Сыщик для феи - Свержин Владимир Игоревич - Страница 30

Совсем недавно таинственный рыжеволосый подросток стоял у этого самого окна, подманивая крылатого почтаря. Но не мог же наш беглец все время торчать здесь, высматривая, а не появится ли вдруг в небе белый голубь с известием? Это была бы весьма странная манера времяпрепровождения! Если так, значит, воздушные депеши сюда доставляются регулярно, и уж конечно, не все на подлете перехватывает сокол. Что из этого следует? Ну, как минимум то, что, вполне возможно, импровизированная почтовая станция еще продолжит свою работу, и в наши руки попадет какая-нибудь ценная информация.

А кроме того, будет совсем интересно, если выяснится, что послание приходит не из одного источника. Тогда, выходит, мы действительно имеем дело с неким преступным сообществом. Если, конечно, человек, снявший номер для «племяша», и неведомый соглядатай на границе не одно и то же лицо. Впрочем, это как раз можно уточнить после представления его величеству. Ежели наш свежеиспеченный осведомитель опознал царедворца один раз, значит, сможет узнать его вновь. Вот уж действительно, контра засела в штабах. Буквально Тайная Орда в действии.

– А по жизни, прикинь. – Вадим поднял один из находившихся в номере табуретов, на всякий случай проверил, не отворачиваются ли у него ножки, и, убедившись в первозданной нерушимости мебели, уселся верхом. – С чего бы это вдруг шкет решил с нами типа в зайчики поиграть. Мы вроде афиши о гастролях не расклеивали.

Я поморщился.

– Малый явно не дурак. Посуди сам, он стоит здесь и ждет сеанса связи. Должно быть, в это время он здесь стоял каждый день. На его глазах голубя перехватывает сокол.

– Ну, перехватывает, ну и хрен ли с того! Соколу в натуре без разницы, почтаря жрать или какую другую пичугу.

– Так-то оно, конечно, так. Но меня вот что настораживает. – Я потрогал рукой витражное стекло, желая убедиться, что оно отнюдь не затрудняет обзора. – Сокол атаковал свою жертву как раз в тот момент, когда Делли сняла с нее магическую защиту.

– Да ну, совпадение! – отмахнулся Ратников.

– Все может быть, – согласился я. – А если нет? Я здесь ничему не удивлюсь. Давай предположим, что сокол атаковал именно в этот момент неспроста. Тогда, выходит, он, или, вернее, его хозяин, мог чувствовать, когда защита была и когда ее не стало. То есть, выходит, голубя пасли все то время, пока он летел под нашим присмотром. А вместе с ним, естественно, пасли и нас. Соображаешь, о чем я говорю?

– Клин, не усложняй! Скажи еще, что злой колдун обратился в этого самого сокола. Как там в сказке, что я на днях Олеговой дочке читал: «Ты не коршуна убил, чародея завалил!»

– Погубил, – машинально уточнил я. – Кто знает, может быть, и ты прав.

– М-да, как все запущено, – покачал головой храбрый витязь. – А эту хату типа джинн ночью сварганил. Так что, когда ее будут переносить в очередную Тмутаракань, покрепче держись за решетку. На всякий случай, конкретно, чтоб не выпасть.

– Да ну тебя, – обиделся я. – Сам подумай. Парень видит голубя, но голубя у него перед носом хватает сокол. После этого он наблюдает мои попрыгушки с горгульей. Не надо много ума, чтобы составить два и два и предположить, что я следил за почтарем, а стало быть, за тем, к кому он летел. Но можно считать это совпадением. А вот если при всем происходящем наш, как ты выразился, зайчик, обладает способностью чувствовать магические сущности, тогда все становится на места. Делли у самого забора снимает с голубя защиту. Тут же появляется магически заряженный сокол. Затем неизвестный, в смысле я, проникает в сад явно несанкционированно, иначе бы горгулья на меня не бросилась… Самое время делать ноги. Конечно, если ему есть что скрывать. Впрочем, пока все это лишь предположения. Может быть, у него просто закончились деньги, чтобы платить за номер.

Развить эту мысль мне не удалось. В дверь настойчиво постучали.

– О, а вот и покоёвка, – обрадовался Вадим. – Заходи, не заперто!

По ту сторону не заставили себя упрашивать, и в номер впорхнула Делли, а вслед ей, сгибаясь под тяжестью груза, втиснулись два крупных, наверняка не хилых, мужика. Предмет, который они волокли, был покрыт кожаным чехлом, но даже с ним было видно, что это нечто плоское и имеющее размеры примерно с половину дверной створки.

– Ставьте сюда, – скомандовала Делли, указывая на место напротив окна. – Все, молодцы! Свободны.

Грузчики, кланяясь, покинули номер, даже не заикнувшись о чаевых. Вероятно, здесь было не принято просить о вознаграждении за труды у сотрудников Волшебной Охраны.

– Это что? – с недоумением взирая на новый предмет интерьера, поинтересовался я.

– Волшебное зеркало, – гордо объявила фея.

– Надеюсь, ты не собираешься вопрошать: ты ль на свете всех милее, всех румяней и белее? – Мои губы сами собой сложились в невольную улыбку. – Я и без всякого зеркала скажу, что ты хороша несказанно.

– При чем тут моя внешность? – вспыхнула фея.

– Но… Ты же сама сказала, что это – волшебное зеркало.

– Разумеется! Последняя модель, в городе больше ни у кого такой нет. Позволяет вызывать образ желаемого человека, где бы он ни находился. А если у того, кого ты вызываешь, есть свое, пусть даже небольшое, волшебное зеркальце, то и общаться, как будто ты рядом стоишь, можно.

– Так что, нам прямо сейчас с Машей поговорить удастся? – Я вцепился в чехол, готовясь немедленно начать сеанс связи, нисколько не сомневаясь, что уж у принцессы-то свое зеркальце есть обязательно.

– С Машей не выходит, – вздохнула фея. – Должно быть, чары наложены. Не то к чему вас было бы нанимать? А вот с принцем Элизеем побеседовать можно. Помнится, вы в Елдине-то заинтересовались, чего это вдруг он из края подземных кобольдов в Гуралию повернул. Вот, как я вам и обещала. – Она неспешно, чтобы растянуть наши терзания, расстегнула чехол, и восхищенному взору присутствующих явилась блестящая зеркальная поверхность в бронзовой золоченой раме, практически ничем не отличающаяся от привычных зеркал, разве что, пожалуй, особенной глубиной и объемностью отражений.

– Мурлюкская работа? – поинтересовался Вадим, уже привыкший, что все подобные артефакты, исключая разве что синебокого жеребца, проникают в здешние земли из-за Хребта.

– Нет, – гордо покачала головой Делли. – Нашими мастерами сработано. Мурлюкские – тьфу! Волшебное барахло, дальше ста верст не берут. Да и сто верст только по ясной погоде. А это в любой уголок, в любое ненастье, да хоть за край света заглянуть может. – Она сделала пасс рукой, точно протирая стекло, и оно замигало голубоватыми вспышками. – Все в порядке, свободно.

На зеркальной глади вырисовалось изображение богатыря, восседающего на крупном гнедом коне. Всадник появился словно из тумана, становясь все зримее и почти что осязаемее.

Должно быть, в этот момент он тоже почувствовал магический зов столь экстравагантного средства связи, поскольку, натянув удила, остановился и, засунув руку в седельную сумку, вытащил оттуда свою «мобилу».

– Ни хрена себе! – восхитился Вадим. – А как он понял, что ты его вызываешь?

– Все очень просто, – пояснила кудесница, радуясь возможности продемонстрировать чужестранцам дивное диво работы отечественных мастеров. – Когда я посылаю нужному мне человеку мысленный сигнал, его зеркальце начинает подрагивать и переливаться приятным мелодичным звоном.

– А, ну типа виброзвонок… – начал было Ратников, но его излияния были прерваны взмахом руки феи.

– Не мешай! Связь пошла, – одернула витязя кудесница. – Поздраву ли преславнейший королевич Элизей?

– Поздраву, матушка Делли, дочь Иларьева, – склонил осанистую голову витязь в зеркале, едва-едва не выезжая из рамы. – А добро ли в вашем дому?

– Вашими хвалениями, королевич.

Элизей чуть отклонил свой экран в сторону, должно быть, замечая в нем кого-то из нас.

– Кто там с вами поблизости, матушка Делли?

– Вот, рекомендовать хочу. Преславный одинец-следознавец Виктoр Клинский, да подручный его хоробрый витязь Вадим, по прозванию Злой Бодун. Ищут нашу Машеньку, с ног сбиваются.