Дневник для Стеллы - Свифт Джонатан - Страница 122

122

28. Могу вам сообщить, что я, наконец, вполне оправился после простуды. Жена еп[ископа] Клог[ерского] подарила мне шоколадницу, а мой брат герц[ог] Орм[онд] снабдил шоколадом, коим я по временам потчую своих гостей. Обедал нынче с лордом-казн[ачеем] в 5 часов вечера, после чего присутствовал некоторое время при том, как он и лорд Болинбр[ок] обсуждали дела, ведь мне надобно быть в курсе всех новостей, потому что… и пр. Герц[ог] Орм[онд] поручил мне переговорить нынче с лордом-казн[ачеем] касательно одного дела, однако, когда я завел о нем речь, то оказалось, что 2 часами раньше герцог уже обсудил его с лордом-казн[ачеем], чем я, признаться, был раздражен и непременно разбраню за это герцога» Я расскажу вам по сему случаю забавную вещь: среди министров, пожалуй, не сыщется ни одного, кто не поручал бы мне переговорить с лордом-казн[ачеем] о каком-нибудь касающемся их деле и притом с таким серьезным видом, словно я довожусь ему или им братом, и я обычно с таким же серьезным видом берусь за это, хотя прекрасно знаю, зачем они прибегают к моему посредничеству: они не хотят причинять себе беспокойство или же предпочитают, чтобы отказ пришлось выслушать мне, а не им. — Наш мирный договор, видимо, будет подписан не раньше, чем через два месяца: ведь нам необходимо прежде дождаться возвращения курьера из Испании, а он отправится туда лишь в следующую субботу. Лорд-казн[ачей] опять пригласил меня отобедать с ним завтра. Там будет также ваш акцизный комиссар Китли. Копойной ноци, длагоц[енные] марыски МД.

9. Нынче утром мы с доктором Праттом пили шоколад, а потом гуляли. Вчера мы с ним ходили проведать леди Бетти Батлер, оплакивающую свою сестру Эшбернхем. Эта шельма приняла нас, как приличествует случаю, в постели и так при этом кривлялась, что меня чуть не стошнило. Каждый день я встречаю Тома Ли, гуляющего в Парке для поддержания здоровья. Он румян, как роза, и всякий раз оповещает меня, что еп[ископу] Дроморскому, который уже дышит на ладан, стало намного лучше. В сегодняшнем «Экзаминере» рассказывается об игре под названием «Что это напоминает?»; вы, небось, вообразите, что это написано мной, и попадете впросак, потому что никакого участия в сочинении этих листков я не принимаю. Обедал нынче у лорда-казн[ачея] и опять буду обедать завтра, потому что это день, когда у него обычно обедают все министры. Лорд-казн[ачей] называет его днем бичевания: он всегда приходится на субботу, и мы в самом деле обычно не упускаем случая проехаться по поводу допущенных им промахов. Я был в числе завсегдатаев этого клуба, когда в него входили только бедный лорд Риверс, лорд-хранитель печати и лорд Болинбр[ок], а теперь в него затесались Орм[онд], Энглси, лорд-камергер[973], Дартмут и прочий сброд, и я ворчу по этому поводу, тем более, что они притязают теперь на равные со мной права. Впрочем, я уже не появлялся там много суббот, потому что компания стала чересчур многолюдной, а я этого не люблю. Копойной ноци, МД.

10. Нынче в 7 часов вечера, когда мы сидели после обеда у лорда-казн[ачея], лакей доложил о приезде лорда Питерборо. Лорд-казн[ачей] и лорд Болинбр[ок] вышли встретить его и привели его в гостиную. Он только что возвратился из-за границы, где провел более года. Увидя меня, он оставил герц[ога] Орм[онда] и прочих лордов, не перемолвившись с ними и словом, и расцеловал меня, попеняв при этом, что я ему не писал. Я и в самом деле не отправил ему ни одного письма за время его последнего пребывания за границей, поскольку не знал, где именно он находится; ведь он так часто переезжал с места на место, что письмо вряд ли его застало бы. Он уехал из Англии с тяжелым ушибом, который получил, когда перевернулась его карета, после чего у него открылось кровохарканье, и он был так плох, что мы с каждой почтой ожидали услышать о его кончине. Однако он превозмог свой недуг, оттого ли, что часто переезжал, или часто перепивал, или еще от чего-нибудь и возвратился домой здоровее прежнего. Ему по меньшей мере 60, а задоpa у него больше, нежели у любого из знакомых мне молодых людей во всей Англии. Он получил старый оксфордский конный полк и будет, я полагаю, удостоен ордена Подвязки. Я нежно люблю этого висельника. [Копойной ноци, длаг. МД].

11. Сегодня при дворе было сущее столпотворение: все жаждали увидеть французского] посла, но он так и не появился. Неужто я ни разу не говорил вам, что по воскресеньям непременно бываю при дворе, как другие ходят в кофейню, чтобы повидать знакомых, которых в противном случае я не встречал бы и дважды в году. Ректор и я обедали с Нэдом Саутуэлом, уговорившись об этом заранее, дабы обсудить, как установить в вашем королевстве какой-то порядок, если только мой план может быть осуществлен. К сожалению, министры слишком с этим мешкают. У вас непременно будет новый парламент, но министры хотели бы пока сохранить это в тайне. Открытие сессии у нас отложат на три недели. Эти пустобрехи голландцы все еще не желают присоединяться к договору, хотя и делают вид, будто во веем подчиняются кор[олеве]. Они, видимо, не прочь выждать и посмотреть, как у нас пройдет начало сессии в надежде, что в палате лордов возникнут какие-нибудь неурядицы. Во всяком случае, если бы здесь прислушались к моему совету, то сессия уже началась бы и мы представили бы на одобрение обеих палат действия, предпринятые нами к заключению мира, и, возможно, получили бы от парламента обращение, призывающее в случае несогласия голландцев заключить мир без них. Многие со мной согласны, но, видимо, такой путь расценивается как недостаточно надежный. Я сомневаюсь, что в такой короткий срок, как три недели, все препятствия к подписанию мира будут устранены, но это пока тайна. [Ноци, МД].

12. Мы с Праттом прогулялись нынче пешком в Сити к некоему Бэйтмену, известному торговцу старыми книгами, у которого я, как последний олух, оставил 4 фунта, после чего мы пообедали по-императорски за 3 шиллинга и 2 пенса в какой-то захудалой харчевне. Позвольте-ка взглянуть: я купил 2 тома Плутарха[974] за 30 шиллингов. А больше я вам ничего не назову, потому что вы не знаете по-гречески. У нас никаких новостей, а посему мне сегодня нечего вам больше рассказать. Я все еще не закончил свою работу: эти министры никак не выберут время сделать то, что мне необходимо для ее завершения. [Копойной ноци, длагоц[енные] деньчонки].

13. Мне предстояло сегодня обедать у лорда-хранителя печати, но я не пошел, потому что в числе прочих там должен был присутствовать этот мужлан — сэр Джон Уолтер. Вы, возможно, помните, что позапрошлой осенью в Виндзоре он позволил себе насмехаться надо мной и до сих пор так и не попросил извинения, хотя обещал это сделать. Среди приглашенных был также лорд Мэнсел, который определенно затеял стравить нас с Уолтером, просто чтобы позлорадствовать, а посему я предпочел пообедать с лордом-казн[ачеем], у которого никого, кроме лорда Болинбр[ока], не было. Просидев с ним до 8, я пошел проведать леди Оркни, которой нездоровится, и пробыл у нее до полуночи, из чего, судалыни, вы можете умозаключить, что уже поздно. Начало сессии парламента, как я уже говорил вам, было сегодня отложено на три недели. — У нас сейчас отвратительная слякотная погода, так что я либо испорчу шляпу (я купил себе новую шляпу), либо опустошу свои карманы. Уплатил ли, наконец, Хокшоу проценты, которые с него причитались? Лорд Эберкорн до смерти замучил меня своими приставаниями. Осталось не более шести человек, коим мне надобно выхлопотать место, и примерно стольким же оказать содействие, и, кроме этого, еще втрое большее число, коим я либо не намерен, либо не в силах помочь, если бы даже и хотел. Ноци, длаг[оценные] МД.

14. Я предпринял нынче траурный обход и посетил сначала герцогиню Орм[онд], у которой застал также леди Бетти и лорда Эшбернхема. Как выяснилось, мать и дочь увиделись сегодня впервые со времени кончины леди Эшбернхем. Я застал обеих в слезах и, разбранив их за то, что они вместе, убедил леди Бетти удалиться в свою комнату, после чего провел некоторое время с герцогиней, а потом заглянул к леди Бетти, и понемногу обе успокоились. Во всех этих проявлениях скорби, сколь бы искренни они ни были, есть нечто комическое. Люди непременно стараются выказать большую скорбь, нежели они испытывают на самом деле, и это только умаляет в глазах окружающих их истинное горе. От них я отправился к герцогине Гамильтон, которая, впрочем, и не думала горевать, а только гневалась, неистовствовала и бранилась. Теперь она уже вполне утешилась, однако нрав у нее поистине дьявольский. Вместе с лордом-хранителем печати, его сыном и их женами обедал нынче у казначея адмиралтейства мистера Сизера в его доме, расположенном в Сити, где находится и его канцелярия. — Среди прочего, речь случайно зашла о Бруте[975] и не успел я о нем одобрительно отозваться, как спохватился, что совершил оплошность, и потому поспешил поправиться: «Прошу прощения, мистер Сизер», чему мы все от души посмеялись. [Копойной ноци вам, мои лодные длагоценнейшие масенькие прутовки МД].

вернуться

973

Лорд-камергер — граф Пулит, Джон (1667—1743) — умеренный тори, занимал в это время должность первого лорда казначейства, а с июня 1711 г. стал лордом-камергером; смещен после вступления на престол Георга I.

вернуться

974

Плутарх. — Свифт купил парижское издание «Параллельных жизнеописаний» Плутарха (1624 г.).

вернуться

975

…речь зашла о Бруте… — Поскольку римский республиканец Брут возглавил заговор против Цезаря и был одним из его убийц, похвалы Свифта в присутствии человека, которого зовут Цезарь (по-английски Сизер), выглядят комической оплошностью.