Дневник для Стеллы - Свифт Джонатан - Страница 91

91

2. На сегодня было назначено заседание палаты лордов, на котором в ее состав должны были ввести новых пэров. Я отправился в Вестминстер, чтобы увидеть все собственными глазами, но в помещении палаты было слишком многолюдно, а посему я зашел только в гардеробную и поздравил четырех моих братьев, а также сэра Томаса Мэнсела и молодого Виндзора; с шестью остальными я незнаком. Опасались, как бы виги не стали чинить препятствия, однако ничего такого не произошло. Днем я пошел повидать миссис Мэшем, поздравил ее с новым титулом и пожелал счастливого нового года. Она, как я убедился, чрезвычайно довольна; ведь принадлежность к сословию пэров послужит ей своего рода защитой, как бы ни повернулось дело. Она попросила меня непременно прийти к ним вечером поужинать с ней и лордом-казначеем; я пришел к девяти, но не застал ее дома и решил не дожидаться. — Нет, нет, мои юные дамы, я пока еще не собираюсь отвечать на ваше письмо. Обедал с приятелем, живущим по соседству. Что-то не видно здесь никаких примет Рождества, вот только всюду, где я обедаю, подают соленую свинину или пирожки со сладкой начинкой, да еще приходится раздавать лакеям и дворецким всяких вельмож полукроны как будто это фартинги. Вчера я отдал семь добрых гиней хозяину таверны, где на прошлой неделе угощал наше Общество. Я всерьез намерен послать вам счет; кажется, я уже перечислял кое-какие из моих расходов. Я пока не слыхал, принимала ли палата лордов какие-нибудь решения после назначения новых пэров. Форд ушел от меня только в пееэрвом чааасу.

3. Нынче день встречи нашего Общества, председательствовал лорд Даплин: у нас каждую неделю новый председатель, который угощает и назначает себе преемника. Сегодняшний обед обошелся, я полагаю, в пятнадцать фунтов, не считая вина. Мистер Сент-Джон чрезвычайно разгорячился от выпитого и никак не давал уйти ни мне, ни лорду Лэнсдауну[754], который охотно удалился бы к своей молодой супруге, поскольку он недавно женился на леди Мери Тинн. Мы разошлись уже далеко за полночь, так что, как вы сами понимаете, я не в силах сейчас много писать. Решение отложить дальнейшие заседания палаты лордов, как того пожелала королева, было вчера принято именно благодаря большинству, полученному с помощью двенадцати новых пэров. Лорд Рэднор отсутствовал; надеюсь, я окончательно его исцелил. Говорил ли я вам, что добился назначения доктора Кинга на пост редактора «Газеты»? Это принесет ему более двухсот фунтов годового дохода. Впрочем, я, кажется, уже писал вам об этом раньше; я стал очень забывчив. А теперь уходите, слышите, сударыни, и усаживайтесь за ломбер, и угощайтесь себе на здоровье кларетом и апельсиновыми корочками в сахаре, а я лягу спать.

4. Я все еще не могу избавиться от последствий простуды. Был нынче в Сити, где обедал у моего типографа, и отдал ему балладу[755], в сочинении которой участвовало несколько человек, ни кто именно — не знаю; думаю только, что лорд-казначей тоже приложил к этому руку; три станса сочинил я, но большая часть принадлежит, видимо, перу доктора Арбетнота. Просмотрел также кое-что из напечатанных мелочей и памфлет, сочиненный одним из моих подручных. Сомерсет все еще не отстранен. Я почти не сомневаюсь в том, что «Пророчество» появится у вас в Ирландии, хотя оно не поступало здесь в продажу, и лишь несколько печатных экземпляров было роздано друзьям. Скажите мне, по крайней мере, поняли ли вы его? — Нет, право же, без посторонней помощи это нам не под силу. — В таком случае скажите, какие места вас затрудняют, и я вам их поясню. Мы исключили вчера одного из членов нашего Общества: он грубо нарушал правила и не являлся на наши обеды. Мне поручено написать ему, дабы известить о нашем решении. Это Том Гарли, секретарь казначейства и двоюродный брат лорда-казначея. Он уезжает в Ганновер с поручением королевы. Мне предстоит также, как только я увижу герцога Ормонда, уведомить его об избрании.

5. Утром отправился по делам одного из моих прихожан, некоего Наттэла[756], который приехал сюда, чтобы получить сто фунтов, оставленных ему по наследству. Пройдоха стряпчий отказался выплатить деньги под тем предлогом, что Наттэл не тот, за кого себя выдает. Я написал стряпчему очень суровое письмо и предупредил его, что беру Наттэла под свое покровительство и не оставлю в беде, после чего этот мошенник попросил меня встретиться с ним и засвидетельствовать, что Наттэл не самозванец, что я нынче и сделал, и деньги тотчас же были ему выплачены. Потом я нанес визит лорду-казначею; он ведет себя как ни в чем не бывало и считает, что все обстоит как нельзя лучше, кроме того только, что семейство Сомерсет все еще не удалено: Эта беспечность выводит меня из себя, или, как говорит в таких случаях мой слуга, не нравится мне это. Потом я пошел навестить беднягу Уилла Конгрива и застал у него какого-то француза, который пользует его: ведь он почти ослеп на оба глаза. Обедал в Сити в обществе нескольких коммерсантов; у меня было дело к Стрэтфорду, но повидать его так и не удалось. — Послушайте, Престо, перестаньте важничать и отвечайте на наше письмо, — говорит МД. — Да, да, непременно отвечу как-нибудь на днях, когда у меня не будет других дел. Ох, что же это такое, — я пишу вам уже целую неделю, а не написал еще и страницы. — Эти безобразные пятна вовсе не от табака, и вообще это последний лист с золотым обрезом из тех, что у меня были, так что попридержите язычок. Наттэл изумился, когда ему вместо денег вручили несколько клочков бумаги, однако я велел Бену Туку вразумить его; он никак не мог взять в толк, что каждая бумажка — это десять фунтов, и был озадачен, как истинный ирландец. Бен Тук и мой типограф просят меня похлопотать, чтобы их назначили поставщиками канцелярских принадлежностей для артиллерийского управления, ведь генерал-фельдцехмейстером вместо герцога Мальборо назначен теперь лорд Риверс. Если мне это удастся, то каждый из них получит еще по сто фунтов годового дохода. Завтра попытаюсь это сделать.

6. Утром пошел к графу Риверсу, чтобы поздравить его с новым назначением и выпросить поставку канцелярских принадлежностей для его управления моему типографу и книготорговцу. Он тотчас же изъявил согласие и, как бывалый придворный, присовокупил, что делает это исключительно ради меня, но, поскольку я, как он слыхал, собирался попросить господина секретаря, чтобы и тот переговорил с ним об этом деле, то, хотя он и без того уже дал свое согласие, чтобы уважить меня, но все-таки желал бы, чтобы и секретарь тоже его об этом попросил. Обычная придворная уловка: одним махом связать обязательством как можно больше людей. Вместо того, чтобы пойти в церковь, я прочитал молитвы у бедной миссис Уэсли, которая очень тяжко хворает, а потом побывал при дворе, где было чрезвычайно многолюдно: все жаждали увидеть принца Евгения, прибывшего сюда вчера и остановившегося в Лестер-хауз[757], но оказалось, что он должен встретиться с королевой только в шесть часов вечера. Надеюсь, он прибыл слишком поздно и вряд ли уже сумеет чем-нибудь помочь вигам. Я отказался обедать с господином секретарем и чуть было не пропустил обеда у одного моего приватного знакомого. В шесть я побывал при дворе еще раз, чтобы все же увидеть принца, но он беседовал с королевой, а когда выходил от нее, то сопровождавший его господин секретарь совсем заслонил его от меня своим огромным париком. Я расскажу вам в связи с этим об одном забавном эпизоде. Направляясь во дворец вместе с господином секретарем, принц Евгений сказал ему, будто Гофман, резидент императора в Лондоне, предупредил его высочество, что здесь не принято являться ко двору без длинного парика и что его парик чересчур короток. «Я решительно не знал, как мне быть, — продолжал принц, — так как никогда в жизни не нашивал длинного парика, а потому послал узнать у всех моих камердинеров и лакеев, не найдется ли у кого из них подходящего, чтобы одолжить мне, но ни у одного из них не оказалось длинного парика[758]». — Превосходно сказано, да? И сколько презрения? Правда, господин секретарь ответил ему, что это не имеет ровно никакого значения и что такого обычая придерживаются только придворные церемониймейстеры. Ужинал я у лорда Мэшема вместе с лордом-казначеем и господином секретарем; милорд ушел в полночь, а мы просидели до двух, и, тем не менее, я счел необходимым написать вам обо всем этом, поскольку это свежие новости. А теперь я лягу спать и постараюсь заснуть; надеюсь, мне это удастся, потому что я немного выпил.

вернуться

754

Лорд Лэнсдаун — Джордж Грэнвил.

вернуться

755

…отдал… балладу… — Речь почти наверняка идет здесь о неоднократно потом перепечатывавшейся в виде листовки «Басне о вдове и ее коте», направленной против герцога Мальборо.

вернуться

756

Наттэл. — Возможно, Кристофер Наттэл, дед писателя Лоренса Стерна.

вернуться

757

Лестер-хауз. — Построен в 1630 г., находился на северной стороне нынешнего Лестер-сквера, разрушен в 1790 г.

вернуться

758

…ни у одного из них не оказалось длинного парика. — Свифт еще раз рассказал этот эпизод в своем «Трактате касательно хороших манер и хорошего воспитания» (Prose works, XI, 82).