Крестовый поход восвояси - Свержин Владимир Игоревич - Страница 74

– Костаматис? – переспросил капитан. – Туда мало кто ходит, во всяком случае, из честных людей. Такое плавание вам бы недешево обошлось. Да только все это пустые разговоры. Начальник порта отчего-то вцепился в меня, как акула в русалочью задницу, так что, похоже, мне до самой весны придется торчать здесь. – Он сделал еще шаг по направлению к нам, и тут доска под его ногой хрустнула и переломилась пополам. – Дьявольщина! – возмущенно вскрикнул Марно, проваливаясь сквозь сходни и едва успевая расставить локти, чтобы не плюхнуться в воду. Я бросился на помощь незадачливому мореплавателю.

– Капитан. – Голос Лиса в моей голове звучал почти испуганно. – Оставь этого магеллана в покое. Ты лучше прислушайся. Ничего не слышишь?

Я последовал совету друга и прислушался. Где-то неподалеку раздавались негромкие завывания и стоны.

– Не оглядывайся! Если оно нас узнает, тогда кранты! А то еще может дать деру. Лови его потом!

– Так может, оно и к лучшему?

– Куда там! – вздохнул Лис. – Это же Горе-злосчастье! Бегать оно будет – с собаками не догонишь, а отвязаться не отвяжется. Лучше давай по-быстрому сообразим, за что оно тут зацепилось?

Капитан меж тем ухватился за протянутую мной руку и начал выползать из пролома. Он уже показался из него более чем наполовину, когда вдруг роскошный плащ его зацепился за торчащую из доски острую щепу, раздалось громкое «хрясь!», и широкая дыра уродливым зевом разошлась по бархатной поверхности.

– Фибула! – без тени сомнения в голосе констатировал Лис. – Рубь за сто даю! Я вспомнил, при Калке я видел точно такую же. – Он смолк и, помолчав немного, выдал куда как более радостным тоном: – Вальдар, знаешь, мне кажется, я придумал, шо с этим делать. Ты давай договаривайся за все про все, а я, когда надо, подхвачу.

– Скажите, мэтр Теодор, если мне удастся уговорить начальника порта выпустить вас, могу я рассчитывать на ваше судно?

– Дьявольщина! – вновь выругался хозяин «Святой Женевьевы». – Только б убраться из этой дыры! Вам-то, понятно, вряд ли под силу самим нанять весь корабль, ну да черт с ним, все равно лучше, чем здесь торчать. Только вам ни за что не удастся его уговорить.

– Это уж наша забота, милейший капитан, – вмешался Лис. – А о цене мы с вами поговорим, когда у нас на руках будет разрешение на выход в море для вашего судна. Вы мне пока другое скажите: вот эта штуковина у вас на плече, во сколько вы ее оцениваете?

– Вы хотите ее купить? – недоуменно поглядел на моего друга мсье Марно.

– Ни в коем случае! – замотал головой Лис. – Я хочу ее у вас одолжить, но так, чтобы потом не вернуть.

– В каком смысле?

– В смысле – не вернуть никогда. Я дам вам, пожалуй, пять золотых в залог, а вы мне эту фибулу.

– Так вы хотите ее у меня купить?

– Ничуть.

– Так как же тогда?

– О Господи! – возмутился Лис. – Я вам даю пять золотых, вы мне – фибулу. Но она остается вашей вещью, вы понимаете? Вашей! Я вам просто ее не верну.

– Деньги, наверно, фальшивые? – находя разумное объяснение словам моего напарника, радостно выпалил Марно.

– Настоящие. Более настоящих просто не бывает. – Лис развязал висевший у пояса кошель и достал золотую монету. – Если не верите, смотрите сами.

Капитан опасливо принял монету из рук Венедина, покрутил в пальцах, попробовал на зуб, вернул ее хозяину, взял очередную и проделал с ней те же операции.

– Вы намереваетесь дать мне деньги сразу в обмен на фибулу, – понижая голос почти до шепота, уточнил он.

– Да, черт возьми! Если хотите, даже раньше. Я отсыплю вам деньги, вы отстегиваете фибулу.

– А! По рукам! – Марно протянул широкую как лопата ладонь. – Вы мне сразу понравились, по всему видать, честный человек. Гоните сюда десять золотых монет, и фибула ваша.

– Кровосос, – мрачно в пространство констатировал Лис. – Ладно, получай золото, но заметь, фибула не моя, а по-прежнему твоя.

– Да уж как пожелаете, – алчно поблескивая глазками, согласился капитан, ощупывая монеты. – Моя так моя.

– Начинайте готовить корабль к отплытию. Остальное уже наша забота.

– Ну и что ты намереваешься делать? – спросил я, когда мы отошли от корабля.

– У меня на родине это именуется – дача взятки должностному лицу, – явно удовлетворенный сделкой, изрек Лис. – Вероятно, здесь это деяние именуется так же.

– Думаешь презентовать ему фибулу?

– Конечно, – довольно кивнул Лис. – И Горе-злосчастье в придачу. Наверняка наш знакомец и сам пытался дать господину начальнику порта на лапу, но не с его счастьем. А сейчас он там, мы здесь, а начальник порта… ну, в общем, если ты мне покажешь чиновника, не берущего взятки, я на свои средства построю ему памятник вроде того мужика, у которого корабли между ног шныряли.

– Гулливера?

– Нет. Колосса Родосского.

С официальными делами было покончено в течение считанных минут. Документ, разрешающий «Святой Женевьеве» выход в море, перешел в наше полное распоряжение. Золотая фибула и сопутствующее ей Горе-злосчастье стали неделимой собственностью королевского чиновника.

– О друзья мои! – радостно встретил нас у пирса изрядно повеселевший с момента расставания мсье Теодор. – Вам удалось уломать эту чертову каналью?

– Я не понял, а шо, блин, были какие-то сомнения? – возмутился Лис.

– Нет! Нет, что вы! Вы приносите мне удачу. Стоило вам уйти, нашелся еще один фрахтовщик на старушку «Женевьеву». Это купец, он плывет на Сицилию. Я не стал ему говорить о Костаматисе, – он заговорщицки понизил голос, – честные люди туда не плавают. Но я понимаю, что вам очень надо на остров. Давайте ведите скорее на борт ваш чертов груз, с утренним бризом мы выходим в море.

– Скорей бы, – вздохнул Лис. – И вот что, господин Теодор, на вашем месте в ближайшее время я не стал бы возвращаться в этот порт.

Глава 23

Если вы уж всерьез решили с кем-то разделаться, ничто не мешает вам быть с ним вежливее.

«Святая Женевьева» шла вперед, давая семь узлов, раскачиваясь из стороны в сторону на радостно-синих волнах. Немного, но принимая во внимание, что латинские паруса, красовавшиеся на всех трех ее мачтах, позволяли идти довольно круто к ветру, можно было смириться и с этим.

– Костаматис. – Мэтр Теодор, принявший на себя роль любезного хозяина, охотно снабжал нас разнообразной информацией о тонкостях плавания в средиземноморских водах и всех имевшихся в них же диковинах. – Вернее, по-итальянски, Коста Матеус, носит свое имя в честь апостола Матфея, проповедовавшего там слово Божье морским разбойникам.

– Погоди, – встрепенулся Лис, услышав знакомое имя. – Матфей, это тот, который был сборщиком податей?

– Он самый.

– А, ну тогда понятно. – Лис состроил возвышенное выражение лица. – Кому же, как не ему, знать нравы разбойников.

– Простите? – Набожный, как и все суеверные люди, мсье Теодор укоризненно посмотрел на моего напарника.

– Господин д’Орбиньяк хотел сказать, – толкая Лиса локтем в бок, произнес я, – что во времена римского владычества разбой в ливантийских землях был делом столь обычным, что человеку странствующему приходилось сталкиваться с подобными душегубами сплошь и рядом.

– А, понимаю, – закивал мсье Марно. – Так вот, с тех пор пиратов на острове нет. Там сидит князь Матео VII, который именует себя прямым потомком того самого евангелиста Матфея.

– Обычное дело, – кивнул я. – Знавал я один род, который происходил прямо от Адама. Причем от первого брака.

– Так что ж там – тишь да гладь? – удивленно спросил Лис. – Отчего ж тогда туда не плавают честные люди?

– Да нет. – Капитан вздохнул. – Со времен Матфея пиратства на этом острове нет, все больше работорговля. Князь снаряжает корабли, которые шныряют и здесь, и в Ионическом море, и в Эгейском, и за Геркулесовыми столбами. Пристанет такой корабль ночью у какого-нибудь небольшого городка или рыбачьего селения, а поутру, почитай, все его жители в цепях. Тех, кто получше, с собой забирают, остальных же убивают или отпускают за выкуп. С того княжество и живет. Сюда же везут пленников и из Европы, и с Востока, так что всякий, кому нужны красавицы для услужения или же сильные парни, во всякий день может приплыть да подобрать товар себе по вкусу. Да, впрочем, что я вам рассказываю, – пожал плечами Марно, – вы-то и сами, поди, все это знаете. – Он перевел заговорщицкий взгляд с Лиса на меня. – Иначе чего вас туда понесло?