Дневник для Стеллы - Свифт Джонатан - Страница 131

131

10. Нынче рано утром пошел повидать лорда Болинбр[ока] и убедился, что он держится того мнения, что сегодняшнее заседание парламента откладывать не следовало. Они вовсе не уверены, что мир будет подписан в течение этой недели. Заседание перенесено на следующий вторник. А еще я ходил поглядеть на библиотеку, которую собираюсь купить, если только мы сойдемся в цене. Я предлагаю 120 фунтов и готов в крайнем случае прибавить еще десять. Лорд Болинбр[ок] обещал ссудить меня деньгами. Два часа я разглядывал эти книги; кое-что из них я, пожалуй, продам, а остальное оставлю себе. Боюсь только, что мне не уступят их за такую цену. Обедал в Сити, а вечером посидел часок с лордом-казн[ачеем], который был в прекрасном расположении духа, хотя и упрекнул меня за то, что я не обедал с ним вчера и сегодня. Ну, и что из того? — Лорд-хранитель печати провел ночь вполне сносно и чувствует себя получше. Я очень за него тревожился. [А как вы поживаете, судалыни, ….. МД].

11. Утром я сделал визиты герцогу и герцогине Орм[онд] и герц[огине] Гамильтон, а потом отправился с ректором на аукцион картин и выложил четырнадцать шиллингов. Будь у меня деньги, я бы на этом не остановился, но, боюсь, мне грозит разорение, потому что сэр Эндрю Фаунтейн пригласил меня и ректора к себе на обед и на ломбер, и я опять проиграл 14 шиллингов. Пожалуй, пора на этом остановиться, я теперь не скоро снова усядусь за карты. Сейчас я уже дома и возвратился довольно поздно; мой молокосос дал погаснуть огню в камине, а посему я пишу, лежа в постели; уже далеко за полночь. Вышли 4 матадора и черная козырная, и я остался в дураках. [Плаво зе, очень сквелно. Копойной ноци вам обеим, длаг[оценные] плоказницы МД].

12. Я побывал нынче на другом аукционе картин и притом очень большом и уговорил лорда Мэшема истратить 40 фунтов. Впрочем, там были картины, каждая из которых продавалась за вдвое большую сумму. Наше Общество собралось нынче у герцога Бофорта; угощение отличалось чудовищной роскошью, а я этого терпеть не могу. Тем не менее, мы успели сделать кое-что полезное. При сем, как это уже вошло у нас в обычай, присутствовал и наш типограф, а канцлер казначейства прислал автору «Экзаминера»[1015] 20 гиней. Он весьма сообразительный малый, однако более самодовольного хлыща свет не видывал, так что я не рискну позволить ему посетить меня и даже до сих пор с ним не знаком. Нынче утром я долго беседовал с герц[огом] Орм[ондом], поскольку добиваюсь принятия кое-каких мер, которые бы всех нас [обезопасили на случай непредвиденных событий]. С обеда я ушел в 7; вино не доставляет мне теперь ни малейшего удовольствия. А вообще-то белое португальское я предпочитаю кларету, шампанскому или бургундскому. Вкус у меня в этом отношении весьма непритязательный. Помню, как [БСС], бывало, дулась, когда я возвращался после какого-нибудь обильного обеда, в то время как МД приходилось довольствоваться кусочком баранины; теперь я не в состоянии съесть больше одного блюда, да и никогда не мог, разве что мальчишкой, когда любил всякие начинки. День нынче выдался славный, а это у нас теперь, смею вас уверить, редкость, и двух хороших дней кряду не случается. [Копойной ноци, МД].

13. Нынче утром целое сборище ирландских священников угощалось моим шоколадом. Я теперь не в силах запомнить, куда и когда я зван. Вчера вечером, например, я должен был отужинать в одной компании, у шведского посла, но совершенно об этом забыл, и, встретив меня нынче у лорда Болинбр[ока], посол стал меня вышучивать, однако милорд заметил в мое оправдание, что ему не следует сердиться, потому что я нередко точно так же поступаю с лордом-казн[ачеем] и с ним самим. По этой самой причине я теперь редко обещаю куда-нибудь прийти. Обедал с лордом-казн[ачеем], который, по своему обыкновению, укорял меня за то, что я так долго к нему не приходил. Это повторяется всякий раз, стоит мне пропустить хотя бы один день. Вечером я 3 часа просидел у леди Джерси; впрочем, первые два часа она провела с гостями за ломбером. А от лорда-казн[ачея] я ушел в 8; мне показалось, что он был несколько задумчив, потому что то и дело принимался играть апельсином; я заметил ему, что у простых смертных это служит верным признаком хандры. Это письмо не будет отправлено завтра; нет, нет, [юные аамы], не извольте торопиться — в этом нет настоятельной необходимости. Ведь я дал слово посылать вам письмо раз в 3 недели и веду себя лучше, нежели обещал. Хотелось бы, чтобы с мирным договором уже было покончено, то есть, чтобы мы до вторника получили известие, что он уже подписан, в противном случае недовольство намного усилится. [Копойной ноци, плоказницы].

14. День выдался нынче на редкость приятный, и я воспользовался этим, чтобы вволю погулять в Парке перед тем, как явиться при дворе. У одного из моих братьев по Обществу — полковника Диснея — лихорадка, и мы очень тревожимся за его жизнь. Он наш общий любимец, и для нас это была бы тяжкая утрата. Боюсь, я все же не куплю эту библиотеку, потому что один мошенник книготорговец предложил на 60 фунтов больше, нежели я собирался за нее уплатить, так что, как видите, я замышлял довольно-таки выгодную сделку. Обедал с лордом-казн[ачеем] и его субботней компанией, однако на этот раз нас было только семеро. Аорд Питерборо болен: у него опять открылось кровохарканье из-за ушиба, который он получил еще до отъезда из Англии. Я, однако же, склонен думать, что новый приступ болезни на сей раз вызван некоей особой, итальянкой, которую он с собой привез. Знаете ли вы, что престарелая леди Белэзис[1016] наконец-то отошла в мир иной? Одним из своих душеприказчиков она назначила лорда Беркли из Стрэттона, и это сулит ему немалую выгоду: говорят, он получит больше десяти тысяч фунтов. После того как все разошлись, я остался, чтобы переговорить с лордом-казн[ачеем] касательно одного дела[1017], однако о чем именно, сказать вам не рискую. Если бы я осмелился рассказывать вам обо всем, что здесь происходит, мои письма оказались бы очень даже неплохими мемуарами, но я уже столько раз слышал о том, что в вашей почтовой конторе часто вскрывают письма, что уж лучше я от этого воздержусь. Итак [доблой вам ночи, судалыни МД, и рюбите БДГП].

15. Лорд-казн[ачей] снова пригласил меня сегодня к себе на обед, но, хотя я приготовил то, о чем он меня просил, он так и не удосужился взглянуть, отложив все на завтра. Корол[ева] опять посещает теперь часовню: ее приносят туда в открытом кресле. Она чувствует себя достаточно сносно, чтобы во вторник присутствовать на открытии парламента, если только заседание обеих палат не будет отложено, а это пока еще не совсем ясно; даже министры не могут ничего сказать, поскольку все зависит от ветра, погоды и обстоятельств, могущих возникнуть во время переговоров. Как бы там ни было, мы ведем себя так, как будто сессия непременно должна начаться, а посему мне надлежит завтра явиться к лорду-казн[ачею], чтобы завершить с ним одно дело, с этим связанное. [БСС, наверно,] поймет то, о чем я сейчас скажу: доктора говорят, что если бедному полк[овнику] Диснею не удастся этой ночью хоть немного соснуть, то он неминуемо умрет. — А вам-то что до этого? — Да ведь он один из членов нашего Общества, и у него бездна юмора. Это уже старый и довольно потрепанный волокита, но очень порядочный малый: притом не старик, а именно старый волокита. Это он сказал как-то о фрейлине Джинни Кингдом, которая уже несколько в годах, что, поскольку ей не удалось заполучить себе супруга, королева должна снабдить ее документом, удостоверяющим, что ей дозволяется вести себя, как замужней даме. Вы, конечно, ничего не поняли. Ну, нечто вроде документов, вручаемых обычно армейским чинам — майорам и капитанам, дабы наделить их полномочиями полковников. Что-то вроде патента на офицерский чин. Осведомьтесь на этот счет у кого-нибудь из служивых, [непонятливые судалыни. Копойной ноци, МД].

вернуться

1015

…автору «Экзаминера»… — Уильяму Олдисворту.

вернуться

1016

Леди Белэзис — Сьюзен Осгодби, получившая пожизненный титул баронессы Белэзис после гибели своего первого мужа на дуэли.

вернуться

1017

…переговорить… касательно одного дела… — Речь идет об адресе парламента в ответ на речь королевы, см. запись от 8 марта. 10 Пули (Поли) Томас (1646—1729) — художник из Дублина, брат епископа Рэфуского [Джон Пули (1645—1712)].