругами складываются более-менее теплые отношения. Но совершенно обычной ситуацией является, когда муж и жена не живут вместе и практически не общаются. Более того, они оба могут иметь любовников и этого не скрывать.

Правило в этом случае только одно – ничто не должно выйти за пределы клана. Внутри может быть что угодно, но никто за пределами клана ничего знать не должен. И это правило строго соблюдается. К примеру, инцест для магов скорее норма, чем извращение. Все кланы следят за чистотой крови, а негативные последствия от близкородственных связей преодолеваются с помощью магии и точных расчетов.

Вторым правилом является запрет на незапланированных детей, особенно от внебрачных связей. Магам сложно завести детей, поэтому это правило обычно легко соблюдается. Сложности начинаются, когда маг заводит отношения с волшебницей или простым человеком. В этом случае дети рождаются без способностей мага вообще или с ослабленным даром – например, я и Шеала.

Именно это и стало позором для Райхарда Лебовского. То, что у него родился сын от простой волшебницы, а не сам факт подобной связи.

Есть еще одно правило, вытекающее из второго. Полный запрет сексуальных связей между магом и ша’асал. Это очень странно, учитывая то, что ритуал Единения создает очень глубокую и тесную связь между ша’асал и ша’атар.

Не полагаясь на сам факт запрета, в ритуал были внесены заклятия, полностью блокирующие возможность магу и некроманту завести детей друг от друга. И более того, по негласной традиции все подобные пары, как правило, однополые либо с большой разницей партнеров в возрасте.

В этом плане я и Арья исключение из правила.

– Я давно хотела у тебя спросить, но не решалась… а в мыслях у тебя такое прочитать сложно.