Крестовый поход восвояси - Свержин Владимир Игоревич - Страница 76

– Ну-у…

– Вот и я «ну-у…»Поет он, конечно, складно, но мне все это кажется больно подозрительным. Все-таки где Риббек, где Марсель. Чего его сюда понесло? Давай-ка я ему запущу «дурочку», а ты мне при случае подпоешь.

– Да, – вздохнул я. – Как приключилась с ним лихорадка под Штраумбергом, так до последнего часа и не отпустила беднягу.

– О, – вздохнул Карл, – какое горе. Это, вероятно, то самое зелье, что подмешали нам за ужином. Поверьте, это страшные люди, они не знают сострадания и милосердия. После того дня я потерял сон и покой. Если они решат, что я слишком много знаю об этом деле, они непременно захотят убить меня. Я продал все и решил перебраться на Сицилию. Моя семья прибудет вслед за мной, как только я куплю дом.

– Вот здесь он прокололся, – услышал я в голове ликующий голос напарника. – О каком деле идет речь? Мы ни о чем ему не сообщали. А неудачную попытку перехватить нас в пути вряд ли можно именовать «делом», сплошное мельтешение. Он знает явно больше, чем пытается нам показать.

– Ты думаешь, именно он и есть маг?

– Не знаю, не знаю, но выбор невелик. А мы, тьфу-тьфу-тьфу, слава Богу, до Трира добрались, теток сдали с рук на руки, получили свой куш… Но тут Вальтера нелегкая дернула. Капитан, – быстрой скороговоркой застучало у меня в голове, – срочно соображай, за что тебя дернула нелегкая, а то я еще не придумал.

– Да, – вздохнул я тяжко, – было тут дело. Случилось. В корчме.

– Ага, – тут же подхватил Лис. – Все из-за этой сарацинской собаки.

– Какая еще собака?

– Какая, какая – сарацинская.

– И что у меня с ней было?

– Откуда я знаю? Ты же виноват, вот сам и соображай! Может, у тебя к ним генетическая ненависть.

– Э… это был один мусульманин, который шел к императору с тайным поручением…

– Да-да, Вальтер потребовал от него выпить за здоровье Папы Римского, а тот почему-то отказался. А Вальтер о-о-ого-о. – Лис назидательно поднял вверх указательный палец. – Ты еще не видал, каким он бывает в буйстве. В Новгороде, когда против него выставили медведя, он несчастного зверюгу в клочья порвал. Капитан, пока я тут несу пургу, придумай, шо было дальше с несчастным сарацином.

– А, – отмахнулся я. – Зарубил я этого неверного. К чертовой матери.

– Вот-вот, – поддержал мои слова Лис, – в баранье рагу покрошил. Император нас сначала под замок посадил, а потом интерес его замучил: что ж за сведения этот тайный агент вез? Вот и премся за сто верст киселя хлебать, чтобы отвезти его гарему последнее «прости», ну и по дороге разузнать, в чем, собственно говоря, дело было. Такая вот история, дружище.

– Да-а, – протянул риббекский купец, – вот ведь как бывает. Но я, господа, вижу перст судьбы в нашей встрече.

– Та, – хмыкнул Лис, – об чем речь! Все десять перстов и еще кое-какие части тела.

– Быть может, мне на роду написано не расставаться с вами. Быть может, в этом и есть мой жребий. – Он смерил нас с Лисом выразительно-умильным взглядом. – Я так счастлив, господа, так счастлив!

– Да чуть шо, обращайся. – Венедин похлопал нашего собеседника по плечу. – Только сейчас у нас тут сиеста образовалась, так что давай твое счастье перенесем на вечер. Как говорят французы, аревуар.

– Конечно, господа, конечно, – поспешил откланяться Карл из Риббека. – Однако за мной угощение.

– Нас не запугать! – вслед вышедшему купцу бросил Лис. – Эй, Ансельм! Приготовь-ка свой рог. В смысле, не свой, а единорога.

Вечернее пиршество потрясло всех присутствующих на борту своим размахом. Нас же оно повергло в изумление тем, что скрытно всовываемый Ансельмом в вина и яства волшебный рог оставался девственно белым, как в те блаженные времена, когда он украшал лоб диковинного животного.

– Шо-то я ничего не понимаю, – возмущался Лис. – Он шо же, не пытается нас отравить?! Это шо же получается, мы потеряли всякий интерес для заказчиков?

– Слава Богу, – резонно возражал я. – Не хватало еще устраивать боевые действия посреди моря. Тебе что, одного Джон Пол Джонса недостаточно?

– Не, Пол Джонс Полом Джонсом, но все-таки обидно. Тут, понимаешь, изводишь Европу своим присутствием, а благодарные потерпевшие жлобятся потратить на тебя толику яда. Я, можно сказать, оскорблен в лучших чувствах!

Утренний завтрак рассеял хмурое настроение моего друга. Рог, опущенный Ансельмом в первый же соус, посерел, словно основным ингредиентом предложенного нам блюда была свежая дорожная пыль.

– Во, блин, как! – обрадованно хмыкнул Лис. – Не пожалел-таки старина Карл пару черепиц с отчего дома для подкупа местного кока. Ну шо, Вальдар, сходим на камбуз, проведем среди этого работника гром-харча[27] разъяснительную работу?

– Успеется, – прерывая радужные надежды Лиса, явно изнывающего от тоски в часы вынужденного безделья, ответил я. – Ты мне лучше скажи, отчего это вдруг рог стал не черным, а серым?

– Да мало ли! – пожал плечами мой друг. – Может, кок чуть-чуть нам натрусил, а остальное припрятал на случай борьбы с вредителями полей и огородов.

Я скептически скривился.

– Маловероятно. Скорее другое. Яд будет понемногу подсыпаться в пищу ежедневно и внешне даст симптомы какой-либо распространенной болезни.

– И шо ты предлагаешь по этому поводу?

– Добросовестно «проболеть» до самого острова. Правда, придется изрядно попоститься: хлеб, яйца, рыба, пойманная лично, птица, тобою, Лис, сбитая. Но в общем-то до острова не так уж и далеко.

– Да, фигня. Пол-локтя по карте. Каких-то пару недель в пути. Если вдруг штиль не случится.

– В противном случае, – вздохнул я, – нам придется выкинуть нашего доброго друга Карла за борт вместе со всеми его слугами. А их у него, заметь, полтора десятка. Иначе он придумает какую-либо очередную каверзу, поди гадай – какую? К тому же не забывай, вполне возможно, что почтенный купец, так сказать, на досуге подрабатывает магом.

– А может, и нет, – хмыкнул Лис. – Это ведь только наши предположения. Может, кроме мордобития, в смысле, отравления, и никаких чудес.

– Проверить бы, да вот только как?

– Ансельм! – Венедин повернулся к ученику, в полном молчании тренирующемуся вдавливать взглядом гвозди в корабельную переборку. – Заканчивай фигней страдать, сходи лучше прощупай старину Карла на наличие магической сущности.

– Но вы…

– Мне нельзя. Вдруг война, а я уставший.

– Но позвольте, о великий! – взмолился ученик. – Как же я смогу его прощупать? Ведь стоит мне начать вычерчивать защитный круг и пентаграмму на корабельной палубе, как матросы, эти самые суеверные из всех представителей людского племени, попросту выкинут меня за борт! А ежели я попробую проникнуть сквозь его магический щит, предварительно не обезопасив себя, он испепелит меня в единый миг. Ведь если действительно граф Шверинский послал против вас мага, то он наверняка весьма могущественен. Куда мне с ним тягаться?

– А если по-другому? Скажем, дырку в стене проделать? – вяло предложил я. – Он ведь как раз по соседству живет, благо, кают «первого класса» на этом лайнере всего лишь две.

– Это будет душераздирающее зрелище! Три великовозрастных идиота будут по очереди торчать кверху задницей, припав глазом к дырке в стене, шо прыщавые подростки у окна женской бани. – При этих словах моего друга Ансельм густо покраснел.

– А что, о великий, в Венедии есть женские бани?

– Там даже стиптиз-шоу есть. Но ты этого никогда не увидишь. Особенно если будешь меня перебивать.

Устрашенный ученик быстро захлопнул рот, боясь поинтересоваться, что есть стриптиз-шоу и как это может быть лучше женской бани.

– Так вот, – продолжал Лис, – мы, как три малахольных идиота, будем торчать у дырки в стене и ждать, а не колданет ли наш дружаня Карл, скажем, себе на ужин какую-нибудь каку с маком. А если он вообще дальше «колдуй, баба, колдуй, дед, колдуй, серенький медведь» в магии не продвинулся, тогда что?

27

Гром-харч – от укр. Громадянське харчування – Общепит.